Пираты Гора - Джон Норман

— Какая наглость! — закричала она.

Я с убедительным видом кивнул Луриусу, оторопело уставившемуся на меня выпученными глазами.

— В Порт-Каре мне служат и многие свободные женщины, — заметил я.

— Как ты смеешь, тарларион! — крикнула она. — Я буду убарой Коса!

— Ну, желаю вам счастья, ваше высочество, — посочувствовал я.

Я бы и руками развел, не будь они скованы.

Она от возмущения даже не нашлась, что ответить.

— Здесь вы будете убарой, — продолжал я гнуть свое. — В моем доме вы были бы кухонной рабыней.

— Убейте его! — завопила она.

— Тише, — сказал ей Чембар. Девушка умолкла.

— Как ты, наверное, знаешь, — сказал Чембар, — Вивина обещана Луриусу, убару Коса.

— Я не знал, что обещание уже дано, — ответил я.

— Этим утром я дал свое слово, — кивнул Чембар.

Луриус оскалил зубы.

Девушка кипела от бешенства.

В зале раздались звуки вежливого похлопывания кулаком по плечу, что символизирует у гориан аплодисменты, хотя их воины в этом случае гремят оружием.

Чембар улыбнулся и поднял руку, призывая придворных к тишине.

— Этот союз, — сказал он, — свяжет между собой оба наших острова. Следующим этапом укрепления наших отношений послужит создание объединенной флотилии, что позволит нам нанести в Порт-Кар достойный визит.

— Понимаю, — ответил я.

— Уже сейчас, — продолжал Чембар, — обе наши флотилия находятся в боевой готовности.

— И когда произойдет их объединение? — поинтересовался я.

— К началу Шестой переходной стрелки.

— А вы не боитесь раскрывать передо мной свои планы? — спросил я.

— Ну, ведь здесь мы все — друзья, — усмехнувшись, пожал плечами Чембар.

— Но некоторые — рабы, — многозначительно добавила девушка.

— Вот именно, — подтвердил я, глядя ей в лицо, — рабы.

Ее глаза сверкнули.

— Вы как-то связаны, — продолжал я удовлетворять свое любопытство, — с Генрисом Севариусом, одним из убаров Порт-Кара?

Чембар усмехнулся.

— Мы имеем дело с его регентом Клаудиусом, — ответил он.

— А с самим Генрисом Севариусом?

— Ну, он всего лишь мальчишка.

— Но в его руках определенная власть.

— Нет, он ничего собой не представляет. Вся власть сосредоточена в руках его регента, Клаудиуса.

— Понятно, — снова повторил я.

— Хорошенько запомните это имя, капитан. Скоро Клаудиус станет единственным убаром Порт-Кара.

— Не без помощи Тироса и Коса. И, как я подозреваю, этот убар будет вашим ставленником.

— Совершенно верно, — рассмеялся Чембар.

— Но вы не можете не знать, что Клаудиус и сторонники Генриса Севариуса не пользуются в Порт-Каре поддержкой.

— Наша информация, капитан, надежнее, чем вы, очевидно, себе представляете, — усмехнулся Чембар. — Уверяю вас, мы сумеем вывести Клаудиуса из его теперешнего затруднительного положения.

— Вы, кажется, неплохо осведомлены о том, что происходит в Порт-Каре, — заметил я.

— Да, — согласился Чембар. — И кстати, если хотите, можете познакомиться с нашим главным агентом, тем, кто в свое время поведет наши флотилии к Порт-Кару.

— С удовольствием познакомлюсь, — ответил я. От группы богато одетых придворных, стоящих несколько поодаль от тронов убаров, отделился старавшийся до сих пор держаться неприметно человек.

У него были длинные черные волосы, стянутые сзади алой лентой.

В левой руке он держал позолоченный шлем, украшенный гребнем из шерсти слина, отличительным знаком капитана Порт-Кара.

Я ожидал, что этим человеком окажется Самос.

— Я Лисьяк, — сказал он. — Ты, Боcк, конечно, помнишь меня.

Я усмехнулся, вспоминая, как он с горсткой своих людей поспешно удирал от нас из владений Генриса Севариуса. Это происходило на следующую ночь после того, как я спас брошенного ими в канал юношу, за день до увеличения нами числа охранников у возведенной вокруг имения опального убара стены. Не думаю, чтобы после этого еще кому-нибудь из сторонников Клаудиуса удалось бежать.

— Я даже помню тебя раньше, чем ты думаешь, — сказал я.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Ты ведь тот самый капитан, на которого в дельте Воска напали бесчисленные ренсоводы и который вынужден был, бросив все свои корабли и богатства, спасаться от них бегством, — уточнил я. — Не так ли?

— Этот человек опасен, — предупредил Лисьяк Чембара. — Я советую его убить.

— Нет, — ответил Чембар. — Мы продадим его в рабство и получим от него хоть какую-нибудь пользу.

Девушка, убара Вивина, откинула назад голову и весело рассмеялась.

— Он очень опасен, — повторил Лисьяк. Чембар посмотрел на меня.

— На деньги, что мы получим от вашей продажи, — сказал он, — будет приобретено кое-какое снаряжение для наших кораблей. Сумма, конечно, будет небольшая, но зато вы сможете почувствовать, что не остались в стороне от столь важного мероприятия, как организация объединенного флота Тироса и Коса, и внесли посильный вклад в его будущую силу и славу. Я не ответил.

— Надеюсь также, — продолжал Чембар, — что вы окажетесь не единственным из капитанов Порт-Кара, сидящих на веслах на наших галерах.

— Кажется, вы не оставляете за мной права выбора, — ответил я. — Позвольте мне, по крайней мере, удалиться отсюда.

— С удовольствием, — сказал Чембар. — Но вы кое-что забыли.

— Вот как? Что именно?

— Вы забыли попрощаться с убарой Вивиной, — напомнил Чембар.

Я с удивлением посмотрел на него.

— Вы ведь с ней больше не увидитесь, — пояснил он.

Я обернулся к девушке.

— Я не часто спускаюсь в гребные трюмы круглых кораблей, — с издевкой уточнила она. В комнате раздался смех.

— А вы вообще бывали когда-нибудь в трюмах галер? — поинтересовался я.

— Конечно, нет, — гордо встряхнула она головой.

Естественно, высокородные госпожи совершают плавания по морю в специально оборудованных, роскошных каютах, расположенных в кормовой части корабля.

— Не огорчайтесь, — посоветовал я ей, — может быть, когда-нибудь у вас появится такая возможность.

— Что вы хотите этим сказать? — огрызнулась она.