Двурожденные. Книга 3. Браслеты Скорби - Брендон Сандерсон

– Быстрее на ту сторону! – скомандовал Уэйн.

С этими словами он забросил в соседнюю могилу свой цилиндр и только потом начал выбираться из ямы сам. Мараси поползла следом, надеясь, что нападающие не заметят. Для тех, кто находился снаружи, скоростной пузырь должен был превратить их с Уэйном в размытые пятна, к тому же было темно, да и туман дополнял маскировку.

Эта могила оказалась глубже первой. Как только Мараси спустилась туда, Уэйн сбросил пузырь.

Мараси прижалась спиной к земляной стенке, зажмурилась, заткнула уши и приготовилась мысленно считать. Сосчитать ей удалось всего лишь до двух: взрыв сотряс землю и сбросил в их могилу волну грязи. Ржавь! Да это полгорода должно было услышать.

Уэйн вытащил вторую дуэльную трость и завертел обеими, разминаясь перед боем. Снаружи послышалось шарканье. Мараси представила, как к соседней яме осторожно подкрадываются тени…

– Справишься? – почти беззвучно спросила Мараси.

Уэйн ухмыльнулся и так же беззвучно ответил:

– Что делать безрукому парню, у которого зудят яйца?

Ухватившись за край могилы, он выбрался наружу. Миг спустя туман наверху застыл – Мараси попала в скоростной пузырь, который создал Уэйн, захватив в него половину нападавших.

Ей казалось, что она уже привыкла к звуку, раздававшемуся при ударе деревянной палкой о человеческий череп, но нет, каждый очередной заставлял непроизвольно морщиться. Скоростной пузырь исчез, когда кто-то умудрился выстрелить, но затем последовали новые стоны и проклятия.

Вскоре над могилой появился Уэйн, озаренный со спины мигающим в тумане фонарем. Сунул трости в петли на поясе, потом присел и протянул руку.

Мараси подалась к нему, уверенная, что ей хотят помочь выбраться из могилы.

– Вообще-то, я надеялся, что ты мне шляпу подашь, – пояснил Уэйн.

– Мы пошлем за вашей каретой, лорд Ваксиллиум, – сообщила помощница дворецкого. – Нам ужасно жаль, что с вашей дамой приключилось подобное несчастье. Должно быть, она съела нечто такое, что пришлось не по нраву ее организму.

– Она только пила, – возразил Вакс. – Да и то немного.

Повариха сразу расслабилась. Увидев, что Вакс ее заметил, она схватила за руку какую-то горничную и поволокла ее прочь. Он стоял в дверях гостевой комнаты – позади на кровати лежала с закрытыми глазами Стерис.

Бросив взгляд через плечо вслед поварихе и горничной, помощница дворецкого – пожилая террисийка в соответствующем наряде – тихонько поцокала языком. Несмотря на этот полный неодобрения взгляд, Вакс видел, что и она испытывает облегчение от того, что закуски, которые подавали на приеме, ни при чем. Другим гостям не стоило тревожиться.

По коридору прокатился высокий мужской голос, сообщавший о скором выступлении приглашенного оратора. Голос звучал пронзительно и четко, так что Вакс слышал каждое слово: видимо, объявляющий использовал электрический усилитель. Значит, устройства барышни Тарксель распространились аж до самого Нового Серана. Помощница дворецкого непроизвольно сделала шаг в сторону бального зала.

– Можете идти, – сказал Вакс. – Мы подождем полчаса или около того – убедимся, что моя дама как следует отдохнула; а к тому моменту как раз приедет наша карета.

– Если вы уверены…

– Уверен. Просто позаботьтесь о том, чтобы нас никто не беспокоил. Мисс Хармс сильнее всего тревожит шум, когда она болеет.

Дворецкая поклонилась и удалилась по коридору, ведущему к бальному залу. Вакс со щелчком закрыл дверь и подошел к кровати, на которой лежала Стерис. Та приоткрыла один глаз и посмотрела на дверь, видимо проверяя, закрыта ли.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Вакс.

– Тошнит. – Стерис чуть приподнялась на локте. – Это было чуточку поспешно с моей стороны, не так ли?

– Я оценил твою спешку. – Вакс сверился со стенными часами. – Подожду еще пару минут, пока вестибюль опустеет, и выберусь наружу. Неизвестно, сколько времени Келесина пробудет вне дома, поэтому двигаться надо быстро, а то ничего не успею разузнать.

Стерис кивнула:

– Думаешь, они могут держать ее здесь? Я о твоей сестре.

– Маловероятно. Но все возможно. Меня устроит любая зацепка.

– Какая она?

– Она показалась мне обычной самовлюбленной аристократкой. Уверенной, что…

– Я не о леди Келесине, Ваксиллиум. Я о твоей сестре.

– Я… – Вакс, сглотнув, посмотрел на часы. – Я ее двадцать лет не видел, Стерис.

– Но ты так стараешься ее спасти.

Он со вздохом присел рядом:

– Она всегда была смелее. Я был аккуратным, серьезным, долго размышлял перед тем, как что-то сказать или сделать. А Тельсин… она будто все держала в своих руках. До той поры, пока я не покинул Поселок, а она осталась там.

– Выходит, в ней больше террисийского, чем в тебе.

– Возможно. Я всегда думал, что она ненавидит это место – учитывая, как часто находила поводы оттуда удрать. А потом она осталась. – Вакс покачал головой. – Я никогда ее не знал, Стерис. Не знал по-настоящему. Я был слишком сосредоточен на себе. Не могу отделаться от ощущения, что, сбежав в Дикоземье, всех подвел – мать, отца… да и Тельсин. И я снова их подвожу, оставляя ее во власти дяди.

Стерис, все еще лежа на кровати, молча сжала его руку.

– Я ее найду, – пообещал Вакс. – И все исправлю. Я сбежал в Дикоземье, думая, что не нуждаюсь ни в ком из них. Но с годами, Стерис, начинаю осознавать, что мне все меньше и меньше хочется быть одному. Это трудно объяснить. Она… моя семья. Моя единственная семья.

Снаружи раздался новый голос. С представлением было покончено, и лорд Северингтон начал свою речь. Вакс снова посмотрел на часы и встал:

– Ладно. Пора на разведку, пока все отвлеклись, слушая оратора.

Стерис кивнула, потом спустила ноги с кровати и сделала глубокий вдох.

– Ты должна ждать здесь, – сказал Вакс. – Это может быть опасно.

– Забыл, что я сказала тебе вчера ночью?

– Самое безопасное место, безусловно, не рядом со мной, Стерис.

– Как бы там ни было, тебе, возможно, придется отсюда быстро уходить, так что не останется времени вернуться за мной. И потом, если тебя заметят, то удивятся, почему ты один. А вот если мы будем вместе – можно сказать, что просто уходим и направляемся к своей карете.

Стерис, как всегда, была права. Вакс с неохотой кивнул и жестом пригласил присоединиться. Первым делом он приоткрыл дверь и осторожно выглянул в коридор. Стерис ждала, слушая отчетливо раздававшийся голос лорда Северингтона:

– …Пришла пора показать элендельцам, что их тирания не просто несправедлива – она противоречит воле Выжившего, который умер во имя свободы…