Шолох. Теневые блики - Антонина Крейн

Когда мы прошли сквозь ворота, нашему взору открылся очаровательный холм на ясной лесной поляне. Нужно сказать, что погода была не ахти, все небо затянуто плотной белой ватой. Кроме — как по заказу — единственного просвета в облаках, сквозь который на землю скользил яркий солнечный луч. Его диаметра как раз хватало на освещение холма — чудеса, да и только!

На вершине стоял уютный коттедж розоватого оттенка, а вокруг росли совершенно невозможные, нереальные, невероятные гигантские тыквы. Самая большая из них могла посоперничать размерами с хозяйским домом. В тени под ее ярко-оранжевым боком отдыхало многочисленное семейство полосатых кошек. Издали приметив нас, они начали истошно мяукать на все лады. Их с удовольствием поддержал пес, до того спящий под крыльцом. Пегая кобылка выглянула из-за дома с робким «иго-го?». Две юных изворотливых лисы промчались мимо нас вдоль забора. Какие-то яркие птички поднялись стайкой из кустов и недовольно зачирикали, дескать, кто тревожит наш экологически чистый рай?

Под соседней от кошек тыквой тоже не было пусто: там примостился пожилой мужчина с кучей плотницких инструментов. Перед ним лежал еще один ненормальный овощ-переросток: вытянутый кабачок размером с односпальную кровать. Старик что-то сосредоточенно пилил, игонируя гомон, производимый обитателями фермы.

— Мне кажется, или он делает лодку? — обалдело спросила я.

— Судя по вот тем веслам в цвет — да, — Полынь был впечатлен не меньше моего.

Все пространство фермы занимал фруктовый сад. Деревья казались обычными, но… Если сощуриться и расфокусировать взгляд, так, чтобы мир слегка задрожал в ваших не привыкших к подобному глазах, то вы увидите вокруг этих яблонь и груш серебристое сияние. Это значит, что хозяева «Зеленой фермы» заботились и о древесных духах тоже.

Полынь направился к старику, а я притормозила у ближайшего дерева — гибкой, стройной яблоньки. Сочный красный плод висел аккурат на уровне моих глаз — срывай, не хочу. Я полюбовалась его румяным боком и развернулась, чтобы догнать куратора.

— Почему ты не взяла яблоко? — сразу же раздался шелестящий голос.

Я обернулась. Яблоневый человек отделился от ствола и с любопытством смотрел на меня. А я, в свою очередь, на него. Мне всегда нравились эти ребята — тонкие, полупрозрачные, светящиеся духи около полутора метров высотой. У них вытянутые головы, огромные круглые глаза и длинные пальцы на бестелесных руках. Яблоневые люди селятся в садовых деревьях по одному небу известному принципу, но это, бесспорно, хороший знак. Дух помогает хозяевам сада и раз в несколько лет преподносит им ценный дар — золотое яблоко. Если покатать волшебный плод на блюдце, он покажет одну полную правду об одном человеке или предмете.

Духу можно оставлять подношения на тарелке под деревом, и тогда он будет следить не только за богатым урожаем самой яблони, но и за остальными посадками.

— Я не хочу есть, а срывать его ради забавы было бы нечестно. Тем более, хозяева не давали мне на это разрешения, — объяснила я духу свое поведение.

— Они бы не были против. Они хорошие, — яблоневый человек слегка подлетел над землей, чтобы оказаться со мной на одном уровне. Их способность взлетать мне тоже всегда импонировала. Для людей левитация — невозможная сказка былых времен. Но некоторые магические существа вполне себе умеют летать, и это завораживает.

— Зачем вы с тем мужчиной пришли сюда? — продолжил дух. Ему явно хотелось пообщаться, удивительное дело!

— Говорят, на территории фермы, в роще секвой, погиб иноземец — упал с дерева. Нам нужно подтвердить его смерть от несчастного случая.

— Я люблю секвойи, — выдохнул дух и слегка окрасился в голубой цвет от удовольствия. Мне сразу вспомнились особенности зрения принца Лиссая — он говорил, что после травмы видит эмоции и чувства людей, так? Интересно, это похоже на зрелище меняющего ауру яблоневого человека?

Дух облетел вокруг меня и задумчиво возразил сам себе:

— Однако секвойи — деревья-одиночки. Они не друзья живым людям, птицам и зверям.

— Видимо, ты прав, раз тот парень свалился… — краем глаза я видела, что Полынь уже начал беседу с пожилым мужчиной. — Прости, мне нужно идти к коллеге. Было приятно пообщаться, Яблоневый Человек.

— Возьми все-таки яблоко. Мне будет приятно, ведь тут так редко бывают незнакомцы. Я люблю хозяев фермы, но им уже не так сладко от моих плодов.

Я улыбнулась духу. Очень хотелось дружески похлопать его по плечу, мол, спасибо большое, чувак, но вряд ли это было возможно физически — он все-таки бестелесный. Поэтому я просто кивнула в благодарность и потянулась за яблоком.

Дух исчез. А сладкий плод, оказавшись у меня в руке, неожиданно потяжелел, потемнел и секунду спустя превратился в настоящее золотое яблоко. Вау! Вот это поворот! Я рассмеялась.

Подарки от случайных знакомцев всегда вызывают самые волшебные эмоции. Моментально возникает ощущение, будто тебе улыбается и приветливо машет сама матушка-природа. Одобряю, человече, получи пирожок просто так, за красивые глаза! Хочется бежать и творить добро. А еще преисполняешься удивительной уверенности, что у тебя будет хорошо, раз уж жизнь щедрится для тебя на знаки внимания.

По тому же принципу мне нравятся разные бесплатные городские радости: дегустации в лавках, сувениры постоянным клиентам ко дню рождения, подарочки при открытии новых магазинов и шоколадки на гостиничных подушках. Дахху вечно кривит губы при слове «халява», но я искренне радуюсь и считаю каждый такой эпизод добрым преднаменованием.

— Спасибо! — улыбнулась я дереву еще разок. Положила золотое яблоко в карман плаща — оно весомо оттянуло ткань — и вприпрыжку поскакала к Полыни.

***

Хозяева «Зеленого пути» оберегали и взращивали небольшую рощицу секвой метрах в трехстах от основной территории. Именно там нас «ждал» труп: погибший мистер Джи Бастерс, уроженец Тернаса, чье тело сегодня утром нашли фермеры.

Обещанное Полынью жуткое зрелище было наготове… Высота местных секвой составляла около семнадцати метров, и Джи Бастерс, судя по тому, какой лепешкой он стал, летел с самого верху. Мы с Полынью, насколько это было возможно, подтвердили личность погибшего. Во время этого процесса я изо всех сил подавляла приступы тошноты, Внемлющий тоже не казался шибко бодрым.

— Боги-хранители, это ужасно. И на кой прах его понесло на эту секвойю… — простонала я.

— В документах сказано, он был орнитологом. Видимо, искал чье-то гнездо.

— Не существует в нашем мире птиц, которые вьют гнезда на секвойях, — категорично покачала головой я.

— Откуда ты знаешь?

— Помню из курса биологии. Плюс мне об этом сейчас Яблоневый человек напомнил. Фу, ну и пахнет здесь…

Полынь выплюнул изо рта кончик карандаша, который до этого старательно грыз, и уточнил:

— А чем здесь пахнет?