Мировой кризис - Андрей Мартьянов

– Это сейчас неизвестно, ваше превосходительство. Можем закончить и в неделю, а можем задержаться на два или три месяца.

– Хорошо. Позовите господина Львова, я обязан его проинструктировать в соответствии с новыми обстоятельствами и полученными предписаниями. Никогда бы не подумал, что миссия обычнейших археологов может находиться под пристальным надзором председателя правительства…

Прибежал поручик, черный от свинцовой пыли. Выслушал бесстрастно – приказ есть приказ, начальству виднее. С тем генерал-майор и отбыл в Каменец, всё устроилось как нельзя лучше.

Ближе к десяти утра проход был готов: свинцовый прямоугольник три на пять футов выломали из плиты и не без труда оттащили в сторону – тяжеленный, зараза.

– Внутрь заходить не стали, – отчего-то понизив голос, сказал Львов. – Посветили фонарем, по-моему, там очень древняя каменная кладка… Взгляните сами.

Первым в черный зев гробницы отправился Джералд, как признанный глава предприятия. За ним – Тимоти, Ойген и граф Барков. Места хватило всем.

– Действительно, интересно, – лорд Вулси поднял фонарь над головой и взглянул наверх. – При погребении варварам явно помогали византийцы или римляне, возможно пленные. Свинцовый купол из спаянных вместе листов шириной по четыре с небольшим фута каждый – это сугубо римское изобретение! Работы здесь было на несколько месяцев: сначала Аттилу похоронили как полагается, затем возвели «колпак» из свинца и только потом начали наращивать огромный курган!

Зазор между свинцовой «оболочкой» могильника и округлым каменным сооружением диаметром около тридцати метров составлял два шага, можно обойти его по периметру. Слой пыли был такой, что полностью скрыл толстые подошвы ботинок. Запахи отсутствовали, кроме с трудом различимого легчайшего аромата, напоминавшего сухой пергамент или старую кожу.

Огромный склеп был надежно защищен от сырости, за долгие столетия сюда не проникло и капли влаги, даже при самом высоком подъеме воды на Днестре.

– А говорят – дикари, варварское племя, обезьяны на лошадях, – сказал Тимоти, осмотревшись. – Оказывается, у гуннов все обстояло несколько иначе, пусть и не без помощи соседей или представителей античных цивилизаций… Внушительно выглядит.

– Внушительно или нет, но кладка центральной крипты держится на честном слове. – Граф коснулся пальцами камней, наверняка скрывавших за собой само место упокоения Бича Божьего. Осыпалась крошка. – Посмотрите, это же известняк и ракушечник, скрепленный далеко не самым прочным раствором. Если начнем разбирать стенку неаккуратно, она обрушится… Давайте я хотя бы попробую. Глядите!

Барков взялся за один из верхних камней крипты – плоский и формой напоминавший кирпич, – слегка расшатал и вытащил. Без особых усилий разломил на две части.

– Здесь мусорить не будем, ненужный материал придется выносить наружу, – постановил Джералд. – Тимоти, принеси, пожалуйста, носилки.

– У вас все в порядке, господа? – из-за свинцового колпака послышался приглушенный голос Львова. – Чем-нибудь помочь?

– Да, зайдите, нужен ваш совет…

Обязанности распределили так: Алексей Григорьевич и господин поручик взялись за аккуратнейшее изъятие известняковых составных кладки, Тим с Ойгеном перетаскивали их наружу. Джералд опять занялся чистенькой работой – взял карандаш, альбом и начал записывать увиденное, отмечая время.

* * *

– 28 июня 1914 года 9 часов 57 мин по среднеевропейскому времени (меридиан Вены). Снято четырнадцать небольших плит в северной части крипты.

– 10 ч. 19 мин. Разобрано три слоя известняка, камни не тяжелые, работа трудностей не доставляет.

– 10 ч. 24 мин. Ойген сказал, что не видит опасности мистического характера, однако чувствует неясное беспокойство. Отступать поздно.

– 10 ч. 49 мин. В крипте образовалось отверстие размером примерно 1 фут на 1,3 фута. Послышался странный свистящий звук, будто изнутри выходил воздух, что не может быть возможным: камень пористый, между внутренней частью гробницы и свинцовым куполом воздух наверняка циркулировал. О герметичности не идет и речи. Мистер О’Донован сделал фотографические снимки с магниевой вспышкой.

– 10 ч. 55 мин. Посветили внутрь фонарем. Это невероятно! Среди груд мусора (скорее всего, истлевшее дерево и прочие нестойкие материалы!) заметили отчетливый золотой блеск и самое меньшее два скелета. Полагаю, это рабы или наложницы, погребенные вместе с вождем гуннов! Зафотографировать не получилось, чересчур узко для камеры.

– 11 ч. 03 мин. Решили приостановить разбор кладки из-за угрозы разрушения. Эту трудность придется решать отдельно. Несколько раз слышались непонятные звуки, объясняемые поручиком Львовым движением слоев воздуха.

* * *

– Мадемуазель Медковец! – Выбравшиеся из раскопа на свет божий отважные исследователи древности выглядели если не счастливо, то уж точно радостно. Джералд, накрепко привыкший в чужом окружении обращаться к Еве только по ее «болгарскому» имени, изменил обычной британской невозмутимости и нервно поднял голос. – Мадемуазель Медковец! Снаряжайте экипаж, надо ехать в город за покупками!

– Да что случилось, милорд? – не на шутку встревожилась Евангелина, ожидавшая, как и все прочие, результатов экспедиции в недра земли у входа в тоннель. – Вы встретились с… неожиданным?

– Да! – ответил за лорда Вулси Барков. – Вы у нас первейшая автомобилистка, хватайте за шиворот Прохора с мистером О‘Донованом и стрелой в Каменец! Нужен скрепляющий раствор, поручик вам объяснит, какой именно. Это нечто вроде пропитывающего старую кладку клея, он используется при реставрации зданий крепости Каменец-Подольского – найдете в здешнем археологическом обществе наверняка. Иначе придется заказывать в Одессе, а это потеря времени!

– Что там? – Монброн, которого очень не вовремя посетили неприятные воспоминания о кладе седого Рейна, теребил лацкан пиджака. – Что вы видели?

– Немногое, – отрезал Джералд. – Сокровища точно есть, куда ж без них? Внутри – богатое захоронение, подозреваю, двухуровневое. Черт побери, отчего я не уделял в Оксфорде должного внимания курсу археологии и доселе остаюсь любителем – не получил фундаментальных знаний! Но теперь жалеть не о чем… Давайте же поторопимся!

Экспедицию в Каменец снарядили мигом. Прохор переоделся в «городское» (в лагере он носил обычную гимнастерку без знаков различия, галифе с обмотками и военную бескозырку, чтобы не пачкать хорошую одежду), Тимоти взял использованные фотопластины, чтобы немедленно отпечатать карточки в мастерской «Гольц и Лисевич», Ева кликнула двоих саперов – залить в бак «Руссо-Балта» бензин из запасных емкостей.

Вырулили по полю к Усте, прокатили по единственной улице поселка, встретив военный фургон, сопровождаемый всадниками: как и было обещано, генерал-майор Верховцев сразу же отправил саперам Львова винтовки и запас патронов. Направились дальше, по ухабистому грунтовому шоссе вдоль обрывистого русла реки Смотрич.