Городской охотник - Алексей Волков

Раздался лёгкий мелодичный звон, будто столкнулись несколько сосулек или кусочков льда в бокале, воздух наполнился свежестью, в стороны брызнули холодные острые льдинки.

Алексей закрыл лицо рукой и прыгнул в дверь, которую снес мохнатым плечом волколак. И во второй раз за сегодняшний день его ноги коснулись снега. Алексей недоуменно оглянулся и увидел, как позади исчезает призрачный силуэт двери, через которую он попал сюда.

Перед ним стоял волколак, из разинутой пасти зверя клубами валил пар.

— Где мы? — спросил Алексей.

— Не знаю… А что там было? За дверью…

— Там был Тлен. Есть такое заклятье у Высших. Оно, похоже, на труп было подвешено. Вроде растяжки. А ты его активизировал…

— И что было бы?

— Пошли лучше выход искать… А то мы тут либо с голоду околеем, либо дуба дадим. По дороге объясню.

— Есть что объяснить?

— Кажется, есть, — ответил Алексей и двинулся вперёд по снежной целине, раскинувшейся сколько хватало взгляда. Снежные торосы громоздились там и тут, под ногами скрипел снег, в небе разливался серый сумрак, как в ненастный зимний день. Солнца видно не было, за облаками, затянувшими небо, не было видно даже размытого неяркого пятна. Алексей почему-то решил, что солнце тут не светит совсем. Идти было легко. Ноги не утопали в снегу, а, продавив белый пушистый ковёр, ступали по тверди.

— Так вот. Ты стронул спусковой крючок ловушки. Я даже и думать не хочу о том, что было бы, коснись нас Тлен. Сгнили бы заживо.

— Но ты же им живой нужен. По крайности — с головой.

— А эту ловушку и не мой знакомый ставил. Это выдумка того, кто сторожит сейчас этот дом. Кто питается накопленной там силой и повелевает духами. Это наш дружок академик. Я так понимаю, что изучать управление стихиями и силами он стал ещё при жизни. И, судя по всему, очень глубоко окунулся в стихию Смерти. А после смерти преуспел… Ты этого кадавра разглядел?

— Кого?

— Ну, того гада в комнате…

— А что его разглядывать? Был полудохлый, теперь совсем дохлый.

— Я к тому, что понял ли ты, с чем мы столкнулись? Как сказал бы средневековый алхимик, мы столкнулись с гомункулусом, силой нечистой волшбы созданным и в кадавра обращённым. Очень искусно сделанным кадавом, даже обладающим разумом. Я затрудняюсь сказать, был ли Тлен его последней волей или же это его создатель сделал «коробку с двойным дном». Хрен его знает. Но факт есть факт. Только что мы чуть не гробанулись. Если бы я не кинул Морозко, то ты бы даже к двери не прикоснулся бы. Не ушли бы мы, в общем… там бы и сгнили заживо. В рекордные сроки.

— Д-а-а-а-а… — озадаченно протянул Олег, — дела…

— Твоя очередь меня просветить — куда нас занесло.

— Я понять не могу, куда. Портал был такой мощный, что воздух до сих пор звенит… Давай отойдем подальше, я тогда определюсь, где мы и где выход.

— Выход там же, где и вход… — задумчиво пробормотал Алексей. — Там же, где и вход… Поворачивай оглобли! — заорал он. — Попробуем обратно на остаточном течении Сил проскочить!

Развернулся и в два прыжка оказался рядом с тем местом, где в воздухе все ещё дрожал неясный силуэт двери.

Подскочил, рухнул на колени и стал судорожно шарить по карманам, то и дело матерясь сквозь зубы.

Нашёл, полез в карман, достал маленький ножичек из позеленевшей бронзы, размером с ладонь ребёнка.

Рванул его из ножен и полосонул себя по запястью с наружной стороны. Слишком боязно было резануть в запале и повредить сухожилия… Алая кровь брызнула на снег и зашипела на лезвии, впитываясь в потемневший от времени металл.

«Который раз за сегодня уже кровь себе пускает. Истечет на хрен…» — отстраненно подумал Олег.

Немигающие глаза хищника смотрели на капающую на снег влагу жизни. В глубине его звериной сущности, подавляемая человеческим сознанием, ворочалась мысль, нет, не мысль даже, а алчная потребность — «даром пропадает». И жёлтые глаза неотрывно следили за каждой канувшей в снег каплей.

Алексей, не обращая внимания на перетаптывавшегося и сопящего за спиной волколака, подставил сложенную лодочкой ладонь под тяжкие капли.

Шлеп…

Ударилась о кожу первая.

И замерцала, переливаясь багрянцем.

Шлеп…

ещё одна коснулась кожи и, слившись с первой, так же, как её предшественница, заискрилась-заиграла.

Кап — кап — кап… Чаще закапало в подставленную ладонь. Алексей стал сжимать и разжимать кулак, как во время переливания крови, ускоряя ток в жилах. «Кажется, он полный псих. И даже не ботаник, как в школе!» Когда в ладони набралась уже изрядная лужица, Алексей поднёс её к губам… «Неужто выпьет?» — ворохнулось в голове волка.

… и стал тихонько шептать над кровью на певучем, незнакомом Олегу языке. Голос из шепота возрос до вполне слышимого, взлетел к крику… И не успели ещё слова древнего напева растаять в морозном воздухе, плеснул кровью на уже едва видимый контур двери.

Очертания её вспыхнули багровыми искрами, как за мгновения до этого кровь в ладони Алексея, и стали явственно проступать в воздухе. Пара секунд — и над заснеженной равниной в воздухе появилась дверь. Обычная, деревянная дверь. Серая и обшарпанная.

Алексей с тяжким то ли вздохом, то ли стоном — видно, все же много сил отдал вместе с кровью — поднялся, взялся за ручку и потянул дверь на себя.

Напрасно…

Повернул ручку и толкнул дверь — результат тот же.

Подёргал.

Тщетно…

Выругался, сочно и со смаком, помянув какого-то Хравна, его волосатые ляжки и задницу… И замер в растерянности. В петле, там, куда он сунул выданную ему Антикваром резную палочку, трепыхнулось.

Он опустил руку, слепо пошарил и достал подаренный артефакт. Узор на нем мерцал и переливался так же, как и силуэт двери незадолго до того.

Покрутив в пальцах непонятную штуковину, он хотел поднести её к замку. Ключ, коим она и оказалась, трепыхнулся в окровавленной ладони, и Алексей разжал пальцы, зачарованно наблюдая за тем, как ключ сам взмыл в воздух и устремился к двери. Полотно двери вздрогнуло и завибрировало.

За спиной шумно переминался волк. Снег протестующее заскрипел и просел под мощными лапами.

Ключ плыл по воздуху к двери.

И по мере его приближения вибрация усиливалась. Вскоре дверь уже буквально рвалась с петель, словно некто огромный и неимоверно сильный, ухватившись за ручку с обратной стороны, изо всех сил сотрясал утлую конструкцию. Ключ, который по мере приближения к тому месту, где по логике вещей должен был быть замок, наливался изнутри яростным алым сиянием, которое Алексею нравилось все меньше и меньше.

Он сделал шаг назад… Потом ещё один…