Чудеса в решете - Владимир Сухинин

Сначала Антон кивал и улыбался, но упоминание постельного приключения с болотной тварью стерло улыбку с его лица.

– Давайте договоримся, у меня с ней ничего не было, – негромко предложил он и все дружно согласно закивали.

После завтрака все разошлись по своим делам. Каждый ушел, погруженный в свои мысли. Антон пошел вниз в библиотеку. Там, как он помнил, была книжка про тварей тьмы. Но достать ее не успел. Пришел Сильтак и принес дротики, подождал Антона, пока он относил их и клал на наковальню, и выгнал на занятия. Слушать его робкие попытки отвертеться от тренировки не стал и буквально за шиворот вытащил ученика тренироваться с мечом. В обучении Сильтак был безжалостен. Он не обращал внимания на боль, раны и ссадины у ученика, на усталость и что меч под конец занятий стал выпадать из рук Антона от малейшего удара. Он бил, колол, указывал на ошибки и вновь атаковал зазубренным мечом.

– Кисть слабая, – констатировал Сильтак в конце, – и выносливости нет. Завтра я приготовлю мешочки с песком на руки, с ними будете заниматься. Каждые три дня вес песка буду увеличивать. Услышав это, Антон чуть не застонал.

Но на обед он пришел вновь отдохнувший. Крестик помог. Притащил с собой книгу. И маленькую кадку. Молча поел. Вытер полотенцем рот и произнес со значением:

– Значит так. Вы ешьте, а я буду читать вам про тварей тьмы. – Антон послюнявил палец и открыл книгу.

– Летучие мыши-вампиры. Кровососущие существа появляются в горных пещерах, гротах и заброшенных подземельях. По одиночке не страшны, но стая, напавшая на живое существо, убивает его очень быстро, высасывая всю кровь…

Антон оторвался от чтения.

– Тут такие водятся? – спросил он.

– Не видел таких, милорд. Сколько живу, сроду не видал. Летучие мыши есть, но чтоб кровь сосали, такого не припомню, – немного подумав, ответил Флапий.

– Ну тут и гидр не бывало, а вон появилась, – ответил Антон. – Сейчас у кикиморы спросим. – Он нагнулся и вытащил голову. Флапий, грек и Эрзай с интересом на нее посмотрели.

– Скажи-ка красавица, – елейным голосом, дразня тварь, спросил Антон. – Летучие мыши-вампиры на болоте есть?

Голова открыла глаза и посмотрела на собравшихся. Грек испуганно дернулся и, инстинктивно защищаясь, поднял руки.

– Она смотрит! – дрожащим голосом произнес он и отодвинулся подальше от Антона.

– Нет вампиров. Домой хочу! – лающим голосом ответила голова.

– Ясно, полежи еще, – Антон опустил голову в кадку. – Что там дальше?.. – он полистал книгу. – А, вот! Болотные твари. Водяной. Водяной есть? – спросил он.

– Нету, – донеслось из-под стола.

– Леший. Леший, или болотный путаник, атакует разум человека и заманивает его в топь, где тот погибает. В утопленника может вселиться болотный дух, и он становится вурдалаком. Для борьбы с лешим в отряде необходимо иметь шлем разума. Шлем разума – человек, способный контролировать и защитить разум сразу нескольких людей и противодействовать лешему.

– Так, – Антон в упор посмотрел на Франси, – а мой отец не был уж таким безумцем, как говорят. Вот и шлем разума он имел. Так ведь, Франси?

– Все так, милорд, – женщина потупила глаза.

