Во имя потерянных душ - Виталий Зыков

В образовательном процессе пришлось поучаствовать и Артему. Бледный, еще до конца не окрепший, он помог преодолеть Первую Пелену парочке оборотней и указал, кому еще придется пройти эту малоприятную процедуру в ближайшее время. А затем на два дня закрылся в лазарете, правда, теперь уже в качестве врача.

Работа нашлась для всех, причем столько, что оглянуться не успели, как закончилась третья неделя пребывания Меченых на базе у Кречета. Дошло до того, что глава «Акинака» дважды подкатывал к Лазовскому с предложением окончательно перейти под его начало. Полгода назад Артем, может быть, и согласился бы, но не теперь. Слишком он увяз в делах Башни, да и нет желания выходить из Конклава. Вновь становиться одиночкой, в то время когда остальные объединяются? Нет уж, увольте. Если же копать еще глубже, то отказ от поставленной перед собой цели ради должности карманного колдуна-виритника станет несмываемым пятном для его совести.

Артем не знал, какими соображениями руководствовались остальные, но предложения Кречета не принял никто. Меченые не имели ничего против помощи друзьям и союзникам, но их дом в Башне. О чем и было сказано достаточно ясно.

Отказ вряд ли помешал бы лидеру «Акинака» повторить попытку, но вмешалась третья сила. На базу с очередным караваном, в сопровождении Ланы и ее ведьм, прибыл Кардинал, и вынужденная командировка Артема закончилась.

Официальной причиной визита назвали установление дипломатических отношений. Дескать, личное знакомство двух лидеров будет способствовать укреплению сотрудничества и росту доверия. Для бойцов «Акинака» такого объяснения было достаточно, для Артема — нет. По всему Тракторному полно подобных банд, со всеми встречаться — только время зря терять. К тому же для заключения договора хватило бы командиров уровнем пониже, тех же Тагира или Георгия. Для последнего прогулка особенно полезна, засиделся он в Поселке, пора бы и «в поле» выйти. Но нет, Кардинал прибыл лично, а значит, здесь скрывалось что-то еще…

Что именно, стало понятно, когда бывший наставник попросил о прогулке по окрестностям. И в голове словно щелкнуло, мозаика сложилась. Хмурый прибыл искать порталы. Неважно, куда откроется короткая тропа — в Поселок или сразу к Башне. Кардиналу требовался транспортный канал для быстрой переброски солдат и торговых караванов. И он собирался его найти. Лично. Потому как недавняя неудачная экспедиция Тагира нанесла серьезный удар по его амбициям.

Артема и остальных отправили домой тем же караваном, усилив за их счет охрану. Все как и по дороге сюда, за той лишь разницей, что на этот раз им не попадались следы людей и демонов и не приходилось устраивать гонки по пересеченной местности. Курорт, а не работа. Даже нападение молодой пантеры, зачем-то накинувшей на себя иллюзию бегунка и в таком виде выскочившей на тропу, воспринималось не иначе как курьез.

Впрочем, Артема вопросы личной безопасности на этот раз волновали мало. Неспешное путешествие с караваном он воспринимал как удачную возможность спокойно подумать, не отвлекаясь на возню с обучением, козни коллег или решение очередной задачки Кардинала. Просто взять и разложить мысли и чувства по полочкам. Тем более что надобность в этом назрела уже давно. Впервые после Переноса он подумал о себе как о нормальном человеке. Не о гонимом всеми беглеце, не о запутавшемся в желаниях мальчишке и не о стремящемся к могуществу и уважению окружающих воине, а именно о нормальном человеке, которому требуются внимание и ласка, который хочет любить и быть любимым.

Поворотной точкой в изменении мировоззрения или, скорей, мироощущения стала болезнь. Лежа на больничной койке и в очередной раз пытаясь вернуть контроль над Даром, Артем вдруг осознал простую вещь: в любой момент все может закончиться. Щелкнет невидимый тумблер, и стая Пожирателей примется рвать беззащитную душу. И уже больше ничего никогда не будет. Жизнь закончится, и никто не даст второго шанса, чтобы успеть сделать и сказать все то, что постоянно откладывалось на потом.

Например, признаться в любви Кате.

По правде говоря, Артему давно следовало это сделать, не тянуть время зря, но у него никак не получалось разобраться в себе. Сказать «я люблю» легко, но вот сказать при этом правду гораздо сложнее. Потому как больно сложная это штука — любовь, чтобы говорить о ней применительно к малознакомой женщине. Лишь страсть бывает с первого взгляда, любовь требует времени. И плевать на тех, кто утверждает обратное.

Но вместе с тем ложью было бы говорить и о равнодушии.

Его влекло к Кате точно магнитом. Взгляд автоматически находил в толпе, а стоило подойти ближе, как руки словно по своей воле тянулись обнять.

В общем, ситуация сложилась насквозь житейская, знакомая практически любому парню. И как показывает человеческая история, другие с ее разрешением как-то справлялись, а значит, справится и он. Проблема крылась в другом — в нынешних отношениях Артема и Катерины.

Командиру сложно ухаживать за своей подчиненной. Любые знаки внимания могут быть восприняты как давление, а то и вовсе как принуждение. Что особенно актуально для города, в котором царит единственное право — право силы. Не все так просто и с ответной благосклонностью. На поверку она легко может оказаться не проявлением чувств, а циничным расчетом. Например, желанием слабого Сноходца привязать к себе более сильного.

Вот такая вот дилемма, попробуй в ней разберись!

Как ему быть, Артем мучительно размышлял аж до момента прибытия каравана в Школу. Вспоминал Катины слова, жесты, взгляды, пытался понять, что скрывается за ее отношением к нему. Любопытство? Профессиональный интерес? Или, чем черт не шутит, желание и страсть? А может, приказ Кардинала сойтись с опальным учеником поближе? Проклятье, что?! А Катерина, словно зная, кто именно занимает сейчас все мысли командира, постоянно попадалась ему на глаза и загадочно улыбалась, что точно не добавляло уму ясности.

Так и не придя к окончательному мнению, Артем просто решил поговорить и расставить все точки.

Случай выпал во время привала, когда до границы со Слободой оставалась пара часов неспешного хода. В Школе Меченые расстались с торговым караваном и присоединились к группе жителей Ниженки, желающих переселиться поближе к Башне. Бойцов и охотников среди них не было, все тяготы охраны легли на плечи Сноходцев и оборотней. Поэтому чтобы избавиться от ненужных свидетелей, оказалось достаточно вместе с Катей уйти на разведку…

Минут десять шли молча. Изучали звериные следы, искали проявления магии и те изменения, что принесла с собой последняя Волна. К своему стыду, Артем не знал, с чего начать разговор. Наработанные на Земле шаблоны здесь не имели смысла, а новые, в силу объективных причин, не успели появиться. Катя же определенно о чем-то догадывалась, но помогать не спешила. Более того, старательно делала вид, что ничего особенного не происходит, и о чем-то ворковала с сидящим у нее на плече додиком.

— Что со зверенышем делать собираешься? Так и будешь с собой носить или сыну подаришь? — спросил наконец Артем, мысленно благодаря карманное чудище за подсказку.