Очень светлые неприятности - Александр Горбов

Первый час Дитя Тьмы и Приёмыш Света ехали молча. Оба громко сопели, недовольные вынужденным соседством, и нервно ёрзали. Раздражение копилось, готовое в любой момент прорваться.

— Не пихайся.

— А я и не пихаюсь!

— Нет пихаешься!

— Ты слишком много места заняла.

— Моё седло, хочу и занимаю.

— А тут я ещё есть.

— Ну и что? Расселся, как толстый орк, и ворчит.

— Сама ты вонючий орк!

— Орки не вонючие.

— Вонючие.

— Сам ты вонючий! Орки мятой пахнут.

— Как будто ты их нюхала.

— Нюхала! Меня дядя Уру-Бука на шее катал, понятно?

— Вот и каталась бы на нём.

— На ком хочу, на том и катаюсь. Скажи спасибо, что мы тебя из подвала вытащили.

— Это не ты меня освободила.

— А вот я! Барон меня просил с тобой разобраться. А Сеня тебя только вывел. Если бы я не захотела, так бы и сидел в подземелье.

— Я тебя не просил меня вытаскивать.

— Не хотел бы — не вышел. Мы силком тебя не тащили.

Сеня наблюдал за ними с улыбкой. Пусть себе ругаются! Главное, они разговаривают, а не швыряются боевыми заклятиями. Маленький шаг для двух детей и огромный прыжок для великих сил.

— Ты тёмная!

— А ты светлый!

— И что? Светлые добрые.

— Ха-ха-ха! Где ты добрых нашёл? Видела я, как ваши эльфы всякую жуть творят.

— Неправда!

— Сама, вот этими глазами.

— Врёшь!

— Да чтоб мне лопнуть на месте!

Дитя косилась на Приёмыша, ехидно прищурившись. А тот даже отодвинулся, грозя свалиться — вдруг и правда лопнет? Забрызгает всё. Но нет, даже пухнуть не начала.

— Убедился? Это наши тёмные добрые.

— Да как же. Ваши орки…

— Самые лучшие!

— Воню… — мальчик поперхнулся, — жестокие они.

— А как ты хотел? Вы на них всё время нападаете, убиваете, детей воруете.

— Чтобы они первые на нас не напали. Если мы их не будем отгонять, они разорят наши города.

— Вот-вот. Ты сам сказал. Вы первые нападаете! Это вы, — Дитя напряглась и произнесла по слогам, — аг-рес-со-ры. Понял?

Монстр отъехал чуть вперёд и осмотрел с пригорка окрестности. Убедившись, что засады не предвидится, он вернулся к детям. Те и не заметили его отсутствие, продолжая спорить.

— Ты думаешь, меня спрашивали, хочу ли я быть Дочерью Тьмы?

— Эээ…

— Не спрашивали! Взяли и сделали. Что ты мне тычешь этим? Сам небось добровольно в Приёмыши записался?

— Я?!

— Ну не я же.

Мальчик ошарашенно дёрнул головой.

— Меня не спрашивали. Я маленький ещё был. Родители отвели в храм Света и оставили. Сказали, что я выкуп за всю семью.

— Когда у меня будут дети, — в глазах Дитя мелькнула ярость, — я никого отдавать не буду. Вырастут — сами решат, за кого они.

Но мальчик не слушал её. Он морщился, мучительно размышляя о своей судьбе и выборе, сделанном за него.

Сеня усмехнулся и снова уехал на разведку. А когда вернулся, застал удивительное зрелище: Дитя утешала Приёмыша, размазывавшего слёзы по щекам, и гладила его по голове.

— Ты поплачь, легче станет. Ваня говорит: не надо в себе держать.

— Я, может, не хочу, — всхлипывал мальчик, — на рыцаря учиться. Каждый день тренировки, вечером ног не чувствуешь. И в мячик никогда не дают играть, говорят — нельзя, рыцарям не положено. Если норматив не сдаёшь, сразу на горох ставят и всю ночь гимны заставляют петь.

— А меня, — дитя тоже шмыгнула носом, — когда зачёт не сдала, на цепях подвесили над огненной ямой. И ужинов на неделю лишили!

Дитя и Приёмыш обнялись и зарыдали на два голоса.

* * *

На ночёвку компания устроилась в небольшой рощице. В сумке у монстра нашлась еда на троих, одеяла и спички для костра. Но детям было не до еды — они сидели рядышком и шептались о чём-то своём.

Сеня не вмешивался и не пытался подслушивать. Сунул обоим в руки по тарелке с ужином и оставил в покое. А когда стемнело, уложил детей спать и до утра сидел, глядя на языки огня.

На следующий день они проехали всего несколько миль, когда Сеня указал в сторону от дороги и направил туда сорона.

— Сенечка, а мы куда?

— Угук.

Через десять минут путники подъехали к странным руинам. Когда-то здесь стояла высокая арка из белого мрамора. Но годы, или чья-то злая воля, сломали верхнюю часть, оставив только белоснежные столбы.

— Угук!

Приёмыш нахмурился, разглядывая развалины.

— Я знаю, что это. Древний светлый портал, только сломанный.

— Угук.

Сеня подошёл ближе и щелкнул пальцами. Затрещали молнии, пробегая по мрамору, остро запахло грозой, между столбами всколыхнулась радужная плёнка — портал включился.

— Угук.

Монстр указал на Приёмыша и кивнул на портал.

— Сенечка! А может не надо его никуда отправлять? — Дитя забеспокоилась и дёрнула Сеню за рукав. — Пусть с нами едет.

— Угук, — монстр покачал головой.

— Нельзя, — мальчик огорченно вздохнул, — я должен вернуться.

Дитя Тьмы порывисто обняла Приёмыша.

— Я всё равно с тобой дружить буду, понял?

Мальчик улыбнулся:

— И я.

— Угук, — Сеня поторопил Приёмыша, подтолкнув в спину.

— Вот, — мальчик оторвал пуговицу у себя с одежды и сунул в ладонь девочки, — если нужна будет помощь, позови меня.

— Я поняла!

Приёмыш махнул рукой, шагнул между мраморными столбами и пропал.

До самого вечера Дитя пытала Сеню. Как он смог включить сломанный портал? Зачем Сеня отправил мальчика обратно? Почему Приёмыш узнал монстра? И главное, кто же Сеня такой на самом деле?

Монстр только разводил руками и хитро улыбался.

— Ну погоди, Сенечка, — ворчала Дитя, — спросишь ты у меня что-нибудь, я тебе так же буду отвечать.

Сеня в ответ угукал и качал головой.

* * *