Метанойя. Две стороны Александрины - Наташа Эвс

– Где она? – пугливо озираясь, откашлялась я.

– Кто? – Костя нахмурился, вглядываясь в мое лицо. – О ком ты?

– Милана… Она приходила задушить меня.

– Какая Милана?

– Твоя сестра.

Константин сначала растерялся, затем покачал головой:

– Это страшный сон. Все пройдет, сейчас все пройдет.

– Никогда не пройдет! – воскликнула я, нервно приглаживая растрепанные волосы. – Это со мной навсегда! Ежегодно, ежедневно, ежечасно! Никто не поймет… Это моя вина, которую я признала слишком поздно. – В этот момент на меня напала странная истерика, слезы покатились ручьем, дыхание сбилось, я стала задыхаться, но как ни старалась, не могла остановиться плакать. – Моя вина… моя вина… как мне искупить ее…

– Саша, что с тобой? Ты вся дрожишь, тебе плохо?

Меня вдруг подбросило и потянуло на первый этаж. Выскочив из спальни, я побежала на зов, который привел в комнату под лестницей, где, вытирая слезы рукавом, я приблизилась к стене, готовая шагнуть вперед.

– Стой! – крикнул Константин, осторожно подбираясь ко мне и протягивая руки. – Отойди подальше.

– Какой шустрый! – усмехнулась я. – Сделай это сам – отойди подальше. А мне не мешай.

– Нет, только не это… Оно вернулось. Александрина, слушай меня, отходи от стены…

– Зачем? – перебила я. – Смысл? Ты мешаешь мне попасть домой, где ждут.

Костя медленно взял меня за руку, пытаясь отвести в сторону.

– Тебя ждут здесь, останься.

Я раскатисто рассмеялась:

– Неужели? Сказочник! Назови имена, посмотрим.

– Тебя ждет отец, сестра, дядя, учитель…

– Мелко гребешь, мой друг, – усмехнулась я и одернула руку. – Меня ждут друзья, меня ждет целый город. Меня ждет моя армия.

– Что? – Константин ошарашено раскрыл глаза. – Какая армия?

– А большая и мощная. Мы восстановим справедливость, мы шли к этому так долго.

– Саша, ты слышишь меня? – парень напряженно сжался. – Слушай меня сейчас, я хочу, чтобы ты осталась, вернись.

– Зачем? Скажи, что меня задержит здесь, в этом бездушном мире, где никто никому не нужен?

– Мы с тобой не договорили!

– Договорим. Потом. – Я широко улыбнулась. – Сдулся?

– Прошу тебя, дай руку. – Костя с мольбой посмотрел на меня. – Давай уйдем, нам нужно поговорить.

– Поговорить мы всегда успеем. А сейчас отойди от меня. У тебя больше нет доводов, слабак.

Я шагнула к стене и практически погрузилась в пространство между, как вдруг передо мной появился Константин и вырвал мое тело обратно, крепко обняв.

– Нет, ты не пойдешь туда. Не сейчас, нет, – шептал он, обхватив меня и прижав к себе.

– Это что за новости? – возмутилась я, пытаясь освободиться из крепких объятий. – Ты шутишь? Отойди сейчас же!

– Силы небесные… – послышалось в бормотании парня.

– Что мы слышим! Кому ты там шепчешь? Посмотрите на него: Фома неверующий вспомнил о небесах! – Я рывком отбросила Константина от себя, но он ухватил мою руку и снова крепко обнял.

– Саша! Саша, услышь меня! – закричал парень. – Останься!

– Ой, как ты мне надоел! – бросила я и двинулась к стене, не взирая на вцепившегося в меня Костю. – Просишь, сам не зная чего, отстань.

Мне пришлось силой протискиваться в стену, и это получилось наполовину, как вдруг в комнату вбежал Тоши Кимура и схватил своего ученика, помогая вытянуть меня назад.

– Саша! – в сердцах крикнул Константин. – Я хочу, чтобы ты осталась! Потому что ты нужна мне! Я жду тебя здесь!

Вдруг меня словно выплюнуло из стены, и все трое мы упали на пол. Растерянно моргнув, я увидела, что Костя крепко сжимает меня в объятиях и удивленно спросила:

– Что здесь происходит? Что ты делаешь?

Учитель поднялся и качнул головой:

– Успели.

Константин медленно отпустил меня, разжав руки, и тут же выскочил из комнаты.

– Что с ним? – я непонимающе кивнула в его сторону. – И что тут произошло?

– Уже все хорошо. – Тоши Кимура похлопал меня по плечу. – Ты молодец. Как чувствуешь себя? Идти сможешь?

– Со мной все нормально. Я что, пыталась уйти на ту сторону?

– Да. Если бы не Костя, ты была бы уже там. Парень столько сил приложил, чтобы вернуть тебя. Я почувствовал, сколько энергии он выбросил, просто бомбу взорвал.

– Оно снова было во мне, – тихо призналась я. – Уже знаю это состояние, и после него сил не остается, совсем нет сил стоять.

– Приляг в гостиной, пойдем. Мы побудем рядом.

В доме было тихо, устроившись в гостевой зоне на диване и сонно моргая, я спросила:

– А где Костя?

– Он вернется, не переживай, – учитель заботливо прикрыл меня пледом, – просто много сил потерял, пусть отдохнет. И ты поспи.

***

Константин выбежал на задний двор и стал метаться из стороны в сторону, крепко сжав кулаки. Его мучило то, что пришлось обнажить свои чувства, что делать ему было категорически нельзя. Но поступить иначе он не мог: потеряв мать и сестру, парень поклялся, что третьего случая не будет. И он готов был ко всему, даже к крайним мерам, просто такая мера была слишком тяжела.

Слезы наполнили глаза, и, казалось, сердце вот-вот разорвет от эмоций, но Костя с силой стукнул кулаком в кирпичную стену дома, и, стиснув зубы, продолжил безостановочно и неистово колотить по ней обеими руками, заставляя себя переключить внимание на боль от ободранных суставов. Только бы заглушить чувства, только бы вырвать из сердца эту привязанность.

Чуть позже он вошел в гостиную и присел на кресло, пряча красные глаза от учителя.

– Переживаешь? – спросил Тоши Кимура, глянув на разбитые кулаки.

– Я не мог иначе. Ее чуть не утащили, да еще в таком состоянии. Пришлось рисковать.

– Может, тебе пришла пора рисковать? – мужчина прищурился.

– Нет, – помолчав, ответил Константин. – Вы знаете, чем это чревато. Клятву нельзя нарушать, иначе я потеряю силу и не смогу спасать Сашу. А одни чувства не помогут.

– Ладно. Понял. Их ведь трое было?

– Да. Им очень нужно вернуть свою королеву. Поэтому теперь они играют на ее больном: образ Миланы подбросили, муки совести пробудили.

– Видимо от этого Александрина рванула туда. – Тоши Кимура задумчиво покачал головой. – Хочу признаться тебе…

– Уже знаю, – оборвал Костя. – Ничего, переживу.

Мужчина вскинул голову, удивленно глянув на своего ученика.