Знак купидона - Рейвен Кеннеди

Настороженно оглядываясь по сторонам, я приближаюсь к горе камней. В отличие от острова парней, этот какой-то тихий: я не могу уловить ни звука. Это кажется мне неестественным. И все вокруг удивительно бесцветное. Деревья редкие, земля твердая, и, кажется, даже ветру нет места здесь. Жуткая атмосфера, и это меня пугает. Пока я опасливо пробираюсь по скалистой горе, я чувствую, как волосы предупреждающе встают дыбом у меня на затылке.

Следуя инструкциям Ронака, я осторожно откашливаюсь, чтобы произнести заученные слова:

– Арахно, я пришла заключить сделку.

Мой голос выходит более дрожащим, чем хотелось бы, но, черт возьми, в этом месте будто водятся призраки. Я жду, осматривая скалистый склон холма, пытаясь заглянуть в углы и щели, скрытые от глаз бесконечными тенями. Ничего не происходит, и я иду дальше по склону, чудом не спотыкаясь о торчащие зазубренные камни, которыми усеяна земля.

– Арахно, я пришла заключить сделку, – в этот раз я говорю громче и тверже.

Я жду несколько секунд, но по-прежнему ничего не происходит. Я начинаю беспокоиться, что, возможно, фейри-гвиллиона освободили из изгнания, или она умерла, или, может быть, ребята ошиблись и это не ее остров. Во мне нарастает паника. Если на меня не наложат чары, чтобы скрыть мою выделяющуюся внешность, тогда нигде в королевстве у меня не получится скрыться так, чтобы принц Эльфар не нашел меня. Может быть, я могу слетать на другой остров неподалеку и найти кого-то другого, кто мог бы помочь? Может, я могу…

Нить моих мыслей обрывается, когда передо мной внезапно появляется темная фигура, и я вскрикиваю. Она так хорошо слилась с серым каменистым пейзажем, что я даже не представляю, как давно она там стоит и наблюдает за мной.

У нее серая кожа, которая идеально сливается со скалами, и длинные вьющиеся волосы, доходящие до колен. Но по-настоящему меня пугают ее глаза. У нее их гораздо больше, чем два, и они занимают весь ее лоб. Они маленькие, похожие на бусинки, и черные, как у паука, и все моргают в разное время. По какой-то причине меня серьезно беспокоит этот факт, и я ловлю себя на том, что пытаюсь проследить за каждым из ее глаз, когда они последовательно моргают, словно в игре.

– А-арахно?

Фейри поднимает руку и тычет в меня своим костлявым пальцем. С трудом сглотнув, я направляюсь к ней. Как только я двигаюсь, она сворачивает в скрытую расщелину между валунами, исчезая в склоне холма. Понимая, что, возможно, больше никогда не увижу небо, я бросаю на него еще один взгляд, а затем следую за ней.

Она ведет меня вниз по маленьким, неровным тропинкам, пока мы не доходим до искусственно выдолбленной пещеры. По интерьеру видно, что здесь живет фейри. Посреди горит костер с кипящим котлом сверху, и, насколько я могу судить, не похоже, что она готовит ужин.

Вокруг беспорядочно разбросаны разные предметы, все они грязные, странные и нисколько не подходят друг другу. В углу лежит стопка одеял, а одна стена от пола до потолка покрыта неизвестной белой, липкой субстанцией, похожей на паутину. Мне не видно, что находится за ней, на стене, но в некоторых местах она неровная, словно что-то находится там, за ней. Но, пожалуй, самое жуткое в ее вещах – банки с плавающими внутри… частями тела. Их здесь десятки. Возможно, даже сотни. Некоторые из них похожи на части животных, другие – на части фейри.

Все мое тело покрывается холодным потом, словно меня окатили водой, и я быстро отвожу взгляд. Она встает перед котлом, наблюдая за мной своими многочисленными глазами, и все еще не говорит ни слова.

– Арахно, я пришла заключить сделку.

Ее тонкие губы медленно растягиваются в улыбке. Я ожидаю, что ее зубы окажутся гнилыми или что некоторые из них будут отсутствовать, поэтому я шокирована, когда вижу ряд ослепительно белых зубов. Они слегка острее обычного и не сочетаются с ее измученным видом и неприятной внешностью.

– Маленькая птичка хочет заключить сделку, – говорит она. Ее голос грубый, как гравий, и ниже, чем у любой женщины, что я когда-либо слышала.

Я киваю. Ронак предупредил меня говорить только при крайней необходимости, и я намереваюсь придерживаться его совета. Может быть, эта женщина и выглядит старой и нелепой, но я не сомневаюсь, что она невероятно могущественна. Кажется, даже парни боятся ее, а их не так легко напугать.

Она жестом приглашает меня сесть на один из выступающих камней, а сама устраивается на камне напротив меня. Втайне я испытываю облегчение оттого, что могу присесть. Боль в моем животе только усилилась с тех пор, как я впервые ее почувствовала, и я обхватываю себя рукой, чтобы смягчить дискомфорт. Я проверяю свои руки, просто на всякий случай. Фух, все еще на месте.

– Значит, маленькая красная птичка хочет заключить сделку с Арахно? – хрипит она. – Маленькая птичка пересекла барьер Арахно. Маленькая птичка пришла одна. Маленькая птичка принесла то, что, как она думает, хочет Арахно. Но маленькая птичка так напугана, она хочет улететь, – говорит фейри, заканчивая хихиканьем.

Предусмотрительно держа рот на замке, я настороженно наблюдаю, как она смеется. Ей правда нравится говорить о себе в третьем лице. Мне приходится сесть на руки, чтобы они не дрожали.

Я слышу звук борьбы в дальнем конце комнаты за неприятной волокнистой стеной. Думаю, один бугорок движется, но я перевожу взгляд обратно на Арахно. Повторяя заученные слова, я говорю:

– Мне нужны скрывающие чары, и я могу обменять их на мех из хвостов генфинов.

Я достаю мешок, который дал мне Ронак. Не отводя взгляда от Арахно, я протягиваю руку и достаю мех из хвостов парней. Это смесь черных, светлых и каштановых волос. Глаза-бусинки Арахно останавливаются на мехе в моей руке, и она жадно облизывает губы темно-фиолетовым языком.

– У Арахно не было меха с хвостов генфинов. Арахно примет его, – говорит она. Когда она тянется к меху, я обхватываю его рукой и тяну назад.

– Сначала чары, – говорю я. Арахно открывает рот и снова хихикает.

– Маленькая птичка поступила глупо, придя сюда, но, может, все же не совсем глупа.

– Чары, – твердо говорю я, мечтая поскорее убраться отсюда. С каждой секундой мне кажется, что я все ближе к смерти.

– Встань, – говорит Арахно, и сама поднимается на ноги.

Она делает шаг вперед, и мне приходится приложить усилия, чтобы не отшатнуться, когда она тянется ко мне и сжимает мои руки. Яркое голубое сияние магии вспыхивает между нашими руками, но она едва касается меня и сразу же отдергивает ладони, встряхивая ими, словно я причинила ей боль. Она прищуривает все свои глаза-бусинки, глядя на меня.

– Что она такое, Арахно? – ее голос становится сердитым. – У этой маленькой красной птички странная магия. Скрывающие чары не сработают на ней, нет. Чары не подействуют на маленькую птичку, совсем как барьер не смог сдержать ее, – говорит она, разговаривая сама с собой. – Такая магия не действует на маленькую красную птичку. Но почему? Что такое маленькая птичка?