Затерянные в Полынье - Александр Трапезников

– Где тебя хоть искать, если не вернешься?

– У Намцевича, – немного помедлив, ответил я. А потом поспешил из дома. Времени было половина второго, Ермольник уже поджидал меня на берегу озера. Я увидел его коренастую фигуру возле остова сгоревшей лодки.

– Все-таки пришел, парень? А я думал, побоишься.

– Нам надо покинуть особняк до рассвета, Потап Анатольевич. Но сначала нужно туда попасть.

Я заметил в руках у Ермольника короткую чугунную дубинку с шипами, напоминающую древнерусскую палицу. Значит, и он тоже приготовился к возможному поединку основательно.

– Вы видели, что сделали с трупом Стрельца? – спросил я.

– Сволочи… – ответил кузнец. – Хорошо хоть не над живым так изгалялись. Но дай срок, и за этим дело не станет.

– У вас есть в поселке верные люди?

– Найдутся.

– В случае чего можно будет на них опереться?

– Там поглядим, – хмуро отозвался Ермольник. – Пошли.

Через некоторое время мы стояли возле высокой ограды. Окна в самом особняке и в возвышающихся по углам башенках были погашены. Кроме одного, расположенного прямо напротив ворот. Очевидно, именно там находилась ночная охрана. Сколько их было: двое, трое? Вряд ли больше. Да и кого Намцевич мог опасаться здесь, в поселке, где жители трусливо сидели по своим домам? Я нисколько не удивлюсь, если они покорно примут все, что предложит им Намцевич.

Меня всегда поражала терпеливая и какая-то безропотная природа русского человека, позволяющая сносить самые подлые оскорбления и подставлять шею под очередное ярмо. Только в одном двадцатом веке сменилось столько «наездников»! Безвольный царь, кровавые большевики, словоблудные либералы, заворовавшиеся олигархи, теперь вот наступила бесконечная эпоха «путинизма». Что дальше? Конец, апокалипсис? Уж лучше так, чем что-то еще, очередное сволочное.

Такие мысли одолевали меня, пока кузнец тихо возился с замком в воротах. Наконец они слабо скрипнули и открылись. На наше счастье, никакой сигнализации не было. Пригнувшись, мы вошли внутрь, и Ермольник запер за собой ворота. Мы сразу же отступили в темноту, оставив позади полоску света, падавшую из окна. Но едва мы сделали несколько шагов, как из-за кустов выскочила огромная черная тень и помчалась на нас. Ермольник тихо присвистнул и вполголоса произнес:

– Спокойно, Тубо! Свои…

Мощный мастиф замер в полутора шагах от нас. Признаться, от взгляда в его разинутую пасть мне стало не по себе. Такая милая собачка могла бы разорвать человека в два счета. Но кузнец, похоже, хорошо знал ее. Он подошел к ней вплотную и положил руку на голову. Мастиф вильнул хвостом, выражая свое дружелюбие. Затем Ермольник обратился ко мне:

– Теперь, парень, не жалеешь, что я пошел вместе с тобой? Тубо привязался ко мне еще со щенячьего возраста. Иди, кроха, гуляй… – Последние его слова относились к четвероногому стражу особняка. «Кроха» бесшумно нырнул в ночь, исчезнув так же внезапно, как и появился.

– А еще какие-нибудь подобные сюрпризы нас тут ожидают? – спросил я. – Медведи там или ягуары?

– Люди, – коротко отозвался кузнец. – Эти звери будут пострашнее. Надо поискать открытое окно. Тогда мы сможем пробраться внутрь особняка.

– И что вы там сами-то намерены отыскать? У вас ведь тоже какая-то своя цель?

– Следы…

– Которые ведут к смерти моего деда?

Мой вопрос так и повис в ночном воздухе, но, собственно говоря, молчание Ермольника было достаточно красноречиво. Мы обошли особняк и вскоре натолкнулись на приоткрытое окошко. Я посветил внутрь фонариком: комната была пуста. Она предназначалась под хозяйственную кладовку, поскольку вдоль стен стояло множество картонных ящиков. Когда мы влезли, я заглянул в некоторые из них. Там были консервы, галеты, пластмассовые бутылки с минеральной водой, спиртное. В общем, пищевые запасы. Должно быть, все они перекочевали сюда из продуктового магазина Зинаиды.

– Недурно бы и подкрепиться? – предложил я, но Ермольник лишь сверкнул глазами. Да я и сам почувствовал, что веду себя слишком беззаботно. А ведь в послании Валерия вполне серьезно предупреждала меня об опасности.

– Вот что, парень, – сказал кузнец. – Там, куда я сейчас пойду, твое присутствие неуместно. Поэтому разойдемся. Делай свое дело, но старайся не шуметь, иначе нам обоим отсюда не выбраться.

– Хорошо, – согласился я. – Давайте договоримся встретиться здесь же через час. Надеюсь, этого времени хватит и вам и мне.

Кузнец молча кивнул и выглянул в коридор. Я не знал, куда пойдет он, но мне надо было отыскать лестницу, ведущую в левую угловую башню, где меня ждала Валерия. Она говорила, что пройти туда можно через первый этаж, а склад, в котором мы очутились, располагался где-то в середине особняка. Мы вышли в коридор, и здесь наши пути разошлись.

Ермольник пошел налево, я – направо, памятуя о том, что зашел к нужной мне башне с тыла. Вскоре я оказался напротив главного входа, прямо под центральной лестницей. Охранники сидели в одной из ближайших комнат. Теперь надо было быть особенно осторожным, чтобы не налететь на них сдуру.

Но, видно, мой ангел-хранитель особо оберегал меня в эту ночь. Дверь в левую комнату открылась (я еле успел прижаться к балюстраде), оттуда вышел зевающий «бельгиец» и стал подниматься по лестнице. Его кованые каблуки простучали буквально в нескольких сантиметрах от моей головы. Когда он скрылся, я шмыгнул в правую дверь, прошел через пустую комнату и выбрался в еще один, более узкий коридорчик. Как я уже догадался, отсюда можно было попасть в угловую башню. Вот и заветная винтовая лесенка. Я поднялся на самый верх, где была небольшая площадка и одна-единственная дверь. Постучав в нее четыре раза, я прислушался.

В ответ – ничего. Что случилось? Я ошибся и попал не туда? Или что-то изменилось в планах Валерии? На всякий случай я повторил условный сигнал, а потом нажал на ручку двери. Она не была заперта и отворилась. И мне ничего не оставалось, как войти в комнату. Я еще успел подумать, что уже вторую ночь как вор блуждаю по чужим домам, прежде чем на мою голову обрушился удар, после которого я свалился на пол. Но сознание не потерял. Надо мной стояла Валерия, держа в руках толстенную книгу.

– Чем это вы меня? – поинтересовался я. – «Капиталом» Маркса?

– Нет, это «Древняя и новая магия», – смущенно ответила девушка, помогая мне подняться и усаживая на кровать.

– Все равно макулатура. В следующий раз выбирайте что-нибудь в мягкой обложке, детективчик, например. А разве вы не ждали меня? Кажется, я постучал как надо.

– Я думала, это другой. Он только что был здесь.

– Кто? Намцевич?

– Нет. Хуже. И мне показалось, что он решил вернуться.

– А кто может быть «хуже»?

– Мне трудно вам объяснить, но поверьте, он очень опасен.

– Весь поселок кишит какими-то загадками. А прятки – любимая местная игра. Похоже, что тут это вроде «полынного» вида спорта. Скажите хотя бы, зачем я вам вообще понадобился?