Призрак - Александр Рудазов

Про Рай уж и говорить нечего.

Этих шестерых Данилюк знал уже неплохо. Регулярно проводил с ними психологические тренинги, пытался сдвинуть с насиженного места. Но они, словно тот ослик Иа, упрямо сидели в своей грязи, пили неубывающий дрянной самогон и не желали даже шевелиться.

Сегодня Данилюк прошел мимо. Пробрался сквозь груды ржавых автомобилей и вышел на большую парковку перед мини-рынком.

Тоже хорошо знакомое место. Здесь всегда тихо и темно, свет идет только от автобусных фар, между которыми бродят призрачные силуэты. Есть прилавки, за которыми сидят равнодушные продавцы, у которых никто никогда ничего не покупает. Тоска, уныние, неизменность.

Данилюку невольно вспоминалось Лимбо.

Пересекши парковку, он вошел в общественный туалет. Данилюк понятия не имел, чье сознание породило такое место, где в мире живых такие туалеты, но входил сюда каждый раз неохотно.

Очень уж гадостно тут было. Туалет общий, не раздельный, на кабинках нет дверей, унитазы напольные. И самое противное — они расположены друг против друга вдоль стен.

Вот прямо сейчас. В одной кабинке сидит лохматый мужик в позе орла. В другой раскорячилась пьяная бабища с задранной юбкой. В третьей блюет размалеванная девица с низкой социальной ответственностью.

Весьма показательно. Духов ведь не тошнит. И в туалет им ходить не требуется, совершенно. Но вот эти, в третьем круге, все равно ходят, потому что упорно отказываются хоть что-либо менять в своем существовании. Медленно, но верно они превращаются в астральную нежить, призрачных трупов.

В этой неуютной атмосфере Данилюку пришлось провести несколько минут. Кабинку с «глазом« облюбовал очень толстый и ужасно волосатый кавказец. Он так долго делал свои дела, словно его в самом деле прошиб понос. Данилюка не отпускала мысль о том, что это тоже в каком-то смысле ад — такое вот посмертие.

Но в конце концов проход освободился, и Данилюк прошел в четвертый круг. В такой же туалет на парковке, только совершенно пустой. В полной тишине Данилюк вышел под неверный лунный свет и жалостливо посмотрел на одинокую, ездящую кругами машину.

Ее водитель пытался припарковаться. Свободными были все места до единого — но ни одно его не пускало. Стоило машине остановиться, как перед капотом появлялась тень, призрачный гаишник. Он стучал жезлом в окно и хмуро говорил:

— Это место для инвалидов, гражданин. Перепаркуйтесь.

— Да!.. Да-да!.. — панически бормотал водитель, дергая ключ зажигания.

Данилюк не знал, чем ему возможно помочь. Четвертый круг — он из самых трудных. В нем находятся те, кто не может отпустить какой-то свой грех. Какое-то нечаянное преступление или типа того. Они терзаются из-за этого так сильно, что сами себе устраивают ад — и никакие дополнительные мучения им не нужны.

И чаще всего это как раз хорошие, совестливые люди, которые просто где-то оступились. Например, вот этот водитель всего лишь один раз занял место для инвалидов на парковке. Всего-то один раз. Мелкая административная провинность — куча людей делает это регулярно и в ус не дует. И наверняка в жизни этого бедняги было множество куда более серьезных проступков.

Но почему-то именно этот крохотный грешок лег на его душу тяжким камнем. И вот уже несколько месяцев он ездит по кругу, не в силах выйти из машины.

Данилюк некоторое время смотрел, как тот мучается. Он уже неоднократно пытался что-то сделать, но тщетно. Подсознание водителя упорно сопротивлялось. Раз за разом Данилюк возвращался на эту парковку, пробовал все новые и новые варианты.

И сегодня он снова вернулся. Решил опробовать одну мысль. Звучала та глупо, но… чем черт не шутит? Хуже-то все равно не будет.

Данилюк выбрал одно из парковочных мест и внимательно его осмотрел. Там не было знака «Инвалиды«. Его нигде не было. Он возникал только когда злосчастный водитель пытался припарковаться.

И сейчас Данилюк достал из кармана противоположный знак — «Кроме инвалидов«. Там, в мире живых, он бы в кармане не поместился, но для призраков размеры — штука условная.

Кроме знака Данилюк достал столбик — установил его у парковочного места и прикрепил знак. Опершись на него, дух-инспектор принялся ждать, что будет.

Водитель наворачивал круги еще довольно долго. Но в конце концов знак привлек его внимание. Он подъехал… остановился… и вышел из машины.

Вышел из чертовой машины!

— Спасибо, что припарковались в положенном месте, — мягко сказал ему Данилюк.

Водитель робко кивнул, потоптался на тротуаре, словно пытаясь понять, что ему вообще тут нужно, а потом решительно уселся обратно в машину. Включил заднюю передачу, выжал сцепление, отъехал и неспешно тронулся к выходу.

Глядя, как он уезжает с парковки, Данилюк довольно улыбался. Похоже, все. Поедет теперь… либо в первый круг, либо вообще в Рай.

В любом случае, его работа здесь закончена.

Вообще, инспектор Чистилища чем-то похож на работника социальных служб. Нужно знать и уметь все понемножку, общаться с самым разным контингентом, помогать порой совершенно неожиданными способами.

Приходится прибегать и к самообороне. Среди бродящих по Чистилищу духов хватает разного рода неадекватов. Встречается астральная нежить. Попадаются безумцы, утратившие связь с реальностью. Пару раз Данилюк натыкался и на откровенную мразь, каким-то образом избежавшую Ада.

Встречались и чудища иного рода — голодные духи, твари из нижних миров, частично воплотившиеся фантомы. Но с этими Данилюк не связывался, а сразу вызывал чистильщиков.

Вот сейчас он об этом подумал и, как нарочно, сразу встретился взглядом с голодным духом. Мелким, плюгавым, явно недавно образовавшимся. Похожий на крайне уродливую старуху монстр вышел из-за угла на четвереньках и уставился на Данилюка. Тот резко напрягся и вытащил смартфон.

Голодный дух примерился. Он словно размышлял, нападать или не нападать. Поодиночке эти пугала не так уж страшны и реальную опасность представляют только для слабых духов. Да и их редко пожирают целиком — обычно только вырывают клок-другой «мяса«.

Но мозгов у голодных духов очень мало. В их головах брезжат какие-то воспоминания о бытности человеком, но так слабо и смутно, что сложно отличить от животных. Все их естество охвачено одним страшной силы чувством — голодом.

Так что и этот в конце концов решился. Бросился на Данилюка — и рухнул на полпути, судорожно суча лапами. Данилюк ослепил его вспышкой.

Одновременно он нашаривал на смартфоне номер зачистки. Тот был на быстром наборе.

Вроде бы духи постарше связываются друг с другом как-то иначе. Все-таки мобильный телефон — очень недавнее изобретение, и в загробном мире к нему пока не привыкли. Но Данилюк использовал мобильную связь.

Замечательная это штука — смартфон.

Чистильщики прибыли мгновенно. Им ведь не требовалось идти через «глаза« — просто явились на вызов, прямо к месту сигнала. Уже через минуту шипящего и фыркающего голодного духа окружили четыре призрака — с топором, кастетом, моргенштерном и мухобойкой.