Стеклянный меч - Виктория Авеярд

В те времена охранники защищали его. Служили ему. Теперь они хотят убить принца.

– Не отставайте, – наконец шепчет Кэл. – Два раза направо, потом налево, к воротам.

Фарли скрипит зубами.

– К воротам? – спрашивает она, закипая. – Ты хочешь облегчить им задачу?

– Выйти можно только через двор, – отвечает Кэл. – Туннели перекрыты.

Фарли морщится и сжимает кулак. Ее руки пусты, нож давно пропал.

– Между этим местом и воротами случайно нет оружейного склада?

– Увы, – отзывается Кэл, а потом смотрит на меня. – Придется обойтись своими силами.

Я могу только кивнуть. И напомнить себе, что мы видали и худшее.

– Готова? – шепчет он.

Я стискиваю зубы.

– Готова.

Кусок стены плавно поворачивается на центральной оси. Мы выходим вместе, стараясь, чтобы наши шаги не разносились эхом по помещению. Как и библиотека, оно пусто и красиво – роскошный интерьер в желтых тонах. И повсюду атмосфера небрежения и заброшенности, вплоть до выцветших золотистых гобеленов. Кэл на мгновение останавливается, глядя на них, но потом торопит нас дальше.

Два раза направо. Еще один коридор и странная кладовка. Жар исходит от Кэла волнами. Скоро он превратится в огненную бурю. Я чувствую то же самое – волоски у меня на руках встают дыбом от электричества. Оно буквально трещит в воздухе.

За ближайшей дверью раздаются голоса. Голоса и шаги.

– Сразу налево, – бормочет Кэл.

Он тянется к моей руке, но передумывает. Мы не можем рисковать и касаться друг друга сейчас, когда наше прикосновение смертельно.

– Бегите.

Кэл выходит первым, и мир дрожит от огненного шквала. Пламя распространяется по просторному залу, по мрамору и богатым коврам, пока не доползает до позолоченных стен. Алый язык лижет огромную картину. Это недавно написанный портрет. Новый король. Мэйвен. Он усмехается, как горгулья, в то время как огонь пожирает холст. Жар слишком силен, и тщательно выписанные губы Мэйвена начинают кривиться, складываясь в гримасу, которая отлично отражает его чудовищную душу. Лишь два пыльных золотых знамени, которые висят на противоположной стене, остались не тронуты огнем. Не знаю, кому они принадлежат.

Стражи, подстерегавшие нас, бегут с воплями, их тела дымятся. Они стараются не сгореть заживо. Кэл прорывается сквозь огонь, а мы можем спокойно идти следом. Фарли, потом я. Она прикрывает рот, чтобы не надышаться дыма.

Охранники, которые остались на месте – нимфы и камнешкуры, которые не боятся огня, – достаются мне. На сей раз молния рассыпается ослепительной сетью живого электричества. Я стараюсь только не зацепить Кэла и Фарли. Остальным везет меньше.

Я прирожденный бегун, но легкие у меня горят. Каждый вдох достается все труднее и болезненнее. Я говорю себе, что виноват дым. Но когда я выскакиваю на огромное крыльцо, боль не проходит. Она просто становится иной.

Мы окружены.

Ряды охранников в черном и солдат в сером. Двор битком набит ими. Все вооружены и ждут.

– Ты арестована, Мэра Бэрроу! – кричит один из охранников.

Вокруг одной руки у него обвивается цветущая лоза, другой он держит пистолет.

– Ты арестован, Тиберий Калор!

Он запинается, выговаривая имя Кэла. Ему трудно обращаться к принцу так неформально. В другой ситуации я бы посмеялась.

Фарли стоит между нами. У нее нет ни оружия, ни способности, но она отказывается вставать на колени. Ее внутренняя сила поистине удивительна.

– Что теперь? – шепчу я, зная, что ответа нет.

Взгляд Кэла перебегает туда-сюда, ища решения, которое невозможно найти. Наконец его глаза останавливаются на мне. В них страшная пустота. И одиночество.

И вдруг чья-то рука осторожно берет меня за запястье.

Мир темнеет, и я протискиваюсь сквозь пространство – задыхаясь, чувствуя себя сдавленной, загнанной в ловушку.

Ненавижу ощущение телепортации, но в эту секунду я им наслаждаюсь. С Шейдом все в порядке. И мы живы. Я падаю на колени. Перед моими глазами – булыжники сырого переулка. Мы далеко от Центра безопасности.

Рядом кого-то рвет – судя по звуку, Фарли. Видимо, телепортация и удар головой о стекло – скверное сочетание.

– Кэл? – спрашиваю я пустоту, полную вечерней прохлады.

Меня охватывает тихая дрожь ужаса, похожая на рябь холодной воды, но Кэл отзывается с расстояния в несколько шагов.

– Я тут, – говорит он и касается моего плеча.

Но, вместо того чтобы прислониться к нему, позволить его теплу охватить меня, я отстраняюсь. Со стоном поднимаюсь на ноги – и вижу Шейда, стоящего надо мной. Лицо у брата мрачное, полное гнева, и я готовлюсь к попрекам. Я не должна была его бросать. Я поступила очень дурно.

Я начинаю извиняться, но не успеваю закончить. Шейд стискивает меня в объятиях, крепко обвив руками. И я так же тесно прижимаюсь к нему. Он слегка дрожит, все еще волнуясь за младшую сестренку.

– Все хорошо, – говорю я, так тихо, что только он может расслышать ложь.

– Некогда нежничать, – бросает Фарли и с трудом поднимается.

Она пошатывается, но ориентации в пространстве не утрачивает.

– Сад Героев – туда. Немного восточнее.

«Волливер».

– Хорошо, – говорю я и протягиваю руку, чтобы поддержать ее.

Нельзя забывать о нашей миссии, пусть даже нам едва удалось сбежать.

Я не свожу глаз с Шейда. Надеюсь, он понимает, что у меня на душе. Брат качает головой, отметая мои извинения. Не потому что он их не примет. Потому что он слишком добр, чтобы их желать.

– Веди, – просит он, повернувшись к Фарли.

Взгляд Шейда немного смягчается, когда он замечает ее упрямое желание двигаться дальше, несмотря на синяки и тошноту.

Кэл тоже поднимается с трудом – он не привык к телепортации. Он старается поскорее прийти в себя и следует за нами по переулкам той части города, что известна как Трехкаменный район. Дым и гнев шлейфом тянутся за ним. Там, в Центре безопасности, погибли люди, мужчины и женщины, которые всего лишь исполняли приказы. Некогда это были его приказы. Нелегко с этим смириться, но ему придется. Если Кэл хочет остаться с нами, со мной. Принц должен выбрать, на чьей он стороне.

Надеюсь, он выберет нас. Надеюсь, мне больше никогда не придется видеть пустоту в его глазах.

Это Красная часть города, относительно безопасная. Фарли ведет нас извилистыми переулками; однажды мы даже проходим через пустой магазин, чтобы избежать посторонних глаз. Охранники кричат и бегают по главным улицам, пытаясь как-то организоваться, понять, что произошло в Центре. Они не ищут нас здесь – пока что. Они еще не понимают, что представляет собой Шейд, как быстро и как далеко он способен перенестись.