Сахарный череп - Марина Сергеевна Комарова

Я быстро прикинула, что, в крайнем случае, буду бросаться на пол в попытке сбить Собирателя с ног. Не слишком действенно, но ничего другого в голову не приходит.

— Ты ничем не хуже Тиоша и Максимона. А то, что женщина, это меня не пугает. Сила не имеет пола. К тому же это будет даже забавно, — продолжил Собиратель. — Получить доступ к Озеру Душ — это превосходно. Души — будущая плоть, плоть — кровь, кровь — моя мощь и жизнь. Ну как, доходчиво?

— Идеально, — покивала я. — Только вот я к Нантат имею такое же отношение, как Тиош и вы к девочкам моего ателье. При всем желании вам помочь, я бессильна.

Снова смех. И такой… очень неприятный смех.

Я невольно сжала кулаки, вдруг осознав, что откуда-то изнутри поднимается гнев. Дикий, жуткий, чудовищный. И от этого тело становится легче, а кожа начинает гореть жаром.

Нельзя так смеяться. Ты просто не понимаешь, что нельзя и точка. Потому что я буду терпеть, но и такое терпение может иссякнуть.

Понять, откуда это все взялось, было сложно. Только сила словно бралась из ниоткуда и расцветала в груди огненным цветком.

— Возможно ты и впрямь глупее их, — наконец-то припечатал Собиратель. — Не зря же Тиош и Максимон быстро заняли свои места в Оутле, а ты все никак не могла показать себя. А если предположить, что хотела просто скрыться и спокойно жить… — Снова отвратительный смешок. — Нет, не поверю. Все, в ком бушует койопа, не могут вести себя словно простые люди. А меня даже сейчас слепит твоя молния в крови, Нантат.

— Не все одинаковые, — хрипло сказала я, чувствуя, как кончики пальцев покалывают сотни иголок.

— О да, конечно. Только лишь слабые и сильные, — издевательски ответил Собиратель. — Знаешь ли, даже этот ди Лопес хотел могущества. Пусть он и был ольтеком, далеко не слабым. Но его слишком привлекла идея стать равным таким как мы. Поэтому он всеми возможными способами возвращал меня к жизни. Вернул, как видишь. Мы даже успели к Карнавалу Мертвых. До этого мне приходилось пользоваться его телом. Неплохо пользоваться, никто не догадался, что в мэре Чилама находится Собиратель Крови, верно?

— Но он мертв, — само сорвалось с губ.

Пальцы и ладони буквально горели. Я не знала, что будет, но чуяла: еще чуть-чуть — и сама рвану, как новая звезда.

— Мертв, — пожал одним плечом Собиратель. — Он выполнил свою задачу. Мне не нужен настолько сообразительный слуга, который в какой-то момент решит пробудить кого-то еще. Я не буду ни с кем делиться Оутлем. Одного повелителя на весь мир вполне достаточно.

Я прищурилась, кисти окутало холодное голубое пламя. В ушах почему-то раздался стук собственного сердца. Откуда-то донесся вздох Роситы.

— Поэтому, Нантат, отдай свое тело, — закончил он.

— Подойди и возьми, тварь, — прорычала я, и волна ледяного огня хлынула на изуродованного Собирателя Крови.

Глава 19. Последняя смерть Собирателя Крови

Это переходило все границы.

Я не собирался теперь выяснять, что произошло в далеком прошлом. Перед глазами находился полуразрушенный храм. Забрать Розу. Выжечь все подчистую, вместе с Собирателем.

С нами поддержка. Такая, о которой только можно было мечтать. Пока мы сюда неслись, Муэрте-Катрина рассказала историю. Историю, от осознания которой сразу сделалось дурно. Первая богиня, которая прошла через Пирамиды Мертвых. Создательница эс-калавера. Дочь… Дочь Собирателя Крови. Мятежная и дерзкая Шкик Госпожа Кровь, та, которая не побоялась гнева отца и ушла на землю.

В голове все укладывалось с трудом.

Я только и мог, что обернуться назад и глянуть на Шбаланке, Ичтли и Харукана. Шбаланке… ее сын. Хоть обычно они об этом молчали. Но сейчас стало проявляться какое-то сходство. Они похожи. Действительно похожи.

От этого странного осознания желание уничтожить Собирателя стало еще больше. Ибо для него кровь — всего лишь пустой звук и топливо для злодеяний. А то, что родные по этой самой крови вынуждены прятаться и сбегать — это ерунда… Тварь.

Я практически подошел к дверям, как в ту же секунду их снесло голубым огнем. Только вот когда он пронесся мимо, стало невероятно холодно. На мгновение руки и ноги онемели, но я тут же сбросил оцепенение и кинулся внутрь.

«Только не опоздать, только не опоздать!» — билась раненой птицей в клетке страшная мысль.

Я едва не споткнулся о тело бесчувственной девушки у входа, но в ту же секунду сгусток пламени метнулся ко мне. В груди кольнуло страхом, но тут же стало ясно, что это не Роза.

Я пригнулся, заметил обезображенную фигуру, изо всех сил ударил волной живого нефрита. Донесся жуткий вопль.

— Эй, все веселье и без меня, — вскрикнул сзади Максимон и, став рядом, топнул ногой.

Земля тут же задрожала, ветхий пол раскололся. Из трещин тут же начал подниматься красный дым.

От бурлящей в храме силы стало светло. Недочеловеческая фигура корчилась в ореоле красного, голубого и зеленого огня. С ее руки срывалось временами что-то черное, но тут же превращалось в прах.

Но было и то, что на секунду заставило меня замереть. Потому что Роза даже не думала прятаться. А еще… Она стояла, окруженная смерчем сияющего света, и посылала в обезглавленную тварь сгустки голубого пламени.

Ее макияж эс-калавера частично потек, частично стерся. Глаза полыхали как звезды смерти, губы были плотно сжаты в одну линии. Она не боялась и не собиралась отступать. Гнев, который кипел в ней, мог свалить с ног любого.

— Не зевай, дорогуша, — фыркнул Максимон, проводя ладонью над полом.

Ослепительный красный свет ударил с такой силой, что я едва удержался.

Я рванул к Собирателю, собирая все свои силы и обрушивая их на согнувшееся тело.

— Роза! — крикнул я. — К выходу!

Она перевела на меня взгляд. От головы до ног пронеслась ледяная волна. На миг показалось, что у меня больше нет ни рук, ни ног, ни вообще живой плоти — только кричащая от ужаса бездна, оказавшаяся среди чужого пространства.

— На выход, — стиснув зубы, повторил я.

Роза еще раз глянула на Собирателя, словно решая, что с ним делать дальше.

— Сейчас тут все рухнет! — крикнул Максимон.

Роза коротко кивнула и метнулась к двери. Указала на девушку. Максимон подхватил несчастную, и вместе они выскочили из храма.

Теперь не стоило о ком-то думать.

И хоть перекрытие крыши и правда трещало, а по стенам пошли трещины, я не собирался уходить.

Все тело в один миг напиталось энергией. Казалось, она шла отовсюду: из