Фактор мести - Марина Рубцова

— Нет, я сама пошла… с Эндрю. Мне пришлось. Ты как раз пропал, и я подумала, что к этому причастны вампиры.

— Прости, Кристи, нужно было снять стресс. Загулял немного. А то, что не позвонил, ну, прости засранца! С тобой все хорошо? Что с тобой сделал этот урод?

— Ничего, не переживай. Лучше оденься, — улыбнулась я.

Антон хотел что-то сказать, но, словно передумав, поджал губы и скрылся наверху. Я попросила Кевина уйти, однако он не собирался выполнять мою просьбу.

— Давай поговорим, — снисходительно попросил вампир, пронзая меня виноватым взглядом.

— Не хочу даже слышать о твоей женушке.

— Не о ней, о нас.

— О том, как из меня чуть не сделали вампира в Антрисвиле, а ты в это время беззаботно читал роман? Ну давай поговорим.

Я указала Кевину на гостиную и сама последовала за ним. Он сел на диван, а я напротив, в кресло.

Непонимание ютилось в душе. Почему Кевин позволил Смотрящему обратить меня и даже не попытался спасти? Понятия не имею, почему я не стала вампиром, но меня это радует.

— Кристина, на самом деле все гораздо сложнее. Во-первых, нужно было присматривать за Марией. Она приехала в город озлобленная и голодная, если бы я ушел в тот момент, она бы выпотрошила весь Сэнтинел. А во-вторых, я знал, что ты не обратишься.

— Интересно откуда?

— В твоих жилах течет особая кровь. У таких смертных, как ты, в крови есть компонент, препятствующий обращению. Ты — Электа.

— Я — Электа? — повторила и, подавшись вперед, нахмурила брови. — И что это за компонент?

— Точно не знаю, но благодаря ему, ты все еще человек.

— Как ты узнал?

— Помнишь день нашего знакомства? Аварию? Когда я обрабатывал твою рану… В общем, твоя кровь пахла особенно желанно, не так, как кровь других смертных. Я сразу понял, что ты необычная девушка. И мудрец подтвердил мои догадки.

— То есть, ты знал, что я Электа, поэтому не пришел? А если бы они убили меня?

Разум затмило непонимание.

— Не убили бы… Ты нужна Адриану живой. Поверь мне. Я бы никогда не позволил ему сделать это с тобой. И позаботился о том, чтобы Смотрящий не смог влиять на тебя.

— Как это?

— Мудрец может многое, — Кевин лукаво сощурил глаза. — Если его попросить.

— Ну, хорошо. Одно не понятно — зачем Адриану я? Ему нужна Электа?

— Точно не знаю, но, поверь, я не допущу, чтобы он забрал тебя. С этого момента я стану твоей тенью. Жаль, конечно, что не смогу присматривать за тобой днем, но охранников зачаровать могу. Велю им оберегать тебя.

— Не нужно охранников, — категорически заявила я. Не хватало только громил за спиной. — Можно мне хотя бы какое-то время почувствовать себя свободной? Надоело постоянно зависеть от обстоятельств, знать, что за мной наблюдают. Не хочу!

— Это для твоей же безопасности.

— Меня больше волнует жизнь и здоровье брата. Если этот ген или как ты его называешь, компонент, есть в моем теле то, возможно, и у Антона тоже.

— Нет. Он имеется только у женщин. Мужчины ведь не могут вынашивать детей.

— Как это связано со способностью женщины выносить ребенка?

— Только Электа может зачать от вампира.

— То есть мы могли… — сглотнув слюну, я провела рукой по волосам. Внутри все сжалось от одной мысли, что я могла забеременеть от Кевина. Но взяв себя в руки, сказала: — Хорошо, даже если Антон не обладает этой особенностью, все равно стоит отправить его обратно в Даллас. Подальше от всего этого.

— А вот этого делать не нужно. Адриан знает о нем и может послать следом вампиров. Тогда жизнь Антона будет в его власти. И мы уже не сможем защитить его.

Я поднялась и прошлась по комнате. Непреодолимое желание рассказать Кевину о кольце поселилось в груди. И я решилась.

— Кевин, я хочу кое в чем признаться. — Я остановилась напротив него, а потом присела рядом. — Дядя подарил мне кольцо, которое защищает человека от вампиров. Помнишь, ты коснулся меня, и твоя рука… В общем… Это сработала защита кольца. Теперь оно у Антона, поэтому я считаю, что ему будет лучше в Далласе.

— Почему ты раньше не рассказала? — он пытливо взглянул на меня.

— Оно было единственной защитой, я не могла сказать.

— А когда мы…

— Я тайком снимала его, чтобы случайно не причинить тебе боль, — не позволив договорить, произнесла я. — Почему-то кольцо защищает только когда оно на пальце. Если его снять, пропадет и защита.

— Ты молодец, что заботишься о брате, — Кевин провел пальцами по моей щеке. — Ты добрая, нежная, смелая… И как все эти качества умещаются в одной девушке? Ты будешь хорошей матерью.

Его прикосновения, а главное — слова заставили меня вздрогнуть. Я не собиралась в ближайшее время становиться матерью, а уж тем более матерью ребенка-кровопийцы.

— Зачем ты это сказал? — Я отстранилась от него.

— Потому что это правда.

— Почему ты вдруг заговорил о детях? — насторожилась я.

— Сам не знаю. Что-то нашло. Не представляю своей жизни без тебя.

— А как же Мария? — вернулась я к старой теме. — Вы же были женаты еще при своей человеческой жизни. Неужели ты к ней больше ничего не чувствуешь? Расскажи мне о ней. Хочу узнать тебя лучше.

— А твой брат?

— Не волнуйся, у нас есть еще полчаса, пока Антон будет приводить себя в порядок, — улыбнулась я.

Глава 29

Я ждала откровения, возможно, чтобы стать ближе. Мне непременно хотелось знать, что Кевин чувствовал к Марии тогда, и что изменилось сейчас.

— Это длинная история.

— Я умею слушать.

— Ладно. — Кевин кашлянул и начал рассказ. — Последний раз мы виделись в 1861 году перед тем, как я ушел на фронт.

— А ведь Эндрю тоже воевал и, кажется, в 1861. Вы случайно не знали друг друга раньше?

— Если бы я его знал, убил бы еще тогда. Что он рассказал тебе? — уголки губ Кевина опустились, выражая презрение.

— Что за тон, все еще ревнуешь? К убийце? Думаешь, я могу смотреть на него иначе, чем на убийцу папы?

— Но вы же целовались. — Кевин сжал губы. Желваки запульсировали. — Это разве не повод?

В голове яркой вспышкой озарились воспоминания. Теплое дыхание на губах, легкое головокружение, страстный поцелуй, какого у меня еще никогда не было…

Мне стало неловко, я прикрыла губы ладонью и опустила глаза. Господи, что со мной творится? Вздохнув, подняла взгляд.

— Этот вынужденный поцелуй ничего не изменил. Поверь. Я все так же ненавижу Эндрю. И вообще, мы говорим не о нем, а о твоей жене! — разозлилась я. — Давай вернемся к разговору.