Попаданка: выжить любой ценой! - Валентина Колесникова

И было во всем этом одно ма-аленько НО…

- Я… Я все понимаю, - шептала я, забыв, как дышать, - но… Но почему и у него глаза СИНИЕ?

Вновь наступило гробовое молчание… гриф при этом как-то многозначительно хмыкнул, на Лиама уставился… Только не говорите мне, что….

- Рик… - чуть ли не плакал Каил, тряся брата за руку, - умоляю, скажи, что ты тоже видишь синие глаза? Умоляю… Иначе я жить так не захочу…

- Вижу… - ошарашено ответил маг.

- Хвала богам, это не предназначение, - выдохнули все хором, осознав, что у бывшей птицы сами по себе глаза синие… После этого гриф лишь бровью повел, моргнул как будто специально и…

Изменил цвет глаз:

- Мы всегда рождаемся с синими глазами, - Боги, а голос-то у него какой… Мед… Сахарный, сладкий, растопленный мед!

Гриф недоуменно глянул в мою сторону, посмотрел себе… кхм… между ног и выдал:

- А как вы этим пользуетесь? За Лирой я подсмотрел, у нее такой штуки нет, а как мужчины с таким обращаются ни разу не видел…

И главное стоит… рассматривает… В краску ВСЕХ вгоняет. Лиам так вообще растерялся, того и гляди за сердце схватится!

- Я что, умер? – Зелар рыдал, Диего ржал, обещая научить грифа всем человеческим премудростям, я краснела, Лиам злился, но держал себя  в руках, - я умер и попал в Огненные Воды… Все это мне кажется… это мой кошмар наяву!

- Да я вроде бы ничего, - гриф погладил себя по мускулистой груди, - не страшный.

Все, если у кого-то из мужчин в этой комнате были комплексы, то их после такого представления явно стало больше.

- Можно мне одеться, мама?

Ч… Что, простите?

Я застыла с открытым ртом, Диего продолжал хохотать, и до меня дошло… Принимает форму родителей… Я что… Он… он меня родителем своим считал?

МЕНЯ?

- Да, - холодно и тихо ответил “сын”, - ты вырастила меня, спасла от смерти. Теперь ты для меня мама… М-м… А тебя мне отцом тоже можно называть?

И главное смотрит на Лиама… Пристально так, полностью пропалив нам всю контору!

- Не понял, а Лиам тут причем? - судя по всему, Зелару нужен будет доктор. Его голос перешел в ультразвук, эльфийка, что наконец-то помогла одеться горе-наемнику, тоже дар речи потеряла, но смотрела на меня уже так, словно я и правда до завтра не доживу.

- Предназначение, - скрывать смысла не было, Лиам это понимал, злобно посмотрел на грифа и мигом испытал удивление:

“Вы предназначены. Ее не спасти от тебя. Как и тебя от нее”. – голос звучал в голове, но на этот раз не только в моей. Лиам явно слышал слова грифа.

- Я ничего не понимаю, - я вновь села на кровать, чувствуя, что ноги скоро откажут, – вообще ничего!

- Мы тоже, - подтвердили все присутствующие, после чего синхронно на грифа уставились…

- Ты должна дать мне имя, - голос существа изменился. Гриф догадался набросить на себя покрывало, затем сел напротив меня и смотрел так, словно меня скоро не станет, - назови любое.

- И что будет, когда я это сделаю?

- Увидишь. Так надо. Любое.

- Назови Пушком, - подсказал Каил, - я на поле боя так прям и буду кричать: “Пушок – фас! Взять его!”

- Впервые в истории бой закончится не кровавой бойней, а массовым сердечным приступом, - заметил Лиам. Все нервно хохотнули, но потом резко замолчали: Пушку такой вариант явно не понравился, от него стала такая аура зла исходить, что я не выдержала и мигом прошептала:

- Сириус.

“Хорошо” – кивнул гриф и тут же ухмыльнулся…

Так он еще и с клыками… как у саблезубого тигра… Такими можно кровать разгрызть… Причем случайно и снится ему будет явно не кошмар…

- Прошу прощение, а… Можно поинтересоваться? – не выдержал Каил, глаза которого готовы были из орбит вылезти, - вот раньше, когда вы весь были в облике птицы, при нападении так шею сильно вытягивали, она будто вырастала в несколько раз, и голова… точнее сам череп тоже становился каким-то вытянутым…

- И в чем вопрос?

- Сейчас в момент атаки так же будет? – выпалил маг, - просто если ответ “да”, сердечный приступ грозит не только врагам, но и нашим…

- Сейчас я так сражаться не смогу. В этом нет смысла. Я стал намного сильнее.

- В этом и ужас ситуации, - дракон вышел немного вперед, поправил вьющиеся волосы, заправил выбившиеся пряди за ухо, - судя по всему, грифы добились успеха и… это конец… конец всему сущему… Лира, не знаю, что ты… точнее знаю, но… Ты породила чудовище страшнее гранвы…

- Что может быть страшнее гранвы? – не поверила я, но в тоже время Сириус почему-то не стал опровергать слова дракона… твою мать… У меня в голове теперь одни эпитеты… Что на этот раз? Всем смерть?

- Я не должен был стать таким, - тихо ответил гриф, разминая огромные крылья. Каил тихонько передал ему одежду, найденную в ближайшем шкафу, а Рик помог одеться. Несмотря на то, что подобное Сириус видел каждый день, управлять руками он не мог полноценно: двигался медленно, иногда чересчур резко. Стоял на ногах тоже с трудом, но даже в таком состоянии производил неизгладимое впечатление, - я должен был умереть… Грифы убивают слабых не просто так…

- А можно подробней?  - Рик помог застегнуть рубашку, распорол задние швы для крыльев и чуть ли не трепетал от счастья, когда прикасался к ним. Я тоже хочу… Мать я или не мать?

“Мать. Лучше “мама”. Мне так нравится”, – произнес мысленно Сириус, затем ответил магу: - Диего прав, мы почти оборотни, но на деле еще и паразиты. Когда надо, гриф выбирает себе другую семью ради того, чтобы впитать в себя энергию родителя и измениться, став сильнее. Когда среди стаи появляется новая форма, остальные тоже могут со временем подстроиться.

Как кукушка, видимо. У них яичная скорлупа подкидыша тоже может измениться, приняв цветовую форму как у яиц другой птицы… Надо же, и так бывает…

Одно дело – цвет скорлупы, а совсем другое, когда птица получеловеком становится… Это совсем не кукушка, такое ни одной кукухе не снилось. Разве что той, которая поехала вместе с крышей. Моей крышей.

- Среди разумных рас не было тех, кто принял бы к себе грифа, - удивленно заметил Сириус.

- Ясное дело, вы же убиваете всех еще на подходе… Почему вы сами-то раньше дружелюбнее не были? Если так нужна человеческая форма… - не понимал Лиам.

- Нам просто не надо, мы и так сильны. Многие не принимают третью форму, как я сейчас. Умирают в стае. Слабых убивают не просто так… С возрастом труднее контролировать агрессию и злость, а так же жажду крови. После сотни лет такие грифы сходят с ума. Они кидаются на своих же и убивают куда более яростней, чем в сознательной форме.

- Поэтому тебя не принимала стая? – с ужасом осознала я.