Алхимия любви - Ника Ёрш

– Искра истинной любви, – проговорила она тихо. – Моя бабушка, правнучка Грэма Кейна, великого мага, славящегося любовью к алхимии, часто рассказывала байки о знаменитом предке. Он много где побывал, видел всякое, любил изобретать и вводить новшества. До сих пор существует мнение, что он опережал свое время. Сам же Грэм говорил, что нет большего несчастья, чем жить без любви, а потому он создал некий артефакт и встроил его в кровать. В свою спальню.

– Отличное место для определения истинности любви, – похвалил Вольт. – Одобряю. А что за артефакт?

Сабина покачала головой.

– Никто не знает. Это осталось тайной.

– Хорошо устроился алхимик. Мне бы кто-нибудь так же на слово верил.

Сабина рассмеялась.

– Грэм очень любил свою жену и без всяких подтверждений магией считал ее своей единственной, – сказала она, продолжая улыбаться и мечтательно глядя перед собой, – но своим потомкам он подарил счастливый шанс найти половинку. Дал подсказку.

– То есть его дети, которых он зачал на той кровати, обретали способность найти любовь с помощью прикосновения?

– Да, – она пожала плечами. – И дети, и внуки, и правнуки… Мама клянется, что при первой встрече между ней и отцом проскочила искра. Тогда она была помолвлена с другим, а он совершенно не задумывался о браке и слыл жутким повесой. Можешь себе представить?

– Легко.

Сабина посмотрела на Вольта и покачала головой.

– А я нет. Не представляю их порознь.

– Годы и привычка взяли свое. Люди, прожившие вместе столько лет, даже внешне становятся похожи.

– Значит, считаешь, искры нет? – с интересом спросила Сабина. Она отставила чашку с остатками чая на поднос и задумчиво посмотрела на собственные пальцы.

И Вольт вспомнил их первую встречу. И прикосновение ее руки. И тишину, последовавшую за этим, а после – безропотное согласие родителей Сабины отдать единственную дочь ему в жены. Чем они руководствовались тогда? Рассудком и пониманием, что он не станет писать статью о собственной жене? Или вера в алхимию любви, когда-то практиковавшуюся неким Грэмом Кейном, настолько сильна?

– Наверняка, это пустое, – Сабина посмотрела на него и легко взмахнула рукой. – Но когда я была малышкой, безумно любила слушать именно эту сказку.

– Да, в ней что-то есть, – согласился он.

– А теперь точно пора спать, – зевая, решила Сабина.

Позже, когда она уже мирно спала, Вольт дописал третье по счету письмо и, подойдя к постели, внимательно всмотрелся в прекрасное лицо супруги.

– Искра там или нет, неважно, – прошептал он, – важно только то, что между нами сейчас. И сейчас я не готов отпускать тебя, Сабина…

* * *

Утром Вольт, как всегда, проснулся раньше жены.

Открыв глаза, какое-то время он просто любовался ангельским личиком и не верил, что еще пару месяцев назад не знал ее. Не думал о ней. Не беспокоился за нее. Не хотел обнять ее, ощутить вкус ее губ, увидеть радость от встречи в ее глазах.

Одеяло она давно скинула, и теперь Вольту открывался потрясающий вид на стройные ножки супруги. Он задержал дыхание, поднял руку, поднес к ее лицу и убрал локон, упавший на глаза. Провел кончиками пальцев по ее щеке.

Этого оказалось преступно мало. Подтянувшись на локте, Вольт едва ощутимо коснулся губами ее губ. Сабина улыбнулась во сне и что-то тихо пробормотала.

Он отстранился, понимая, что вот-вот не сможет отказать себе в большем. Она тихо вздохнула и, перевернувшись на другой бок, принялась шарить рукой в поисках одеяла.

«Чудо как хороша, – думал Вольт, глядя на супругу, – нежная, милая, молчаливая. Моя жена».

И сразу вспомнились ее слова о том, как не хватает ей внимания, комплиментов и красивых ухаживаний.

Укрыв ее, он быстро убежал в душ, затем оделся и устремился в сад за очередной розой. В спешке срезав первую попавшуюся, обтесал колючки садовыми ножницами и хотел вернуться в спальню, но встретил Лину.

– Простите, мистер Краспер, я… – она мялась, преградив ему путь.

– Что не так? Говори.

– Я узнала, что Рикон сегодня отправляется в город, на почту. Могу я отлучиться с ним на несколько часов? Тетя очень плохо чувствовала себя, когда уезжала, и теперь мы волнуемся.

– Хорошо, – Вольт кивнул, – отвезете письма, а потом поезжайте к твоей тете.

– Спасибо вам огромное! – Лина радостно всплеснула руками, прижала их к груди, неуловимо напомнив Сабину. Та столь же искренна в выражении эмоций. – Тогда я скажу Рикону и дяде?

– Скажи. Но сначала пойдем со мной, я дам тебе письма и деньги на отправку.

Он уже обогнул горничную, так что она поспешила за ним.

В спальне Вольт приложил палец к губам, веля ей вести себя тихо. Аккуратно пристроив цветок на свою подушку, он улыбнулся спящей Сабине и передал Лине письма для отправки.

– Отправишь первым классом, – шепнул он, – вот деньги.

– Все сделаю, мистер Краспер, – Лина широко улыбнулась, покосившись на цветок в кровати. – До свидания.

– До свидания, – ответил он и внезапно замер.

Под ребром кольнуло от нехорошего предчувствия. Дверь за горничной закрылась, а по спине у Вольта пополз неприятный холодок.

– Чертовщина какая-то, – пробормотал он, двинувшись за Линой. Но до двери не дошел, услышав характерный шорох на кровати.

Сабина проснулась. Она нашла розу рядом с собой и теперь очаровательно улыбалась, с благодарностью и восторгом глядя на мужа. Впрочем, он отвечал тем же.

Все страхи и предчувствия были забыты в тот же миг, а внимание Вольта целиком перешло на Сабину.

Ее восхитительные шелковистые волосы разметались по плечам, сорочка сползла, открывая изумительный вид на часто приподнимающуюся белоснежную грудь, а хрипловатый голос жены, когда она заговорила, пробудил в нем такое яростное желание остаться в спальне на весь день, что он и сам поразился.

– Мне нравится находить цветы в постели. – Сабина осторожно села, подтянула одеяло выше и понюхала цветок, прикрыв глаза от удовольствия. – Пахнет божественно. Думала, вчерашняя роза – самая красивая в нашем саду, но эта ее превзошла. Представляю, сколько ты ее искал!

– Да уж, – он запустил пятерню в волосы и усмехнулся.

– Спасибо, – Сабина посмотрела на Вольта, повела плечами и спросила: – Только зачем ты делаешь это?

Он пожал плечами.

– Мне нравится твоя улыбка.

– И все? – она хитро прищурилась.

– Этого недостаточно? – Вольт подошел, присел рядом с ней и признался: – От твоего настроения зависит и мое. Когда тебе плохо, я чувствую, что делаю что-то не так, но не всегда понимаю, как это исправить. Опыта маловато. Помнишь, как ты сказала у алтаря? «Это у меня впервые, в следующий раз буду собраннее».