Нон Лон Дон - Чайна Мьевилль

– Да,- согласилась Диба,- как раз об этом я и хотела поговорить. И о мистере Нетвердайбле…

– Так что Смог стал более агрессивен,- продолжал, не слушая ее, Обадэй,- и это очень хороший знак! То есть мы должны быть довольны нашим прогрессом. Именно эту мысль и выразил господин Нетвердайбл.

– Обадэй, вы меня наконец выслушаете или нет? – повысила голос Диба.- Я хочу сообщить вам кое-что очень важное, а вы совсем не слушаете! Хотите знать, почему положение становится все хуже? Вовсе не потому, что Смог забеспокоился, а потому, что Нетвердайбл всех вас надувает!

Она протянула ему официальную бумагу со штампом фан-томбургского архива.

– Что это? – спросил он.

– Посмотрите сами. Нетвердайбл умер. И убил его Смог. А тот, кто издает здесь у вас приказы и варит снадобья, это кто угодно, только не Нетвердайбл!

– Но это… это полная чепуха,- неуверенно пробормотал Финг.- Не может быть, что это правда.

– Обадэй,- сказала Диба,- вы же неглупый человек. Ну, посмотрите сюда, здесь же все написано.

Документ светился всеми своими при-

зрачными очертаниями: на какое-

то мгновение мелькнул даже листок дерева, из которого сделали эту бумагу… мелькнул и тут же пропал.

– Как вы думаете, зачем я

снова здесь? Не знаете? А я вам ска-

жу: то, что здесь у вас творится, мне с самого начала показалось очень странным. А теперь у меня есть доказательство, и эту бумагу надо обязательно показать там, на мосту.

– Ну…- Обадэй бросил быстрый взгляд на Хеми.- Я, конечно, верю, что ваш друг, которого я вижу здесь у себя, не стал бы нарочно вводить вас в заблуждение, но, знаете, лично я не очень бы доверял этим призракам. Поговаривают даже, что они тайно поддерживают Смога!

Услышав эти слова, Хеми так и подскочил.

– Ну вот, я так и знал! – выпалил он.- Диба, я же тебе говорил!

– Я не хочу сказать, что именно вы, и я не сказал, что сам верю во все эти слухи,- стал оправдываться Обадэй.- Если Диба говорит, что вам можно верить, тогда вам, вероятно, и в самом деле можно верить. Но не исключено… ну, не знаю… что кто-то там у них в администрации желал бы сделать подкоп под господина Нетвердайбла или еще что-нибудь в этом роде!

– Я собственными глазами видела эту информацию в базе данных компьютера,- сказала Диба.

– Ну, тогда…- Обадэй заглянул в листок с обратной стороны и даже посмотрел на просвет.- Я уверен, что этому есть какое-то объяснение. Может быть, это другой какой-нибудь Нетвердайбл. Но даже если вы правы, тогда что, по-вашему, это все значит? Бессмыслица какая-то! Полная чушь. Ведь господин Нетвердайбл действительно оказывает нам огромную помощь! Нельзя ни на минуту усомниться в том, что он на нашей стороне.

Но не успела Диба открыть рот, чтобы ответить, как вдруг раздался громкий крик.

– Господин Обадэй Финг! – Это в отверстие, пробитое во время атаки Смога, кричал один из его помощников.- Поторопитесь! Подходит!

– Кто? – вскочил Обадэй, испуганно раскрывая свой зон-бик.- Снова Смог?

– Нет! Автобус!

Еще один навнавт

Раскачиваясь на крепких стропах под огромным шаром, над крышами низко летел автобус.

Торговцы, с причитаниями восстанавливающие урон, нанесенный атакой Смога, как по команде задрали головы. Дело в том, что на рыночной площади автобусы никогда не останавливались.

В Нонлондоне было несколько автобусных маршрутов, по которым курсировал не один воздухоплавательный автобус, но этот знак на капоте невозможно было спутать ни с каким другим. Ну конечно, это старый знакомый Шкрябскряб! А кто это там машет рукой, перегнувшись через край площадки? Неужели кондуктор Джонс? Да-да, он самый!

Диба радостно помахала ему в ответ.

– Подать трап! – крикнул он, когда автобус завис над ними в нескольких метрах, и спустил на веревке корзину.- Диба, девочка моя, ты ли это? Ты что, вернулась или это мне снится? Кто бы мог подумать… Полезай скорее! Тут у меня на борту есть один пассажир, и ему не терпится с тобой поговорить.

Вокруг них собралась небольшая толпа.

– Здравствуйте, Джонс! – крикнула в ответ Диба.- Кто это хочет со мной поговорить?

Рядом с Джонсом показалась еще одна мужская фигура, тоненькая и какая-то не в меру суетливая. В руке у мужчины был портфель.

– А-а, мисс Решам? – услышала Диба голос, в котором звучало какое-то беспокойство. Сам человек был ей почти не виден.- Я работаю в офисе миссис Роули, мы занимаемся проблемами окружающей среды! Госпожа министр была весьма заинтригована вашим письмом!

– Что? – удивилась Диба.- Она все-таки получила его? Но как… как вам удалось сюда попасть? И как вы узнали, что письмо послала именно я?

– Что это за тип? – прошептал ей на ухо Хеми.

– Ну, знаете…- Мужчина коротко улыбнулся.- У нас, м-м-м, есть свои методы. Реконструировали путь, который проделало письмо, проверили метраж и так далее. О подробностях я лучше умолчу. В общем, мы не сомневались, что письмо послали именно вы. Мы попробовали связаться с вами дома, но когда это не удалось, нам стало ясно, что вы, скорее всего, здесь. Мы очень желали бы, м-м-м, побеседовать с вами, и как можно скорее, пожалуйста.

– Ну, что я вам говорила? – повернулась Диба к Обадэю. Тот с глупым видом уставился на автобус, даже рот раскрыл от изумления.- Как вы думаете, стали бы они посылать его сюда аж из самого Лондона по пустякам? Значит, я права, тут дело серьезное!

– Я… да, но… м-м-м…- В первые несколько секунд Обадэй не мог произнести ничего путного и только заикался.- Тут, должно быть, какая-то ошибка…- наконец промямлил он.

– Не-а,- сказала Диба.- Мне кажется, самое серьезное еще только начинается. Будьте осторожны. Я думаю, все идет совсем не так, как вы рассчитывали. Минутку, Джонс! – крикнула она наверх.- Ясейчас! Поехали со мной, хочешь? – спросила она Хеми.- Конечно, если нет желания…

– Я же обещал, что доставлю тебя прямо к мосту,- небрежно ответил он.- А раз обещал…

– Со мной еще один человек, мой друг! Хеми, услышав это, слегка покраснел. А Кисляй ни за что

не захотел слезать с ее рук.

– Нет, не один, а целых двое! – поправилась Диба.

Корзинка при подъеме немилосердно раскачивалась, но Дибе уже было ни капельки не страшно. Она перегнулась через край и помахала на прощание Обадэю Фингу, стоящему внизу с опрокинутым лицом. Кисляй вертелся у нее в руках и тоже старался высунуться наружу.

Зато Хеми побледнел, обеими руками вцепился в края корзинки и крепко зажмурил глаза.

– Ты же наполовину привидение,- засмеялась Диба.- Разве тебе может быть страшно?

– Думаешь, если половина моей семьи – неупокоенные мертвые,- прошипел он,- мне все это должно нравиться?