Пустая могила - Джонатан Страуд

Один беглый взгляд – и стало ясно, что этот коридор так же скудно освещен и так же тщательно убран, как и его собрат этажом выше. И точно так же пуст. Локвуд подошел к ближайшей от лестничной клетки двери, прислушался и нажал ручку. Дверь открылась, Локвуд заглянул внутрь, посветил фонариком и негромко присвистнул.

– Кажется, пришли, – прошептал он. – Это что-то вроде библиотеки.

Спустя пару секунд все мы уже были внутри и даже успели закрыть за собой дверь. Холли повела по сторонам лучом своего фонаря, и мы убедились, что оптимизм Локвуда был вполне оправданным. Перед нами была большая прямоугольная комната, расположенная вдоль внешней стены здания. Здесь было два высоких окна, сквозь которые виднелись особняки на противоположной стороне улицы, а вдоль окрашенных в темно-бордовый цвет стен тянулись ряды деревянных книжных полок, между которыми кое-где висели старые гравюры и географические карты. К нескольким тяжелым, дубовым, наверное, столам были придвинуты удобные кожаные кресла. На каждом столе стояла лампа для чтения с зеленым абажуром. На одном из столов стоял также бронзовый бюст какого-то сурового мужчины в очках-консервах. В углу комнаты внутри серебряной рамы висел прекрасный большой глобус, сделанный из бесчисленного множества кусочков разноцветной инкрустированной древесины.

– Она должна быть где-то здесь, – сказал Локвуд, осторожно поворачивая глобус. – Напоминаю, что нам нужна книга, которая называется «Оккультные теории». Давайте ее искать.

Холли поставила на стол зажженный фонарь, и мы разошлись по сторонам, чтобы начать рыться на полках.

Очень скоро выяснилось, что почти все книги здесь переплетены в черную кожу с вытисненной на передней стороне обложки эмблемой Общества – позолоченной арфой Орфея. Кроме того, на корешке было вытиснено имя автора, а сами книги расставлены в алфавитном порядке. Впрочем, пользы нам от этого было мало, поскольку автор «Оккультных теорий» официально считался неизвестным. Быстро бежали минуты. Мы продолжали поиски. Время от времени я подходила к двери и прислушивалась. Все было тихо.

Наконец Холли выхватила с висевшей возле окна полки тонкую книжечку и воскликнула:

– Есть! «Оккультные теории»! Это она!

Мы моментально собрались вокруг нее.

– Да, это она, – подтвердил Локвуд. – Отличная работа, Хол. Джордж будет на седьмом небе от счастья.

– Ему бы очень понравилась эта комната, – заметила я. – Здесь чертова прорва странных книг. Локвуд, взгляни хотя бы вот на эту: «Промежуточная картография Темного Лондона». Что бы могла означать эта ерунда, как ты думаешь?

– Не знаю, но…

– Вы ничего не слышите? – спросила вдруг Холли.

– А что тебе послышалось? – посмотрели мы на нее.

– Не знаю. Звякнуло где-то.

Ближе всех к двери была я. Подойдя, я осторожно открыла ее и выглянула в коридор. Все по-прежнему. Неяркий свет, мягкий ковер на полу и далекое тиканье часов – тик-так, тик-так…

– Череп? – спросила я.

– Ничего потустороннего. Все тихо. Удивительно тихо.

– Отлично.

– Не знаю. Я бы сказал, что это зловещая тишина…

Я вернулась в комнату и прикрыла за собой дверь.

– Нужно убираться отсюда, и как можно скорее.

– Конечно, – кивнул Локвуд. – Книгу будем изучать дома. Пойдемте.

Мы подняли с пола свои рюкзаки, молча и быстро осмотрели комнату, проверяя, все ли в порядке. Холли поправила глобус так, чтобы он занял свое прежнее положение.

– Лучше не оставлять следов, – улыбнулась она.

Мы собрались возле двери. Все, кроме Локвуда. Он стоял, уставившись на книжную полку перед ним. Затем стремительно протянул руку и что-то выхватил с нее. Это была тоненькая книжечка – в черном кожаном переплете, разумеется.

– Еще что-то, связанное с Мариссой? – спросила я.

– Нет… – Он повернул книжечку так, чтобы мы увидели вытисненное золотом слово «Локвуд» на ее корешке. – Помните, когда мы в прошлом году встречались с секретарем Общества, он сказал, что мои родители однажды выступали здесь с лекцией. По-моему, это стенограмма той самой лекции. Сейчас проверю.

Он раскрыл книжечку на первой странице, и в тот же миг раздался голос черепа:

– Я слышу шум.

– Шум? Где?

– Где-то в глубине дома. Но он приближается. Кто-то поднимается по лестнице.

– Локвуд, нужно срочно уходить.

– Да, конечно… – рассеянно ответил он, не двигаясь с места и не отрывая глаз от книжечки, которую держал в руке.

– Локвуд! – Я повысила голос. – Что с тобой? Очнись!

Он не ответил. Он не слышал меня. Выключился. Глаза застыли, уставившись в пустоту. Рот приоткрылся. Лицо стало странным, незнакомым.

– Уходим! – воскликнул Киппс, стоящий возле двери и прислушивающийся. – Тревога!

Теперь и я услышала странное постукивание и позвякивание, приближающееся со стороны лестницы.

– Гаси фонари! – скомандовала я, хватая Локвуда за руку. – Локвуд! Очнись! Уходим!

– Это их последняя лекция, – лишенным выражения голосом сказал он. – Последняя перед тем, как они умерли.

– Да-да, это потрясающе, – нетерпеливо сказала я. – Ты хочешь взять эту книжечку, так? Ну так забирай ее и пойдем!

– Но дата…

Все, мы опоздали. В коридоре послышался громкий стук, заставивший всех нас отпрянуть назад. Затем раздался отвратительный скрежет металла, от которого у меня волосы встали дыбом. В следующую секунду дверь, за которой мы стояли, с грохотом распахнулась, и на пороге появилась жуткая бесформенная фигура.