Гром над Араратом - Георгий Григорьянц

– Скажи, для чего цари веками собирали там сокровища?

– Как для чего? Для установления гегемонии!

– Гегемонию над кем? – спросил Тигран.

– Над остальным миром, конечно! Они грезили о первенстве в делах, превосходстве в силе, влиянии в мире. Они готовили приход великого царя, который установит вечный мир на земле. Ты мой кумир, я верю, что ты и есть тот самый мессия, посланник высших сил.

– Не преувеличивай!

– Антипад сказал еще кое‑что. Там есть одна вещь, которая дороже всего золота мира. Это волшебный меч повелителя драконов – меч Геракла, которого твой народ называет Ваагном.

Положив талисман на стол, Тигран встал и в волнении заходил по залу. Митридат, конечно, был прекрасно информирован о проблемах армянского царства, его шпионы собирали данные со всего света, и, несомненно, он и сам обладал сверхъестественными способностями. Но можно ли ему верить?

– Брат, если все правда, то это величайшая тайна на свете, но тайна и ложь всегда идут рядом.

– Тигран, верь! Найди вторую часть ключа, найди Дворец власти, стань властителем мира! Я готов тебе служить, буду драться за тебя, вести войска в бой, как пес буду верен тебе!

– Ты что‑то говорил о заклинании!

– Да, дверь! Ты ее найдешь, я не сомневаюсь. Пока собранный талисман у тебя, всегда сможешь войти внутрь пещеры и выйти из нее, произнеся магическое слово.

– Что за слово?

– О, его знаю только я! Антипад умер, и теперь только я знаю магическое слово!

– Так говори!

– Ты обещаешь мне войско?

– Да!

– Это слово на вавилонском, ассирийском, арамейском и латинском языках звучит одинаково – «сезам», то есть «кунжут»!

Тигран все еще недоверчиво смотрел на Митридата, а тот горячился:

– Найди эту дверь, возьми меч, заставь духов себе повиноваться!

– Не удивлюсь, если ты знаешь где обитают в Армении духи и драконы.

– Где обитают духи и драконы? – переспросил возбужденно Митридат. – Нет, этого я не знаю, но могут знать маги. Спроси их! В любом случае тебе придется бороться с чудовищем.

– Что еще тебе известно? – Тигран внимательно смотрел на соратника.

Митридат в красках поведал подробности. Входить в волшебную дверь нужно в полночь без железных вещей – кинжалов и украшений, что очень важно. Магической силой обладает только бронза. Могут быть ловушки. Внутри, по словам Антипада, залы, заполненные золотом и драгоценными камнями. В комнате, которую сторожат два стража и большой змей, есть три чудесные вещи: сосуд с эликсиром бессмертия, волшебный меч и чаша богини здоровья Гигеи. Можно взять только что‑то одно. Взяв больше одной вещи, рискуешь навсегда остаться во Дворце: возможно, будет обрушение, возможно, дверь захлопнется.

Тигран снова взял в руки лунницу, неполный золотой ключ, осмотрел и, бросив проницательный взглянув на царя, сказал:

– Есть предмет, который меня в последнее время очень интересует.

– О чем ты? – стушевался Митридат.

– Все знают, ты неуязвим на войне. Что делает тебя таким? Думаю, этот талисман ни при чем. Расскажи мне.

– Тут нечего рассказывать, просто везет. – Митридат отвел глаза.

– Как связаны Дворец власти и Таблица судеб бога Набу? – напрямую спросил Тигран.

Митридат молчал. Тигран усмехнулся:

– Значит есть тайны, которые мне, своему кумиру, как ты сказал, мессии ты не хочешь поведать. Я разочарован.

Митридат нервно заходил по залу, потом остановился:

– Все, что я сказал, сущая правда. Ты единственный, кому могу верить в этом лживом и продажном мире.

