Сахарный череп - Марина Сергеевна Комарова

Мне в нем одновременно и комфортно, и странно. Временами волнами накатывали воспоминания Карлоса и госпожи Чералани, и тогда казалось, что я никогда не смогу остаться в одиночестве. Но потом все проходило, рядом появлялись Тиош и Максимон, как нечто само собой разумеющееся, и становилось тепло и спокойно.

Почему нас трое? Понятия не имею. Только именно в таком составе все почему-то правильно. И нет страха, что что-то пойдет не так. Нас трое: Тиош, Максимон, Нантат.

— Есть традиционные варианты, — подал голос Максимон, наблюдая за тем, как Чочу с видом оскорбленной невинности выплыл на веранду, неся на макушке кофейник.

— Кушать подано, — язвительно доложил он.

— Пить, — мягко поправил Тиош, забирая у него кофейник. — Спасибо.

Чочу кивнул и важно направился ко мне, ловко уронив на плед сигару с нуа-нуа.

— Традиционные — это какие? — уточнила я, щелкая пальцами, чтобы зажечь голубой огонек.

— У нас достаточно широкая кровать, — невозмутимо сказал Тиош.

Он поджег сигару, в воздухе тут же повис запах нуа-нуа.

— Ты же вроде не курила, — покосился на меня Максимон.

— С вами закуришь, — хмыкнула я, затягиваясь.

Стало легко и как-то воздушно. Несмотря на ерничание и подколки, разговор предстоял серьезный. И… сложно признаться себе, но я его всячески оттягивала.

Тиош и Максимон упредили. А потом хором выдали:

— Тебе нельзя!

— Почему? — ехидно уточнила я, выпуская ароматные колечки.

— Ну-у-у… — начал Тиош.

— Ты — мать, — выкрутился Максимон.

— Будущая, — отрубила я. — И насколько будущая еще большой вопрос, потому что стать ею я могу только при появлении отца.

Откинувшись на спинку кресла, внимательно посмотрела на обоих мужчин. Не я заварила эту кашу, но расхлебывать придется вместе со всеми.

Чочу устроился у меня на плече, довольно завозился, потом шепнул на ухо:

— Слушай, на что нам эти оболтусы? Давай подберем какого-нибудь красавчика вугу? Таонга разве что глазами тебя не поедает. Сама подумай, такой экземпляр пропадает!

— Он не пропадает, — возразила я. — Все мужчины вугу немного бароны Замди. Тут зовет на свидание и обещает все звезды неба, и тут же держит за руку какую-нибудь Чоча-Тайю в набедренной повязке и костяных бусах.

— У вугу с деторождением все прекрасно, — напомнил Тиош. — Мы должны разобраться с теми, кто приходит через Пирамиды Мертвых.

— Ограничители, установленные Муэрте-Катриной и веселой шибальбовской компашкой, действуют замечательно, — заметил Максимон.

— О да, — рассмеялась я. — Мне уже рассказали, что Шбаланке сцепился с Шок-Аху. Вот они не могут успокоиться, драка была такая, что даже Тьелль из Садов Заблудившихся нажарил зерен и выполз наверх полюбоваться происходящим. В итоге пришлось вызывать Харукана, который молниями разнял бойцов, ухватил Шбаланке за шкирку и утащил в небо.

Ограничители работали исправно, сплетни погоняли туда-сюда и успокоились.

— Надо подавать пример, — невозмутимо сказал Тиош, взяв чашку с кофе и делая глоток. — Чочу, ты восхитителен.

— Я знаю, — важно ответил он, но по голосу слышалось, что мелкому приятно.

— А где? — хмыкнула я, чуть прищуриваясь и снова затягиваясь. — Где ухаживания? Цветы? Вино? Подвиги во имя прекрасной сеньориты?

Максимон и Тиош переглянулись:

— Ну, если вопрос только в этом, — протянул Максимон. — Хотя я тебе предлагал быть женщиной моего сердца, сама отказалась.

