Синдром отличницы - Елена Ромова

Мы бесцельно кружили по вечерним улицам Элентропа и до тех пор, пока я не потребовала привезти меня домой. Но прежде мы говорили, говорили и говорили.

Наверно, я в жизни своей столько не разговаривала.

— Так почему вы опоздали на конференцию?

— Задержали рейс. Но я правда хотел успеть, веришь?

— И зачем?

— Чтобы завалить тебя неудобными вопросами, разумеется. Зачем же еще мне ехать больше суток в такую дыру и видеть постные лица твоих коллег?

Раньше я, наверное, жутко бы обозлилась на него, быть может, даже вспылила, а теперь — не узнаю себя! — мне смешно. Он язвит, сыплет колкостями, но… как-то не по-настоящему.

— Возможно, вы хотели увидеть меня? — спрашиваю, аккуратно выводя кончиками пальцев узоры на своих коленях.

— Я хотел с тобой поговорить. Не по телефону, — ответил Такер. — И хочу, чтобы ты была предельно откровенна со мной, потому что я не люблю, когда мне лгут.

Вот оно как!

И почему мне кажется, что это как-то связано с Файмсом?

— Так, и в чем суть разговора?

— Начну с того, что я здесь только потому, что меня очень настойчиво попросили.

Черт… это разом уничтожило всю ту романтическую ерунду, которая кружила мне голову.

— Файмс Сайверс, — произнесла я, ощутив на себе испепеляющий взгляд Такера, — у него есть рычажки давления на всех, или мне только кажется?

— Думаешь, меня можно заставить делать что-то против воли? — вдруг усмехнулся Кей. — Да, он попросил поговорить с тобой, потому что его чертовски волнует его жизнь, а у меня до сих пор нет приличного техника. Но я не собираюсь уговаривать тебя вернуться… просто я хочу понять, каким образом тебе все это удалось? Ты отправляла Файмсу резюме, обивала его пороги, штурмовала его электронку?

— Вы бываете просто непрошибаемым, доктор, — выговорила я.

— Так что?

— Вы будете удивлены, но я не делала ровным счетом ничего, чтобы этот… человек обратил на меня внимание. Он, знаете ли, подумал, что я буду рада его предложению. Черта с два. Я не вернусь в Вейсмунд, даже если он, как и обещал, перекроет мой проект. Я лучше…

Вдруг на меня страшным образом накатила такая обида… такое чувство омерзения и отчаяния, что мой голос дрогнул. Все то время, что прошло с разговора до конференции, я старалась не думать о Файмсе, о том, что этот человек имел наглость шантажировать меня, что-то требовать…

— …я лучше дождусь, когда эта скотина сдохнет, чем… — не знаю, откуда во мне столько злости.

Зачем я говорю все это? Особенно Такеру…

Я вдруг замолчала, закусила губу.

Кей резко нажал на тормоз — посреди чертовой дороги! — и повернулся ко мне.

— Все настолько плохо? — его голос был серьезен. Никакой иронии!

— Вся эта конференция, эти люди, эти аплодисменты… — произнесла я, — все это — ничего не значит, потому что есть человек, который с легкостью меня уничтожит. Кто я буду тогда?

— Эй, Лессон, — Такер приподнял мой подбородок, — он тебе ничего не сделает.

— Кто может быть влиятельнее, чем председатель совета ММА?

— Я, кто же еще…

Я усмехнулась.

— Да?

— Да. Если я скажу, чтобы этот… человек забыл о твоем существовании, он забудет. И знаешь почему?

Кончики мужских пальцев скользнули по скуле, невесомо коснулись прядей моих волос.

Я молча ждала ответ, и Кей усмехнулся:

— Потому что он нуждается во мне больше, чем я в нем. Без меня Файмс Сайверс обречен.

— И что все это значит?

— Это значит, что он тебя больше не потревожит. Хочешь почувствовать себя руководителем проекта — потешься, Лессон, я разрешаю.

— Вы еще хуже, чем Сайверс… — ошарашенно произнесла я.

— Какой из них? Хотя — да… ничего с этим поделать уже нельзя.

Такер завел машину, а я все смотрела на него, не понимая — он сейчас что, помог мне? И снова я почувствовала, как после его слов ко мне вернулись силы, будто мне только и нужно вечно получать от него «затычки».

Полтора года прошло, а кажется, будто мы не виделись пару недель. Я чувствую все то же самое, что чувствовала, уезжая от него.

— Значит, ты решила поломать ДНК, Лессон… — заговорил Кей.

С ним мне не хочется говорить о работе. Странно, верно? И я решаюсь на провокацию:

— Вы можете кое-что прояснить, доктор?

— Надеюсь, это не касается механизма программирования клеток?

— Это касается вас.

— Меня?

— Лично вас.

Это совершенно не к месту, но Такер не удивился, лишь бросил на меня быстрый взгляд через зеркало.

— Хочешь поговорить обо мне? — будто не веря, снова спросил он.

— Да.

— Не лучшая тема для разговора.

— Возможно, но вы пропустили поворот, поэтому у нас есть время, пока вы будете делать круг.

— Отлично, — усмехнулся он. — И? Что тебя интересует?

— Почему вы развелись?

И снова он не был удивлен, по его лицу скользнула тень напряжения и тотчас исчезла.

— Из меня вышел плохой муж, — ответил Такер, — семья, пусть даже она и состоит из двоих, отнимала слишком много времени.

— Это ложь, — изрекла я после минутной паузы. — Вы развелись не из-за этого.

— Да ну? — а вот теперь Кей удивился.

— Вы просто слишком высокого мнения о себе, а в таком случае даже очень красивая женщина не будет для вас идеалом. Помимо внешности у нее должно быть что-то еще…

— Скажи, где повернуть, Лимма… — уклонился от ответа Кей, — я плохо знаю город.

— Дуплекс, Лессон? — Такер оглядел дом через лобовое стекло машины. — Вижу, в университете тебе платят больше, чем платил тебе я.

— Меня там и ценят больше.

Я смотрю на крыльцо своего дома, на смешные разноцветные ленточки, навешанные на кованых перилах. У моих соседей две дочери, которые на прошлой неделе в честь городского праздника разукрасили дом. А еще они принесли мне пирог, зная, что я живу одна и целыми днями пропадаю на работе. Черт побери, как же я прикипела к своему новому жилищу за эти полтора года! И не только к нему, но и к виду из окна, к парку, к маленькому ресторанчику неподалеку… ко всему Элентропу.