Я – сталкер. Тропами мутантов - Андрей Левицкий

Сзади Фишер выкрикнул:

– Направо! Там большой зал, в нем установка, в самом центре!

Коридор был широкий, между стенами метра три с половиной. Справа он заканчивался простенком с дверью посередине, слева – глухой стеной. По обе стороны коридора шли ряды дверей.

– Мы с Пригоршней проверим слева, – предложил я.

– Нет, держаться вместе, вы контролируете тыл, мы пробиваемся в зал.

Я бы поспорил, но момент был неподходящий для споров. Спецы первыми двинулись направо, мы шли за ними, пятясь, прижимаясь к стенам: я слева, Пригоршня справа, и держали под прицелом пустой коридор за их спинами. По сторонам были двери, я толкнул одну – не заперто. За дверью обнаружилось небольшое помещение, можно сказать, клетушка, заполненная рухлядью, стопками пожелтевших бумаг, ящиками с запыленными колбами, коробки. На всем лежал толстенный слой пыли. Фишер заглянул внутрь через мое плечо.

– Пусто, – я аккуратно закрыл дверь. – Фишер, что ты хочешь?

Он нервно облизал губы и прошептал:

– В одной из комнат на втором этаже спрятаны запчасти к энергатору. Почти комплект. Только лучевого генератора не хватало.

Пригоршня толкнул дверь со своей стороны, заглянул и объявил:

– Трупак один. Леший. Один – ноль в мою пользу, Химик.

Фишер перебежал коридор и заглянул в комнату, осмотренную Пригоршней.

– Не отвлекаться, – буркнул майор.

Он направлялся к двери в конце коридора. Эта отличалась от остальных – массивная и прочная с виду, только от нее осталась едва ли половина, нижняя часть была оторвана, край оплавлен и загнут внутрь. На полу между обломками блестели потеки металла, расплавившегося и застывшего на полу.

– Вот этот вход… – снова подал голос Фишер. – За ним большой зал, круглый. В центре – тот самый прибор. Не трогайте его, лучше, если я сперва осмотрю.

Озеров оглядел нас. Пригоршня с Фишером стояли справа от разрушенной двери, мы, все остальные, сгрудились слева. Майор объявил:

– При штурме стараемся не задеть прибор. По моей команде…

Но скомандовать он не успел. За изуродованной дверью заорал Мародер:

– Давай!

Одновременно распахнулись двери справа и слева в дальнем конце коридора – то есть у нас в тылу. Там мы помещения не проверяли, когда послушали Фишера и ушли от лестницы вправо. Мародер будто догадывался, что мы знаем, где его искать, и оставил этих двоих в засаде в противоположном конце коридора. Показались анархисты, двое. У одного «калаш», у другого обрез двустволки. Контролировать тыл было нашей с Пригоршней задачей, но сейчас-то мы собирались штурмовать зал, потому и замешкались. Вернее, замешкался я, промедлил долю секунды – сталкер с дробовиком успел разрядить в нашу сторону оба ствола и скрыться в боковой комнате. В бок болезненно ударило, я охнул, на миг решив: все, конец… И тут же вспомнил – куртка! Пятнистая куртка леших, вшитая, как подкладка, в надетый на меня брезентовый балахон.

Приняв на себя удар, она уберегла тело от повреждений. Хотя врезало, будто молотком по боку шмякнули.

Зато Пригоршня не сплоховал, и автоматная очередь, выпущенная вторым анархистом, оборвалась, он упал. Последние пули, выпущенные им, ушли в потолок, с визгом срикошетили, одна выбила мелкую крошку из стены рядом со мной.

– Мой готов! – заорал напарник возбужденно.

И тут майор упал. Он не стонал, не ругался, как поступил бы на его месте другой человек, получивший пулю в ногу. Он просто сполз по стене и сел. Керзон бросился к нему, склонился. Бугров молча протянул ему аптечку. Пока мы контролировали коридор, сержант ножом взрезал брючину и выругался. Бугор испустил тяжелый вздох. Озеров не издавал ни звука.

В этот момент я заметил полосу мерцания, протянувшуюся через коридор. Потом со скрежетом вывалился кусок стены в дальнем конце, в дыру проник луч света, от нее поползли, змеясь, трещины…

Пригоршня этого не видел и сказал, шагнув от своей стены:

– Что теперь? Если они…

– Стоять! – рявкнули мы с майором одновременно, и он добавил: – Мародер врубил энергатор!

– Точно! – вдруг донеслось из зала, куда вел коридор. – Хана вам, шакалы!

Луч дрожи посередине коридора вздрогнул, сместился. Коснулся дверного косяка в стене, за которой стоял я со спецами, и косяк – толстенная металлическая полоса – засветился, начал плавиться, потом бетон возле этого места стал на глазах белеть и крошиться, посыпался песок…

– Сейчас! – выкрикнул из зала Мародер. – Получите по полной программе!

Голос его наполняла злая горячечная дрожь, как тогда, на трубе АЭС. Я глянул на майора. Тот сидел на полу в луже крови, сержант поспешно затягивал жгут над его коленом.

В зале у Мародера что-то лязгнуло, потом хрустнуло, и он выругался. Разрушение стены приостановилось, воздух больше не дрожал. Я решился – пригнувшись, бросился поперек коридора к Пригоршне и Фишеру. Проскакивая мимо дверного проема, кинул взгляд в зал.

Мародер с энергатором на треножнике стоял в центре круглого помещения. Позади него высилось мощное сооружение – наверное, то самое устройство, поддерживающее портал, «темпостат». Его закрывал высокий металлический кожух-цилиндр двухметрового диаметра, верхушка которого уходила в потолок. Цилиндр был усилен ребрами жесткости, продольными и поперечными, вдоль него тянулись изогнутые трубки, похоже, из пластика. Разноцветные. Но по темпостату я лишь скользнул взглядом, как и по телам леших на полу, а вот Мародера успел рассмотреть лучше. Он как раз выдернул из казенной части энергатора дымящийся предмет, в котором я узнал странный пистолет, когда-то найденный нами на мертвом лешем. Мародер швырнул его под ноги, рванул из-за пояса другой, точно такой же, и с лязгом вдвинул в казенник энергатора. Больше я ничего не видел, не успел.

– Что там? – спросил Фишер.

– По-моему, он перезарядил энергатор. У него такая штука, вроде пистолета…

– Генератор перегрелся, – перебил ученый. – Он его сменил? Я слышал звук.

– Да.

– Полчаса работы, не меньше. Энергатор – это в основном усилитель, а луч генерирует то, что ты назвал пистолетом.

– Фишер, ты тоже с этой бригадой явился? – выкрикнул Мародер. – После штурма я тебя искал здесь, не нашел, расстроился… Но ты можешь вернуться, ты мне нужен. Входи с поднятыми руками, медленно. Это последний шанс, учти. Последний! Если ты со мной, я обеспечу тебе большое интересное будущее. Слышишь, будущее! Не это, поломанное, разрушенное, где мы сейчас топчемся, а полное настоящей жизни будущее там, на Земле! В Большой Зоне! Прислушайся, как это звучит: Большая Зона!

Фишер поглядел на меня, и я понял, что он не собирается использовать «последний шанс». Да и не было у него никаких шансов, Мародер слетел с катушек, это было слышно по голосу.