Звезда хаоса - Юлия Трунина

— Ты что?… — отшатнулся alfi.

— Не двигайся, щит сломаешь! — предостерегла я, готовя следующее заклинание.

— Иллия?…

— Здесь неви…

Холод!.. Чистый лед!.. Рядом! Я дернулась в сторону и…

Бабуля!!! Больно!..

Хоро-о-оший удар… Был рассчитан в сердце. Тогда бы не оправилась, но я сдвинулась, и лезвие ушло ниже.

— Иллия?!!.. СТРАЖА!!! — донесся сквозь шум в ушах вопль Владыки.

Я пошатнулась и стала оседать, не сводя взгляда с торжествующего лица эльфийки, которая проявилась после контакта со мной.

— Тебе привет от хозяина, ведьма!

— Как ты его хреново передала, — прошипела я, зажимая рану ладонью. — Может, плохо расслышала?

В раскосых глазах эльфийки полыхнуло темное пламя ненависти.

— Не сомневайся, я доведу дело до конца! — уверенно сказала она, паскудно усмехаясь.

Рядом возник Вирдирион и, ухватив за руку с кинжалом, вывернул несостоявшейся убийце запястье.

— Поздно, alfi! Слишком поздно! — продолжала та злорадно скалиться.

Откуда такая уверенность? Сердце не задето, а регенеративные способности у меня очень мощные, даже Бессмертнику могу фору дать. Так что, я еще станцую на твоих похоронах, тварюга!.. Почему так пить хочется?… Губы пересохли…

— Зачем ты вышел из-под щита? — спросила я нежданного защитника, скрючиваясь на земле. — Умереть захотелось?

— Нет, но и как тебя убивают, я тоже не намерен был смотреть.

— Осторожнее, здесь другие… Сейчас… Нужно «Рассеивание»…

— Владыка!!!

Ликвардия?!.. Ну, слава Небесам! В глазах стало темно. Рана не просто горела, она волнами разгоняла боль по жилам. Что-то не то!.. Что-то не так!.. Я уже ничего не слышала, тяжело дыша и стараясь проглотить огненный ком, в который превратился воздух. Желудок скрутило… Неужели!..

ЯД!!! Кинжал был отравлен! Вот отчего та сучка так самоуверенна!

Кто-то схватил меня за плечи и поднял, перевернув на спину. Я конвульсивно дернулась, пытаясь сдержать желудочные спазмы, но не смогла.

— Что с ней?!! — послышался изумленный возглас Оссолоэта, значит и он уже здесь. — Желудок же не поврежден!

— Отойдите, Ваше Высочество, — знакомый голос, но не могу вспомнить чей.

Нужно предупредить о невидимках… Нужно…

Чьи-то руки раздирают платье и изучают рану… Это не так больно… больнее просто не может быть. Глаза открыты, но все что могу разобрать размытые цветные пятна, и это не от слез.

— Руки держать на виду! Заклинания не плести… — доносится до меня. Складно работаете, красноперые!

Рану видимо пытаются зажать какой-то тканью, потом к лицу прикасаются чьи-то руки.

— Она вся горит! Почему?…

— Не мешайте, Ваше Высочество!

— Сделайте же что-нибудь, магистр, она же истечет кровью!

— Если бы вы, Владыка, соблаговолили не сжимать так девушку в объятьях, мне бы удалось колдовать.

Меня опускают на землю.

— Странная рана…

— Яд… — стараюсь прокашлять я, получается невнятный хрип.

— Что? — голос Вирдириона стал четче, наверное, он наклонился ближе ко мне.

— На кин-нжале… бы… яд… — последнее слово я уже прошептала только губами, но он услышал.

— Кинжал отравлен! — громко озвучил Владыка.

- Gipi'lat gjkay! — произнес мое любимое высказывание голос принца.

«Наглый плагиат!»- хотела сообщить я, но язык, казалась, распух и не мог шевелиться.

— Гадина! — послышался визг пексинки (и она тут?). — Мерзкий выкидыш грязи! — потом раздался звук глухого удара. — Отпустите меня! Я ей шею сверну! Никто не смеет трогать моих подопечных!

Голоса стали глуше, глаза, похоже, закрылись окончательно, но мозг продолжал работать.

Ну почему я не могу потерять сознание как все нормальные девицы?! Пусть я ничего не видела и почти ничего не слышала, находясь в каком-то полузабытье, но боль осталась со мной и никуда не исчезла. Меня куда-то несли, что-то колдовали над раной, вливали в рот терпкую жидкость… Временами я все-таки проваливалась в какой-то беспросветный омут, но боль неизменно возвращала меня в мое бренное тело.

— Потерпи… Я скоро… — прошептал мне знакомый голос, и прохладные пальцы скользнули по пылающей коже щек. — Не смей умирать!

И снова гул далеких голосов, мрак и боль… боль… боль… Вновь перевязки, холодные компрессы, магическое лечение, теперь уже горьковатый отвар и заново повязки… Да когда ж это закончиться?!..

— … Иллия… слышь меня… не спи!..ышь…ня!..

Другой мужской голос. Он звучит более четко на фоне остального шума, с характерной командной ноткой. Где-то я уже слышала его… Чем дольше стараюсь вспомнить тем хуже себя чувствую. Вновь начинаю погружаться в беспамятство.

— …Иллия!..- голос выдергивает меня из спасительного забытья и судороги боли опять пробегают по телу.

Так повторяется каждый раз, Этот голос становится мне ненавистен, он не пускает меня в счастливую обезболивающую безмятежность.

— … Слуш… меня!..лзя спать!..

Нет! Не могу больше!

Дайте умереть спокойно, сволочи!

Внезапно яркий свет разгоняет тьму… Он манит, зовет, тянет к себе… Я иду… лечу… Боли больше нет! Наконец-то! Как хорошо!.. И вдруг начинаю падать… Я падаю, проваливаюсь в этот свет, так быстро, что уже почти не слышу опостылевшего голоса зовущего меня. Мне так хорошо!

И тут начинаю понимать, что больше не слышно ни гула остальных голосов, ни прикосновений лечащих рук, ни чужой магии… После этого приходит страшное осознание очевидного… Я умираю…

Нет, так дело не пойдет! Готова еще помучиться!..

Эй, я же пошутила! Я хочу жить!!! Слышите меня там?!.. Кто-нибудь?!.. У меня столько дел недоделанных осталось: поймать Пророка, прибить Лазаола, сказать всем эльфам, что о них думаю…

Начинаю падать быстрее… Яркий свет начинает наполняться какими-то образами. Появляются очертания неясных фигур впереди.

Нет! Подождите, так нельзя!.. Не сейчас!.. Я, можно сказать, почти собралась влюбиться!.. Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ!!! Хочу обрести любимого мужчину! Хочу замуж! Хочу родить ребенка!.. Лучше трех или четырех…

Внезапно падение прекратилось. Я запрокинула голову: огромная серо-белая воронка кружит надо мною, а вокруг пустота. Кругом лишь белый туман… Но там за этой белесой мглой кто-то или что-то есть. Странные эфемерные силуэты мелькают вокруг меня. Нечеткие, размытые грани… Но вот призрачные фигуры начали обретать формы. Одна приблизилась ко мне, если протяну руку, то смогу коснуться.