— Видишь ли, любовь моя, — отозвалась я, — судьба решила иначе. Наш тесный союз нарушил бы вот этот красавчик. — И указала сигарой в сторону Тиоша.

Тот подавился кофе и закашлялся.

Я невинно улыбнулась. Мальчики, хотите играть по-крупному и сотворить новую легенду, которую потом будут пересказывать годами, постарайтесь. А я, так и быть, побуду любопытной самкой птицы чочмо и понаблюдаю за всем с вершины раскидистой гуары.

Чочу хмыкнул. Его тоже забавляло происходящее.

Максимон и Тиош посмотрели друг на друга и неожиданно зеркально улыбнулись.

И то, что я увидела в глазах обоих мужчин, обещало… скучать не придется.

Отлично, просто отлично. Время немного зажечь, а то Дождливый Ягуар что-то разохотился.

Глава 20. Новая легенда

Двадцать шестой кин Снежного Орла по Долгому Счету Дней

— Чтоб я еще раз послушался вас и пошел сюда, — ворчал Чочу, глядя на гомонящих людей.

Денек выдался вполне жарким, несмотря на сезон Снежного орла. В помещении и вовсе было душно. И очень шумно. Все спорили, обсуждали, толкались и желали прорваться к принимавшим голоса.

— Послушаешься как миленький, — шепнула я, с трудом сдерживая улыбку.

Выборы в Чиламе в этот раз и правда вышли не такими, как обычно. Прошлый мэр отошел в Шибальбу, и город остался бесхозным. Такое положение дел оставаться неизменным не могло, поэтому городской совет начал спешно выставлять новых кандидатов. Были и вугу, и эс-калавера, и чиламцы и… даже те, кто не собирался становиться главой города.

— Как думаешь, он своего добьется? — шепнул мне Тиош, аккуратно складывая лист голосования.

— Думаю, да, — кивнула я. — Он вообще… сообразительный и добивающийся этого самого «своего».

Рядом заворчал Чочу. Его совсем не устраивало, что народ не стремится сохранять дистанцию. Нарушение личного пространства Хранителя каралось шипением и тихим произнесением нецензурных слов.

Поставив нужную отметку, я аккуратно сложила лист и отправила его в урночку.

— Спасибо за ваш голос, сеньорита ди Муэртос, — белозубо улыбнулась Шима, вызвавшаяся помогать с приемом голосов.

— Все ради блага нашего родного города, — улыбнулась я в ответ и вернулась к Тиошу. — Все, гражданский долг выполнен. Идем?

— Идем.

Мы вышли из помещения, Тиош накинул мне на плечи шерстяную разноцветную накидку и мягко коснулся губами шеи.

Чочу фыркнул:

— Ну, началось!

— А ты не завидуй, — хмыкнул Тиош. — И вообще радуйся, что Максимон задерживается. Иначе…

— Вы и так мне уже сколько времени не даете спать, — буркнул тот. — Я понимаю, что создавать легенду не так просто, но можно потише? Мне и так пришлось накрутить берушей из мягкого наполнителя для игрушек!

Я сделала вид, что ничего не поняла. Потому что легенда просто так не делается! А если кому-то не нравится мой способ, то он может пойти куда-нибудь за Пирамиды Мертвых, в опечатанную пустыню.

Перед нами остановилась повозка. В кучере я признала Алехандро. Рядом с ним сидела очаровательная Мануэлита.

— Да будут ваши дни долгими, сеньорита ди Муэртос. Да не иссякнет ваша сила, господин Тиош, — поприветствовали они нас.

После чего Алехандро ловко спрыгнул на землю и пожал нам руки.

— Очень рад видеть.

— Роза, можно к вам прийти завтра с заказом? — тут же встряла нарисовавшаяся рядом Мануэлита. — Я такое придумала, такое придумала!

Алехандро кашлянул и деликатно задвинул дитя за спину.

Я невольно улыбнулась:

— Конечно, буду ждать. Такое… я всегда за что-то необычное.

Мануэлита от радости чуть не захлопала в ладоши.

Очередь голосующих тем временем