Элирм III - Владимир Посмыгаев

— Звучит заманчиво — улыбнулся я.

— И более того, если вы согласитесь, то я переведу на ваш счет ровно сто миллионов золотых.

— Щедро.

— Стало быть, мы договорились? — обрадовался Доусон.

Я выдержал длинную паузу, а затем подбросил истлевшую сигарету в воздух, переместив окурок прямиком в «хранилище».

— Нет.

Ученый опешил. Он до последнего был уверен, что я соглашусь.

— Но почему? Дело в деньгах? Хорошо, если сотни миллионов мало, то тогда я переведу вам миллиард.

— Дело вовсе не в них, мистер Доусон.

— А в чём тогда?

— Причин несколько — ответил я — Первое — я знаю о нависшей над всеми нами неслыханной угрозе, потому как во время «Испытания Аргентависа» я на протяжении долгих сорока семи лет блуждал в тени Его воплощения. Уверен, вы тоже об этом знаете. Как и том, что именно система, изначально названная Хранителем, является нашим главным оружием и единственным гарантом безопасности. Поэтому тот факт, что вы об этом умолчали, заставляет меня задуматься: а чьими конкретно интересами вы руководствуетесь?

— Интересами всего человечества.

— Я вам не верю. И как один из представителей «доблестного воинства Хранителя» постараюсь приложить максимум усилий на то, чтобы система и дальше продолжала исправно функционировать и оберегать нас от внешних угроз.

Возвращение к истоку — 3,14 %

<Влад, а ты чего засветился прямо как Доктор Манхэттен? Всё ок?>

<Всё нормально, Гер. Спонтанное возвращение к истоку. Помигает и перестанет>

— Вы говорите, что система нас защищает… Но позвольте поинтересоваться: если мать продала своё дитя цыганам, или хуже — бросила собакам? Разве она остается нам матерью?

— Сомневаюсь, что это удачное сравнение. Система — механизм. А когда механизмы ломаются, то их, как правило, чинят.

— Допустим. Ну, а вторая причина? — поинтересовался профессор.

— Вторая причина куда более житейская, но при этом лично для меня имеет ничуть не меньшее значение. Вы начали разговор со слов о нашем общем друге Августе, однако за всё это время так ни разу и не поинтересовались, удалось ли нам разузнать хоть что-нибудь о статусе его возможного местонахождения. Более того, не прошло и десяти минут, как вы назвали его расчётливым манипулятором и человеком, что попросту меня использовал, дабы перевезти через границу ценный предмет. Возможно, так оно и было, но помимо всего прочего он неоднократно спасал мою жизнь. Как реальным действием, так и ценным советом. Причем первый раз это случилось еще до того, как он узнал про «карман пустоты».

— Влад — к нам подошёл Герман — Не хотелось бы вас прерывать, но нам пора отсюда валить. Этот Китна Рави уже настолько сильно возбудил толпу, что, кажется, вот-вот прольётся первая кровь.

— «Сражайтесь с теми из неверных, которые близки к вам. И пусть они найдут в вас суровость» — задумчиво произнёс Доусон и медленно встал — Господин Эо, правильно ли я понимаю, что мы с вами не договоримся?

— Да.

— Что ж, в таком случае я искренне желаю вам удачи. Уверен, очень скоро она вам понадобится.

— И вам не хворать…

Ученый покинул беседку, двинувшись в сторону противоположную Площади Мира.

— Ах да, чуть не забыл — вдруг остановился он — Господин Герман, слышал у вас неплохой правый хук?

— А? — не понял танк.

— Да так, ничего важного. Вам просили передать, что бояться нечего. Это было настолько дерзко и нелепо, что даже забавно.

— …

— О чём это он? — спросил Герман, стоило Доусону завернуть за угол мавзолея.

— Догадайся. Кому ты пару недель назад хлеборезку начистил? Да так, что чуть было не разжился двадцатью килограммами божественной стали?

— Ух ё-маё…

— Угу.

— Так значит, Файр и Отступник действуют заодно?

— Без понятия. Да и сейчас меня интересует другое: почему они все поголовно желают удачи, хотя на самом деле это не так?

— Нашел, о чем спрашивать — пожал плечами напарник.

Тем временем шум со стороны площади стремительно нарастал. И если минуту назад первосвященник выкрикивал громкие лозунги и скакал по залитой кровью платформе в гордом одиночестве, то уже сейчас к его озлобленной свистопляске безумия начали подключаться целые сегменты толпы. И с каждой секундой их становилось всё больше. Даже отсюда я видел, как особо рьяные фанатики Пантеона крутили головами из стороны в сторону, выискивая в толпе «двадцать первых». Казалось, еще немного и вспыхнет первая искра, что разом перерастет в бушующее пламя кровавой мясорубки.

— ЭЙ! КУДА ПОШЁЛ?! — раздался громкий крик — СТОЯТЬ, СУКА!

— ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ! Я НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛ!

— ЭЙ! ЛОВИТЕ ЕГО! НЕ ДАЙТЕ ЕМУ УЙТИ!

— Вот уроды — мрачно прокомментировал Герман.

— Парни, надо уходить — к нам подошел Эстир вместе с остальными — Чую, дело пахнет керосином.

— Ты прав — кивнул я, мазнув напоследок взглядом по мигающей всё это время иконке Стихиалиевого Куба.

<Сгенерировать>

Вспышка!

Внимание! На вас было наложено скрытое проклятие: «Насмешка Окруса»!

Параметр Удача понижен на 500 ед.

До окончания срока действия проклятия: 23 часа, 58 минут, 45 секунд…

— Что за…

Вспышка!

Внимание! ОШИБКА!

Масса сгенерированного Стихиалиевым Кубом предмета превышает допустимый совокупный вес предметов «Хранилища» на 47 911 тонн!

Предмет: «Тяжелый ракетный подводный крейсер стратегического назначения проекта 941 «Акула» принудительно извлечен!

— О боже… нет… — успел прошептать я, глядя на то, как большую часть площади накрыло тенью, от падающей на неё ста семидесяти метровой атомной подводной лодки.

БУУУМММ!!!

Гигантская стальная махина обрушилась прямо на головы тысяч «людей», а затем еще и перевернулась вокруг своей оси, подмяв под себя не менее шестидесяти процентов всех собравшихся.

По барабанным перепонкам тотчас же ударила оглушительная волна испуганных криков, стонов боли и грохота обрушающихся зданий, в числе которых оказалась и часть Капитолия. А секундой позже раздался мощнейший взрыв, превративший Площадь Мира в эпицентр огня и кровавого месива.

Вспышка!

Вы получили 78-й уровень!

Вы получили 79-й уровень!

Вы получили 80-й уровень!