Попала, или Жена для тирана - 2 - Валерия Чернованова

В общем, странный и непонятный. А у меня, видимо, карма такая — ко мне, как магнитом, притягивается все странное и непонятное.

— Прежде чем пожелать друг другу доброй ночи, мы с его величеством поднялись к королеве.

Мы обошли фонтан и двинулись по аллее, что вела ко входу в сердце парка — зеленый лабиринт. Надеюсь, ему тоже уже успели вернуть первозданный вид.

— Не знаю, что заставило Редфрита передумать, но он вдруг решил попробовать призвать духа в тело преступника.

— Какого еще преступника? — Я даже сбилась с шага, удивленная словами накаи.

Арайна безразлично пожала плечами:

— Любого. Без разницы. Хоть я его и предупредила, что Спящий предпочитает тела девиц. Но твой Редфрит наотрез отказался убивать детей и женщин.

— И как он посмел…

Принцесса пропустила мой сарказм мимо ушей.

— Ну ничего, скоро он убедится, что от мужчин толку немного, и тогда, хочется надеяться, начнет искать сосуд, который уже точно удержит духа.

Меня передернуло. Арайна говорила об убийствах (пусть и во спасение мира) так, будто это было что-то обыденное. Подумаешь, какого-нибудь душегуба лишат жизни. Ну кому взбредет в голову убиваться из-за такой ерунды?

Она только сожалела, что на месте преступника не будет невинной девицы.

Словно прочитав мои мысли, накаи скосила на меня взгляд и глухо произнесла:

— Мне это тоже не нравится, но другого выхода нет.

— Должен быть…

— Мы искали много лет, — упрямо возразила она. — Не нашли.

Некоторое время мы молчали. Арайна продолжала с интересом рассматривать архитектуру парка, а я угрюмо размышляла над ее словами.

— А что потом? — спросила, не выдержав.

— Что ты имеешь в виду? — Накаи нахмурилась.

— После того, как дух уснет.

— Мы перестанем уничтожать людей, если люди перестанут уничтожать нас.

— А как же феи и накшерры? Нужно добиваться, чтобы король отменил рабство.

Увы, Арайна не прониклась моим энтузиазмом.

— У меня есть народ, о котором я должна заботиться. Благополучие накаи — вот, за что я готова бороться, а если потребуется, то и умереть. У фей и накшерров есть свои предводители. Судьба мелких народцев — не моя головная боль.

Черт.

— В этом и заключается ваша проблема, — заметила я с печальной улыбкой. — Если бы вы сплотились, никакие маги севера не смогли бы к вам пробиться. Но вы привыкли, что каждый сам за себя. И если случится так, что войны все же не избежать, люди уничтожат и вас, и мелкие народцы, и все Средиземье.

Мои слова не понравились принцессе. Нахмурившись, она резко произнесла:

— Потому я здесь. Чтобы не допустить этой войны. И я ее не допущу!

Погуляв по лабиринту, мы вышли на центральную аллею и двинулись обратно к белокаменной громаде дворца. Мимо промчался экипаж, сопровождаемый четверкой всадников.

Солдаты.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Чувствуя, как сердце начинает биться быстрее, я решила от него не отставать и ускорила шаг. Вот карета остановилась, а спустя несколько секунд из нее показался мужчина в кандалах.

— Сосуд для духа доставили. — Накаи мрачно усмехнулась и перевела взгляд на меня. — С нами нет жреца, поэтому призывать древнего буду я. Хочешь посмотреть?

Стать свидетельницей убийства? Такое времяпровождение точно не значилось в моем расписании, но оставаться не у дел я больше не собиралась.

Кивнула и, храбрясь, сказала:

— Думаю, я должна это увидеть.

Не теряя времени, мы вернулись во дворец. Арайна шла уверенно, будто уже успела изучить во владениях Галеано каждый закуток. Я старалась не отставать. Подхватив юбки, чуть ли не бежала за крылатой. Было видно, ей не терпится доказать смертным (так ведь они нас называют), что Спящий существует.

— Мы его увидим? Я имею в виду духа.

— Если повезет, — глядя перед собой, ровно ответила накаи. — Будем надеяться, что древний все же прельстится телом заключенного.

А вот мне надеяться на такой исход отчаянно не хотелось. Не знаю, что совершил мужчина в кандалах, может, он какой-нибудь местный Джек Потрошитель, вот только это все равно было неправильно.

Демонов дух! Глупые король с королевой! Понимаю, смириться с утратой непросто, особенно когда теряешь ребенка. Но возвращать к жизни то, что уже умерло… Нет, не глупые — они были безумны.

С охранниками Арайны мы столкнулись возле входа в одну из дворцовых башен, противоположную той, что облюбовала для себя Мильдгита. Перед лестницей дежурила стража, в обязанности которой входило отгонять от места проведения ритуала всех любопытствующих. Меня стражники тоже пытались отогнать — не позволила Арайна.

— Она со мной, — коротко бросила накаи.

— Посторонним вход воспрещен, — дежурно отозвался солдат постарше.

— Эта девушка не посторонняя…

— Что здесь происходит? — Голос Редфрита, резкий и холодный, разлетелся по коридору.

Даже принцесса от неожиданности вздрогнула, а я так вообще невольно втянула голову в плечи.

— Нас не пускают. — Арайна вскинула подбородок.

— Только невесту его светлости, — заикнулся солдат номер два — молоденький паренек с тоненькой ниточкой усов, и уже не так уверенно добавил: — Посторонним ведь нельзя.

— Тебе там действительно делать нечего, — в упор посмотрел на меня Редфрит. Взгляд темно-синих глаз скользнул по лицу, задержавшись на губах, которые я тут же начала невольно кусать. — Лучше возвращайся к себе.

Мысленно выругавшись, безмолвно попросила помощи у Велебора. Я вчера весь вечер в четырех стенах изнывала и теперь что, снова от неизвестности черт знает сколько должна буду маяться?

К счастью, князь правильно понял мой выразительный взгляд. Шагнул вперед, к королю, и сказал:

— Ваше величество, если позволите, я бы хотел, чтобы моя невеста присутствовала при обряде.

— Зачем?

Ярый растерялся. Наверное, впервые он не находил что ответить. Просто потому, что мне там действительно нечего было делать.