Голубка в Вороньем логе - Елена Соловьева

— Пожар! — воскликнул Корбл. — Как это возможно, мы всегда бережно обращались с огнем!

— Это месть Михея и его подручных, — вздрогнула Валерия. — Им не удалось поквитаться с ведьмой, и они решили сжечь весь Вороний лог. Надеюсь, все успели выбраться…

— В госпитале полно лежачих больных! — добавил Райнер. — Вперед, там может понадобиться наша помощь!

Рыцари пришпорили коней и во весь опор понеслись к месту трагедии.

Валерия

Мы явились как раз вовремя. Рассерженные жители поселка подожгли замок с прилегающими постройками, забаррикадировали ворота, ведущие во внутренний двор. Жителям Вороньего лога, кому посчастливилось избежать печальной участи, преградили путь к спасению товарищей. Михей лично руководил группой мужчин, охранявших «кострище».

Завидев отряд вооруженных рыцарей, они сбежали, побросав дубинки и ружья. Путь к спасению был открыт, но Корбл не хотел подвергать меня опасности. Ссадил с лошади и приказал:

— Иди к озеру с остальными женщинами, там самое безопасное место.

— Ни за что! — возразила я. — В безопасное место пойду, только вместе с Вереной.

Корбл не стал спорить, да на это и не осталось времени. Счет шел даже не на минуты, а на секунды. Проклятые рыцари так долго держали в страхе местное население, что и подумать не могли о поджоге.

А напрасно. Ни тебе пожарных гидрантов, ни даже песка, чтобы затушить огонь. А тот все буйствовал, завоевывая новые и новые части замка.

Рыйнер и Рыцари метнулись к госпиталю. Мы с Корблом, не сговариваясь, помчались к главному входу в замок. Он оказался забаррикадированным снаружи. Поджигатели постарались, чтобы из пламени никто не смог выбраться. Замок и госпиталь должны были стать погребальными кострами.

С помощью подручных средств Корбл сумел открыть центральные ворота. Освобожденные Джереон, Мод и Фреджа наглотались дыма, но были живы.

— Выходите, путь свободен! — позвал Корбл, вглядываясь внутрь.

Пламя добралось до кухни, охвалило лестницу на второй этаж.

— Где Верена?! — мы с Корблом закричали хором. — Почему ее нет с вами?!

— Когда пришли поджигатели, она испугалась и спряталась в любимой комнате матери, — всхлипнула Мод. — Мы не смогли туда добраться…

— Лестница для слуг! — вспомнила я. — Бежим, попробуем пробраться по ней.

Никогда в жизни я не бегала так быстро. Всюду пламя, мечутся люди, кричат. Но я словно отрезала от себя все остальное, оставила одну цель — добраться до племянницы и спасти.

Вместе с Корблом мы преодолели коридор, поднялись по лестнице. В этот момент деревянная стропилина рухнула, изглоданная огнем. Я успела проскочить. Корбл — нет.

— Беги к смотровой башне, — приказала я. — Если из замка нельзя выйти, придется прыгать.

— Очень высоко! — взревел Корбл.

— Мы справимся! — возразила я. — Найди широкое одеяло, ковер, да хоть что-нибудь. И помощника!

Побежала дальше, прикрывая нос. Слишком много дыма, он разъедал глаза, передвигаться приходилось по памяти. Но ни страха, ни сожаления, что сунулась в самое пламя, я не испытывала. Моя девочка там одна, ей больше некому помочь. Решетки очень плотные, даже маленькой девочке не вылезти. Остается одно — смотровая башня. Меньше всего мне хотелось побывать в том месте, где погибла Катерина. Но выбора мне, как всегда, не предоставили.

С бешено бьющимся сердцем вбежала в комнату для рукоделия. Верена сидела, забившись под стол, и прижимала к груди куклу.

— Девочка моя, иди сюда, — позвала я. — Замок горит, нам нужно выбираться.

— Мне страшно, — не своим голосом произнесла Верена.

Стараясь, чтобы движения не выглядели слишком резкими, я подошла к ней и протянула руки.

— Все будет хорошо, вот увидишь, — пообещала и попробовала улыбнуться. — Здесь я и твой папа. Твоя бабушка, дядя, слуги. Они все уже на улице, ждут тебя…

Верена попыталась подняться, но не смогла. От страха у нее подкашивались ноги. В широко распахнутых глазах застыл ужас.

— Я не могу идти… — прошептала она. — У меня нет сил…

— Ничего, возьму тебя на руки, — пообещала я.

Схватила с кровати покрывало, завернула в него племянницу. С головой, пусть лучше не видит, что творится вокруг, достаточно с нее испытаний.

Снова бег. Мимо библиотеки, вдоль длинного коридора. Поворот. Винтовая лестница, тысяча ступеней до самого верха.

— Где мы? — испуганно спросила Верена, высовывая нос из укрытия. — Это сторожевая башня? Зачем мы здесь?..

— Будем прыгать, — предупредила я. — Другого выхода нет.

Поставила Верену на землю, но она вцепилась в меня так, что не оторвать. Столько бед выпало на ее светлую головку, и нет им конца и края…

— Не буду, — захныкала племянница, уткнувшись лицом в мой живот. — И тебя не пущу. Не хочу, чтобы ты, как мама…

Как же теперь уговорить ее? Что придумать?

Я бросила взгляд на горящий замок — огонь подбирался все ближе. Внизу стояли Корбл и Мартин, держа наготове ковер. Остальные рыцари толпились возле госпиталя. Женщины не остались в стороне, помогали носить ведра с водой и песок. Огонь не затушить полностью, но вывести больных нужно как можно быстрее.

Стоило посмотреть с высоты, как тело начало трансформироваться. Как вовремя остановилось действие ведьминого зелья.

— Видишь, — сказала я Верене, — у меня есть крылья. Как жаль, что они так малы. Вот бы подхватить тебя на руки и вынести из огня. Но ты не бойся, я рядом. Прыгай и не смотри вниз.

Она потянула ручки и улыбнулась. Но буквально через секунду на ее милое личико словно набежала тень. Черты болезненно заострились, губы сложились в тонкую линию. На плечах и шее проявились темные перья.

Рассвет вступил в свои права. Проклятые стали обращаться, терзаясь от боли. Но даже измененный вид и собственные мучения не заставили их остановиться. Они по-прежнему спасали больных. Держа в крыльях, выносили их из огня и укладывали на траву возле госпиталя.

— Не-е-ет! — взревела я, глядя на племянницу.

Сможет ли прыгнуть в таком состоянии? Поймают ли ее Корбл и Райнер, ведь держать одеяло крыльями крайне сложно.

— Солнце, почему ты так жестоко?! — взревела я от бессильной ярости. — Почему хотя бы сейчас не можешь оставить их в покое? Рыцари давно расплатились за грехи предков, оставь же их в покое!..

Светило не расслышало голубку и не остановило свой утренний моцион. Какое дело солнцу до людей и их проблем?..

Я подлетела к Верене. Даже в образе черного ворона она оставалась милой и красивой девочкой. В окружении языков пламени она не смотрелась демоницей, скорее — невинной жертвой, которой уготована страшная участь.