– Кикимора, плодоносящая тварь. Очень опасна. Поджидает неосторожного путника возле болота, очаровывает его и затаскивает в топь. Принимает его облик и отправляется к людям. Если жертва мужчина, кикимора, принимая его образ, соблазняет женщину. Кикимора оплодотворяет женщину, и та через три четыре дня уходит в болото отложить икру, а потом становится кормом малькам. Если в ее сети попадает женщина, то, приняв образ женщины, кикимора соблазняет мужчину. От ее чар защититься невозможно. Человека охватывает непреодолимая страсть, и он с ненасытностью набрасывается на преображенную тварь и совокупляется с ней до полного изнеможения. Оставив бесчувственного любовника, она уходит на болото. Мужчина заражается выделениями кикиморы и начинает меняться. Он толстеет, покрывается язвами и начинает пахнуть гнилью. Через три-четыре десятины, движимый отцовским инстинктом, убегает на болото к своему выводку детей, где они его сжирают. Если в течение первого часа не облучить такого беднягу артефактом Света, он уже не выздоравливает. Свет убивает заразу и выводок тьмы…

Флапий, сидевший ближе всех к Антону, шумно потянул носом.

– Вроде, не воняет гнилью – произнес он. – Или рано еще… Хотя вот серой потянуло… Антон вытаращился на слугу и хотел уже сказать что-то резкое, как Торвал извинился.

– Простите, это я воздух испортил, что-то живот крутит.

– Ты тоже с ней кувыркался? – поинтересовался Флапий.

– Я? Не-ет, – испуганно замахал руками шер. – Это ваш милорд, объятый страстью, оплодотворял кикимору. Полный живот ей накидал. Он вот такой был. – Торвал развел руки, показывая размер живота кикиморы. А я что-то несвежее съел.

Антон перевел взгляд на болтуна Торвала и собирался дать отповедь, как вновь в разговор включился Флапий.

– Да! Наш милорд еще тот жеребец. Сразу видно мужскую силу. И бабу болотную обрюхатил, и в изнеможение не впал…

Антон зверем посмотрел на Флапия. И прошипел, словно удав Каа^[21]:

– Я уже говорил, что этого не случилось. Крест упал на тварь и сжег ее.

Франси отвесила мужу подзатыльник.

– Не болтай глупости! – строго приказала она.

– А я чего? – Тот вжал голову в плечи. – Я ничего! Я же хвалю милорда. Мол, крепкий мужчина. Да-а… И с кикиморой справился, и удовольствие получил…

Франси снова отвесила ему подзатыльник:

– Молчи, дурень.

– Молчу, моя радость, молчу.

Антон окинул суровым взглядом собравшихся, желая узнать, кто еще захочет обсуждать его интимную связь с кикиморой. Но все притихли. Тогда он продолжил читать.

– Из детенышей кикиморы плодятся разнообразные болотные твари: виверны, кикиморы, болотные духи, блуждающие огоньки. Хуже всех анчука – мелкие болотные пакостники. Они разбегаются по окрестностям, отравляют воду и насылают болезни на людей и животных. Совокупляются со свиньями, собаками, овцами и плодят уродцев. Вызревший анчука превращается в баньши. Он возвращается в болото и бродит по нему. Встретив живое существо, высасывает из него жизнь. Выглядит баньши как старуха в плаще и с косой, какой крестьяне косят траву.

– Ни хрена себе… что могло быть! – не сдержавшись, вслух проговорил Антон. – Ну, Орлик, только попадись ты мне! Анчука недоделанный… Он глубоко несколько раз вздохнул и, успокоившись, продолжил чтение.

– Гидра. Большое, размером с лошадь, трехголовое существо. Плюется органическим ядом, похожим на кислоту. Плевок летит на расстояние двадцати-тридцати шагов. Плевки происходят поочередно из каждой головы, потом гидра, опустив головы, набирает в пасть новую порцию яда. Времени на это уходит примерно на тридцать ударов сердца. И снова плюется. Зубов у нее нет, но на голове и груди костяная броня. Уязвимое место у гидры – брюхо. Но оно открывается лишь когда гидра начинает плеваться. Лучше всего для борьбы с гидрой использовать боевых соколов. Они летают над головой твари и отвлекают ее. Охотясь на соколов, Гидра открывает брюхо. Его можно поразить стрелой или копьем. Еще она бодается головой, так что близко подходить к ней опасно. Но самое лучшее средство борьбы с призванными тварями – очищающий свет, он отправляет тварей обратно в их темный мир преисподней.