Перевернутый город - Ханна Мэтьюсон

Не дожидаясь ответа, Орен вонзил кинжал в мягкую плоть глазницы оракула. Высокий крик, полный боли, несколько отрезвил Ильзу. Однако аколиты нападали на нее уже третий раз, и они убили Марту. К собственному удивлению, девушка почти не испытывала желания отвернуться, когда Орен сомкнул окровавленные пальцы вокруг глазного яблока мужчины и вырвал его.

Оракул задрожал и закачался, словно был готов вот-вот лишиться чувств, но Элиот силой удержал его на ногах. Орен спокойно вытер руки о носовой платок, после чего завернул в него же глазное яблоко.

– Умоляю! – закричал оракул. Кровь, непрерывным потоком стекая вниз по его лицу, капала на пол.

Мольба оракула вызвала у Эстер недоумение.

– Ты напал на Зоопарк и обязан поплатиться за это, – четко произнесла она, словно все это было простой арифметикой. – Никаких загадок, никакой лжи. Если начнешь повторять «вашим не Ведать», останешься без второго глаза. Твои товарищи пляшут под дудку фортунатов, так?

– Да, – всхлипнул пленник.

Эстер бросила на Элиота взгляд, в котором почти можно было прочитать одобрение, и кивнула.

– И ты с ними заодно.

– Да.

– Ну вот, так держать. Хотя довольно смело со стороны Доклендса одновременно злить и Камден, и Харт. Я не могу винить провидца в подобной дерзости. Итак, где Гедеон Рейвенсвуд?

– Я н-н-не знаю, – задыхаясь, сказал он. – Я недостаточно силен. Прошу…

– Хватит умолять, – отрезала Эстер. – Он действительно похитил подмастерье провидца?

– Да!

– Орен.

Орен приставил кинжал ко второму глазу оракула.

– Пожалуйста, поймите! – взвизгнул мужчина, и Орен замер. – Подмастерье принадлежит провидцу и не может самовольно уйти.

– Ты понимаешь, о чем он говорит, Элиот? – спросила Эстер.

– Не особо, – процедил Элиот.

– Орен?

– Для моих ушей это загадка. – Орен пододвинул лезвие ближе к глазнице оракула.

– Метаморфы пришли к храму! Мы были готовы, но подмастерья нигде не было! – сбивчиво начал пленник. – Он встретился с метаморфами на границе наших земель и ушел по собственной воле, но ему запрещено это делать.

– Понятно, – язвительно сказала Эстер. – Какая занятная уловка!

– Где сейчас подмастерье? – спросила Ильза, встав перед оставшимся глазом оракула.

Мужчина распознал в Ильзе свою цель, и видимая часть его лица исказилась в явном желании убивать. Элиот заметил это и наградил мужчину ударом, силы которого было достаточно, чтобы пленник согнулся пополам.

– Никто не может узреть Когну, – выдохнул мужчина, придя в себя. – Когна отличается от всех нас.

– Чем отличается? – спросила Эстер.

– Никто не может узреть Когну. – Он говорил невнятно, словно готов был в любой момент потерять сознание.

Эстер вздохнула.

– Отправьте его домой, – сказала она. – Убедитесь, чтобы он не сдох по пути. Я хочу, чтобы Доклендс увидел, чего стоит эта кровная месть. Флисс, принеси мне еще одну бутылку виски.

Пока Элиот и Орен тащили прочь из комнаты уже успевшего потерять сознание пленника, а Флисс шла в кладовку, Ильза направилась прямиком в лабораторию Файфа, отчаянно надеясь, что и комната, и мальчик остались в целости и сохранности.

С чувством облегчения Ильза обнаружила в лаборатории не только Файфа, но и Кассию с Илиасом. Никто из присутствующих не пострадал во время нападения. Что же касается комнаты… Ильза уже успела позабыть, какой беспорядок здесь творился. С первого взгляда было трудно сказать, успел ли неприятель провести в ней обыск или нет, но через мгновение стало ясно, что налетчиков здесь не было.

– Они сюда не проникли, – сказала Ильза и постаралась выдавить из себя улыбку ради Файфа, но тот не улыбнулся в ответ.

– Ну… Вообще-то, проникли, – сказал он, оглядываясь по сторонам и рассеянно ероша волосы. – Все цело и на своих местах. Ничего, кроме карманной кузницы, не пропало.

Кассия с неодобрением рассматривала царящий вокруг хаос.

– Ты уверен, что она… Не где-то здесь?

Файф указал на стол с кучей проделанных в нем дыр.

– Она живет там, между чернильницей и подставкой для книг. Я вчера показывал ее Ильзе, а потом положил обратно, как обычно, – он разочарованно пожал плечами. – Знаю, это место похоже на свалку, но на самом деле у меня здесь организованный беспорядок.

– Эти проклятые налетчики наносят странные визиты с весны, – сказал Илиас. – Они не могли искать… Зачем нужна эта штука, Файф? Это своего рода зажигалка?

– Это не… – Файф вздохнул и закатил глаза, словно ему уже не раз приходилось пускаться в подобные объяснения. – Карманная кузница может расплавить все, что угодно, Илиас, разве вы не понимаете? С ее помощью можно, не знаю, да хоть банк ограбить.

– Или уничтожить магический артефакт, – весомо заметила Кассия.

– Именно! – согласился Файф, а затем нахмурился. – Хотя что это за артефакт и как его уничтожение может кому-то помочь, я понятия не имею.

Они погрузились в молчание. Мятежники наконец завладели той вещью, которую искали. Причем так тихо, что это казалось какой-то неправильной развязкой, особенно на фоне того, что Зоопарку – и в частности Эстер – пришлось пережить в предыдущей попытке помешать неприятелю. Что-то здесь было нечисто. Если мятежники искали вещь, которая все время была здесь, то чем же тогда занимался Гедеон?

Ильза встретилась взглядом с Кассией и поняла, что девушка думает о том же.

– Я не вижу катастрофических последствий в том, что эта карманная кузница теперь у мятежников, – сказала Кассия, но ее голос звучал неутешительно.

– Может, кто-то из оракулов взял ее? – предположила Ильза. – Им бы точно было известно, где ее искать, не переворачивая все с ног на голову. Полагаю, они знали, когда в будущем она им пригодится. Даже оракулы могут быть заинтересованы в ограблении банка. У многих из них проблемы с вемантой и деньгами.

Илиас усмехнулся.

– Да, действительно. Уверен, кому-то из наших незваных гостей эта штучка могла приглянуться.

– В любом случае, мы пока можем расслабиться, – сказала Кассия, развернувшись и направляясь к двери. – Я передам все Орену и волкам, но рекомендую быть готовыми к новым нападениям, – она остановилась на пороге. – У меня такое чувство, что все еще только начинается.

Ильза последовала за Кассией и обнаружила притаившегося в коридоре Элиота. Пленный оракул был передан кому-то другому, но пятна его крови, смешанные с кровью Элиота, все еще покрывали рукава рубашки лейтенанта.

– Проводишь меня до моей комнаты? – спросила Ильза.

Сглупив, Элиот согласился. В ту же секунду, как они оказались подальше от чужих глаз, девушка резко повернулась к нему, скрестив руки на груди, чтобы не ударить его. Элиот, должно быть, заметил ярость, вспыхнувшую в ее глазах, потому что осторожно отступил на шаг назад.