Замок Кон Ронг - Галина Гончарова

Когда денег не было, у них и такое бывало, даром что леди.

Но Аликс это вредно. Она-то ждет ребенка!

— Замечательная идея! — горячо поддержала Джин. — Лесли, мне так жалко, что мы еще не женаты, я бы тоже молилась и постилась.

Леди Дженет открыла рот. Джинджер развела руками.

— Я же пока не Кон’Ронг… Но я предупрежу на кухне, пусть готовят для нас троих отдельно.

Судя по всему, и то и другое было задумано специально для изведения гостей и должно было что-то показать… Что? Джинджер даже не собиралась задумываться.

Голодать она тоже не собиралась. Или пусть готовят для них отдельно, или закажут еду из трактира, или, в крайнем случае, они сами себе все приготовят. Леди без денег белоручкой быть не может по определению.

* * *

По возвращении леди Дженет отправилась в свои покои. И спустя минуту оттуда донесся такой дикий крик, что все, не сговариваясь, бросились вверх по лестнице.

Комнаты леди были…

Бардак?

Нет, это не то слово.

— Твою воблу! — протянула Джинджер, разглядывая обстановку.

Кларисса энергично поддакнула неподобающими леди выражениями. Впрочем, все равно ее никто не слышал. Все прибежавшие на крик были заняты — пытались закрыть рты и прийти в себя.

В комнате было переломано почти все. Вот просто все, до чего дошла рука. И не только в гостиной и молельне, но и в спальне. Медленно, очень медленно, Джинджер решила сделать шаг внутрь. Пригляделась.

Гостиная леди была обставлена мебелью, обитой бледно-розовым шелком. Наверное, юная Дженни Фрумс потрясающе смотрелась на фоне этого цвета, но сейчас, в возрасте, леди Дженет казалась похожей на ворону на розовом кусте.

Стол был перевернут, и у него отломана витая ножка. Кресла распороты, обивка приведена в негодность, и пух из них летал по всей комнате.

У шкафа отодраны дверцы.

Ковры содраны со стен и зияют дырами, шторы валяются в углу вместе с карнизами, одно из кресел просто застряло в буфете с посудой…

В спальне балдахин валялся на кровати, а когда Лесс осторожно приподнял его, оттуда вылетели клочья пуха — кровать тоже была разодрана.

В молельне неизвестный вандал изуродовал все иконы, сорвал со стен драпировки, изломал скамеечку для колен и алтарь…

В комнатах не осталось ни одного целого предмета. Даже обивка на стенах была сорвана и изодрана в клочья.

Ивар Ривен, который оказался ближе всех, на руках вытащил тещу и уложил внизу на диване. Леди Дженет не приходила в себя.

Прибежала Кейт и принялась хлопотать вокруг матери, а Лесли опять отправился наверх. Джинджер последовала за ним, леди Кларисса тоже решила пройтись и поглядеть. Аликс они единогласно оставили внизу, пусть посидит, а им там делать нечего. Ахать и охать дамы Брайс умели, лицемерить тоже, только не та компания внизу собралась, чтобы ради нее наступать себе на горло. Намного интереснее побывать наверху и внимательно все осмотреть. Обмороки — явление стандартное, а вот такие разоры — нет.

— М-да…

— Картина бездумного разрушения, — прокомментировала Кларисса.

— Вандализм ради чего? — Джинджер терялась в догадках.

— Сложно сказать. Лесли, многих твоя мать пытается… воспитывать? — Кларисса предусмотрительно проглотила крутящееся на языке слово.

Лесли развел руками.

— Мама бывает жестковата, но…

— Выйдите, пожалуйста, и закройте дверь, — попросила Джинджер, все это время глядящая куда-то в угол.

— Зачем?

— Хочу кое-что проверить.

Лесли переглянулся с леди Клариссой, и они послушались.

Спустя пару секунд из-за двери донесся слабый, едва слышный звон, и дверь распахнулась. На пороге стояла очень довольная Джин. У ее ног валялись осколки чудом уцелевшей вазы.

— Слышно?

— Да…

Лесли ухватил мысль почти сразу.

— Ты хочешь сказать…

— Почему этот погром не обнаружили раньше? Здесь сокрушили столько всего, и ничего не грохотало?

Лесли обвел разгром вдумчивым взглядом. А ведь верно, не беззвучно же все это проделано? И не мгновенно…

— Кто-то должен был знать, что мы уехали. И он знал, что мы быстро не вернемся.

— Мать и сама этого не знала.

— Она когда-нибудь быстро возвращается из храма?

— Нет.

— Сами комнаты, — подхватила мысль Кларисса. — Уж очень они удобно расположены, в самом конце коридора.

Лесли выглянул в коридор.

Ну да, мама облюбовала именно эти покои, и каждый раз проходит мимо всех дверей. А вот мимо нее никто не ходит, она говорит, что это действует ей на нервы.

— Теперь ей придется переехать, здесь пока жить нельзя, — Джин задумчиво повертела в руках лоскут розового шелка, приложила его к стене. — Мам?

— Да?

— Посмотри…

— Куда? — Лесли бараном уставился на стену.

Джин приложила лоскут, а потом кивнула маме.

— Придержишь?

— Сверху?

— Да, давай…

Кларисса послушно придержала лоскут обивки, а Джинджер растопырила пальцы и попробовала его оторвать.

Не получилось. Такой большой кусок она захватить не могла.

У того, кто рвал обивку, рука была больше раза в два.

— И это еще не все.

— А что еще?

— Посмотри сюда! — Джинджер показала на стену. Вполне отчетливо там виднелись несколько неглубоких следов. Царапины?

— Джин, это же…

— Мореный дуб, который твоя мама затянула розовым шелком. Кстати, почему?

— Тут раньше были отцовские покои, ее рядом. Но когда папа умер, она переехала сюда, сказала, что чувствует себя ближе к нему.

Кларисса с Джин обменялись понимающими взглядами.

— И изменила все до неузнаваемости?

— Не знаю, к чему она хотела быть ближе, но уж точно не к покойному мужу.

Вслух не было сказано ни слова, но женщины друг друга поняли.

— Лесли, а тут есть какие-нибудь тайники?

— Вряд ли. Есть в… в другом месте.

— Они нетронуты? Может, проверишь? А мы тебя здесь подождем.

— Ты думаешь, здесь что-то искали?

— Не нашли и принялись громить комнаты, — подтвердила Джинджер.

— Но я не вижу тайника…

— Это не значит, что его нет, не было и не заделали, — пожала плечами Кларисса. — Так мы ждем?