Страсть и тьма - Александра Айви

— Да. При необходимости.

— А что ты делал, когда не находился при дворе?

— Я проводил время с разными вампирами, и время от времени меня призывали для участия в войне между кланами. Но обычно я удалялся в мою берлогу в Альпах, где наслаждался книгами и картинами, которые мне удалось собрать за многие годы.

Звучало замечательно! Уединенное убежище. Огромная библиотека. Прекрасные произведения искусства. И Цезарь! Причем в ее полном распоряжении.

— Тебе нравилось одиночество?

— Да, временами. Но я всегда понимал, что мне чего-то не хватало. — Он коснулся пальцами ее щеки. — Не хватало… частички меня самого.

— Скажи, а ты приводил женщин в свою берлогу?

Казалось, этот вопрос удивил Цезаря.

— Вампир никогда не разделит свою личную нору с другим или с другой. До тех пор, пока не встретит свою половину. — Он провел пальцами по ее губам. — Надеюсь, что однажды я приведу тебя туда.

Чуть отстранившись, Анна посмотрела на него с надеждой в глазах.

— А почему мы не можем отправиться туда прямо сейчас? Ведь если мы будем скрываться там достаточно долго, Моргана, возможно, забудет о предсказаниях своей ведьмы-прорицательницы.

Граф взглянул на нее, прищурившись, и его глаза потемнели.

— Откуда тебе известно о предсказании?

Анна тоже прищурилась и задала встречный вопрос:

— А ты откуда знаешь?

— Это было написано в одной из книг Ягра. — Он взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза. — Но ты не ответила на мой вопрос.

— Фея Клара проболталась, — сказала Анна.

— Клара?.. Объясни.

Анна тяжко вздохнула. Чем скорее она выбросит из головы воспоминания о Кларе и ее ужасной смерти, тем лучше.

— Фея сказала, что какая-то прорицательница утверждала, якобы потомок Артура явится из тьмы и отправит Моргану в ад.

Цезарь в задумчивости кивнул.

— Значит, Моргана считает, что этот потомок — ты?

Анна презрительно фыркнула.

— Для Морганы не имеет значения, я это или кто-то другой. Она задалась целью уничтожить всех потомков Артура. Только тогда она сможет чувствовать себя в безопасности.

Граф в ярости закричал:

— Она не прекратит это безумие, пока мы не одолеем ее!

Сообразив наконец, что ее мечте уединиться с Цезарем в отдаленной берлоге пока не суждено сбыться, Анна вздохнула. Он, конечно, был прав. Уж один-то урок она точно извлекла за последние несколько дней: ее безумная кузина ни за что не остановится.

— А тебе, случайно, не удалось найти в книгах Ягра какие-нибудь подсказки? Каким образом мы смогли бы ее одолеть? Может, с помощью какого-то секрета можно будет лишить Моргану силы или превратить ее в лягушку?

Граф даже не улыбнулся.

— Нет, я ничего не нашел. Но ты сумеешь ее победить.

Анна в изумлении пробормотала:

— Я?.. Что ты имеешь в виду?

— Да, Анна, ты. Более того, ты единственная, кто может убить ее.

Она криво усмехнулась.

— Семейное дело, да? Что ж, если так, то я обязательно сражусь с Морганой. Я обязана это сделать.

Цезарь нахмурился.

— Почему обязана?

— А если тебя будет преследовать какой-то безумный член вашего клана, — то разве ты станешь прятаться от него?

— Конечно, нет.

— Так почему же я должна поступать иначе? На скулах графа заходили желваки.

— Ты не воин, Анна. А я этому учился много лет.

— Зато я училась отстаивать свободу людей в зале суда. А там, могу тебя заверить, бывает столь же опасно, как и на поле битвы.

Это сравнение не развеселило вампира.

— Но судья не требует, чтобы ты использовала свои способности для убийства, верно?

Анна тоже нахмурилась. Проклятие, этот вампир совершенно ничего не понимает!

— Цезарь, но я ведь уже доказала, что готова убить, если это необходимо.

Он смотрел на нее долго и внимательно. Наконец кивнул и тихо сказал.

— Я начинаю понимать, почему судьба выбрала именно тебя, Анна Рэндал.