Тигран смотрел на этого незаурядного человека, думая, что он всегда был неуязвим для своих врагов, потому что имел веру и талисман. Ранее боги направляли Митридата, одухотворенного идеей блага для всех народов Востока, но теперь они отвернулись от него, а он перестал чтить богов.

Царь Понта аккуратно достал из небольшой кожаной сумки, висевшей на поясе, обломок и положил на стол. Тигран взял и осмотрел его со всех сторон. Треугольный обломок темно-серого цвета гладко отшлифованной панели размером с ладонь, изготовленный из неизвестного материала, блестел и переливался в лучах солнца.

– Обломок Таблицы судеб, – сказал Митридат. – Ты, конечно, уже знаешь, что второй обломок у парфян, а третий у иудеев. Если тебе удастся собрать все три и соединить вместе, Таблица оживет и скажет судьбу, а, возможно, и будущее мира. В Птолемаиде, которую так яростно защищала сирийская царица Селена, есть храм богини Ташмету. Там Таблица заговорит.

Тигран подумал: «Цель заветная, но труднодостижимая. Почему он молчал столько лет? Вместе, завоевав все пространство Востока, разгадали бы эту тайну! Ну, конечно! Его эгоизм, стремление найти дерево жизни, сорвать с него плод и стать великим. Обломок он носил всегда при себе, так как мифы повествовали, что у Диониса всегда был при себе волшебный жезл тирс, символ вдохновения. Этот обломок Таблицы и есть его тирс. Если Таблица обладает магической силой, она и берегла его жизнь на войне».

– Ключ твой, а вот обломок оставь пока мне, найди остальные куски, а потом отдам его тебе навсегда. – Эмоции переполняли понтийского царя.

Тигран ходил по залу, думая, иногда посматривая на Митридата, затем произнес:

– Я дам тебе десять тысяч всадников.

Митридат воздел руки к небу:

– О Зевс‑Воитель, благодарю тебя! – Потом, обратившись к Тиграну, сказал: – Сегодня принесу обильные жертвоприношения, а завтра двинусь к понтийской границе…

Собравшись уходить, вдруг обернулся и произнес:

– Вот еще! – Митридат был серьезен. – Лукулл талантливый стратег и тактик. Несмотря на ограниченные ресурсы, добивается преимущества с помощью искусного маневрирования и не начинает бой без подкупа генералов и царедворцев противника. Даже если будет уверенность в превосходстве, без меня в прямую конфронтацию с ним не вступай. Освобожу свое царство, и вместе изгоним римлян из Азии!

Тигран подошел к союзнику:

– Смысл нашей борьбы – обрести бессмертие и славу!

– Дерзость и смелость, и нет преград! – вскричал Митридат.

Они обнялись, похлопав друг друга по плечу, и Митридат ушел вершить историю.

Глава 31

Мамиконян приказал изготовить три фальшивые топографические карты горных проходов в Понтийских горах и Армянском тавре. Каждую карту, тщательно выполненную на пергаменте, Вардан, картограф, скрутил и поместил в узкие кожаные футляры трех разных цветов. Для Васака предназначили красный футляр. После принятия Тиграном решения о помощи Митридату был официальный обед, на котором присутствовали все высшие сановники царства, где царь Понта обратился к Тиграну с просьбой ознакомить его с картами местности.

– Брат! Знаю, ты располагаешь подробнейшими картами гор и рек! – сказал Митридат. – Чтобы быстро и незаметно для римлян выйти к ним в тыл, мне нужно ознакомится с картой местности, где отмечены тайные горные проходы.

Васак, услышав эти слова, напряг слух и посмотрел на Тиграна, а тот, находясь в хорошем настроении, ответил:

– Да, брат, такую возможность тебе, конечно, предоставлю. Мамиконян, сегодня после нашего обеда отправь все карты, которые интересуют царя Митридата, в его покои!

– Слушаюсь, государь! – сказал Мамиконян.

После обеда, пока цари какое-то время прогуливались по залу и о чем‑то разговаривали, Мамиконян лично перекинулся несколькими фразами с каждым из