Чужая сила - Лия Джонсон

Снова потянулась к кошачьему рюкзаку и так и замерла, вытаращившись расширенными глазами на стену напротив.

Из спальни донесся приглушенный, но весьма отчетливый шорох. Словно кто-то зацепился за кровать или тумбочку.

Я затаила дыхание и тревожно покосилась на Пушка. На коте не было лица настолько, насколько это выражение вообще возможно для животного. Мохнатая морда исказилась в гримасе чистейшего ужаса. Изогнув дугой спину, он нервно задергал хвостом и оголил клыки.

Такое странное поведение кота испугало и меня. Сглотнув, я отмерла, тихо вытащила из верхнего ящика комода у выхода перцовый баллончик и принялась медленно приближаться к своей комнате.

Какое-то время было так тихо, что я уже было подумала, нам просто почудилось. Или, возможно, упала большая мягкая собака с гардероба. С него всегда столько пыли сыплется, что Пушок потом еще день отойти не может.

Но уже у двери что-то снова громыхнуло. Посыпались мои косметические принадлежности с комода, судя по звуку, разбился дезодорант, скрипнуло колесо кресла и заорал телевизор.

— Проклятье, выруби его! — выругался мужчина с низким глубоким, странно знакомым голосом.

— Сам выруби, я не знаю, как! — фыркнул в ответ другой, с более мягким и высоким, но не менее знакомым.

— Так сожги! Аккуратно подорви и… Боги, что это такое? — раздраженно проворчал первый, очевидно, с трудом слыша себя из-за шума.

— Нет, не порть здесь ничего! — строго осадил его второй. — Ты наступил на ту странную коробку, и оно заработало. Наступи еще раз.

Голоса затихли, на мгновение затих и телек, а затем… неожиданно раздались стоны и пошлые комментарии на английском.

Округлив глаза, я покосилась на перцовый баллончик в руке и отстранено подумала, что, вполне возможно, сейчас он понадобится мне.

— Она что… засунула это в себя? — медленно удивленно спросил второй, его голос повысился от эмоций.

— Ну, как видишь, — сухо ответил первый.

Он казался не таким впечатленным, но был не менее заинтересован в увиденном.

— Боги, оно что, жужжит? — от неприкрытого шока мужчины мне стало до чертиков смешно.

— Ты издеваешься надо мной? Я вижу то же, что и ты, — раздраженно ругнулся первый.

— Я просто спросил.

— А я ответил.

— Ты уже видел подобное?

— Нет.

— Тогда, если это не вызывает у тебя любопытство, у меня напрашиваются весьма печальные выводы.

Раздался низкий рык и приглушенный стук. Послышалась возня и странный приглушенный грохот, словно мужчины боролись. Снова скрипнуло кресло, треснули крючки, удерживающие штору. А затем прозвучал щелчок отпавшей от окна сетки, и хлопнули… крылья.

Опешив от того дурдома, что происходил в моей спальни, я совсем растеряла страх. Переполненная раздражением и любопытством, тихо нажала на ручку и открыла дверь. Какие наглые попались взломщики! К тому же, еще и с придурью. Черт, нужно будет закодировать канал для взрослых, а то мало ли…

Медленно шагнула внутрь и обмерла. Сердце подскочило к горлу, едва не вылетев через приоткрытый рот. Внутри все настолько похолодело, что занемели губы.

— Надеюсь, ты Алиса, иначе нам придется… ну, немножко над вами поколдовать. — Неловко развел крыльями Дильфагор, словив налету падающую коробочку от духов. — Оу, сэр кот, приветствую! Тоже фамильяр? — Ворон вопросительно уставился на шокированного Пушка, после чего перевел на меня недоуменный взгляд. — Он что, не разговаривает? — Птица снова задела коробочку на тумбочке и придвинула ее лапой ближе к стене. — Прошу прощения, мы здесь немного… намусорили. Ради Дакарда, Рагорн, оставь в покое эту баночку! Она воняет настойкой. Живущий здесь пьет не на шутку много гадости.

— Это духи… — медленно прохрипела, чувствуя, как отказывают ноги.

Генерал прекратил свои неуклюжие бесполезные попытки расставить мои косметические принадлежности по местам и встал рядом с Тассаларом. По пути случайно наступил на пульт и, наконец, выключил телевизор. Советник раздраженно на него покосился и перевел на меня внимательный тяжелый взгляд. Они смотрелись так нелепо в моей маленькой бежево-розовой спальне, и, очевидно, чувствовали себя соответствующе. Все их движение были скованными и до смешного неуклюжими.

Знакомые черные и медные глаза смотрели на меня с опасением и надеждой. А я не знала, как снова научиться дышать.

— Как вы сюда попали?