Трон великих Предков - Ellerillen

От этих мыслей становилось спокойнее, и тишина тёплым пушистым пологом опускалась на плечи.

Глава 8

В какой-то момент Шоуки поймал себя на мысли, что был бы не прочь набить кому-нибудь морду. Желание было странное и непривычное, и его появление молодой карит списал на нервы и стресс от творящегося вокруг непотребства. Но руки от этого чесаться не перестали, да и парни, кажется, что-то заподозрили, и начали ненавязчиво отжимать коллегу себе за спины.

— Нет, увы, у нас нет никакой возможности пропустить вас дальше, — невозмутимо и величественно, аки сошедшее на землю божество произнёс Таики. — Попробуйте поискать в другом месте, возможно, вы просто разминулись и какие-то дела перехватили его по пути сюда.

— Но нам точно сказали что юный господин направился именно в сторону этого павильона! — обаятельно надула губки милая леди со сложной причёской и совершенно очаровательными ресницами. Её спутницы защебетали, подтверждая слова подруги да обмахиваясь всполошено веерами из расписанного шёлка.

Найти того, кто по доброте душевной, или, скорее, непробудной глупости направил их сюда и набить морду!

— Возможно, вы ослышались. Или тот, кто направил вас сюда, не обладал всей полнотой информации и ошибся, — Ло чуть сместился вслед за тем, как сместилась молодая аристократка, пытаясь заглянуть ему за спину. Что она там пыталась рассмотреть - непонятно, двери резные, и уж точно не прозрачные.

— Может, мы заглянем одним глазком? Убедимся, что там пусто?

— Увы, это невозможно, драгоценная госпожа. Там проходит важное совещание, мы никак не можем пропустить вас.

— Но мы не станем тревожить уважаемых господ, мы просто посмотрим и уйдём! — с такой чистой, невинной непосредственностью захлопала глазами девушка, что кому-нибудь другому могло стать стыдно за своё упрямство!

Кому-нибудь, но не Таики.

— Нас особенно просили не пропускать никого, так что, увы, мы не можем ослушаться приказа! — молодой аристократ врал и не краснел.

— Но нам сказали, что он пошёл сюда…

В таком ключе разговор продолжался уже минут десять, фразы повторялись, девушки чирикали, поддерживая парламентёра, Амарими метался в панике за закрытыми дверьми, Шоуки зверел…

Только Алан, кажется, пил чай и продолжал изучать списки. По крайней мере, с места он не сдвигался.

Почти сразу после получения дурных вестей по всем Благословенным Землям были отправлены гонцы к главам кланов с приглашением принять участие в срочно собираемом конгрессе с целью обсуждения ситуации на севере. Предлог собрать глав в столице был более чем весомым, более того, по вине смут северного королевства подобные конгрессы уже собирались в былые времена. И, как водится в подобных случаях, те главы кланов, что обитали поближе к столице, прибывали первыми, со скромной свитой, и первыми же были представлены будущему Императору. Естественно, тайно, под клятву о молчании до срока.

Второй волной пошли главы кланов, что проживали подальше, и вот они уже не чурались привозить с собою наследников, дочерей, жён и много ещё кого, ибо когда ещё будет повод в столицу выбраться?

И вот эти самые дочери развязали натуральную охоту за младшим принцем, ибо к старшему, укрывшемуся за траурным одеянием, как за щитом, они либо не решались подступаться вовсе, либо не рисковали навязываться после первой же холодно брошенной им фразы.

И всё это на фоне натурального бардака, который тихо происходил во дворце - шла подготовка к конгрессу, готовили помещения для собраний, для ритуалов, для показательных боёв, для застолий, ибо такое событие просто нельзя было обставить в формате “пришли, поговорили, разошлись”. Так что слуги носились как угорелые… конечно, не на виду у гостей, а узкими переходами между некоторыми дворами, служебными помещениями и некоторыми подвалами, связанными в единую сеть старинными подземными галереями.

Параллельно же с этим другая категория слуг, самых верных и преданных, в тайне уже не только от гостей, но и от прочей обслуги, готовилась именно что к официальному оглашению вести о возвращении Императора. И делали своё дело хорошо - единственным видимым признаком их труда была замена выцветших флагов на новые, но да кто на такую рутину внимание обратит? Спишут на всё тот же конгресс.

Шоуки не особо вдавался в подробности их труда - чтобы не припрягли. Да и приглядывать нужно было за принцами - каждая встреча Алана с главой очередного клана, пусть наиболее преданного Империи, пусть даже Наместник ручался за этот клан, стоила Шоуки немалых нервов.

По идее, Тамай был рядом (снова ноя о разлуке с дорогой супругой), и вообще, не станут же недовольные таким поворотом с ходу пытаться убить наследника Императоров?

Но Шоуки всё равно было тревожно. А тут ещё… эти!

И ведь настырных молодых стервочек и пальцем не тронешь, и голос не дай Предки на них поднимешь - как отвадить таких от вожделённой цели?

— А вы точноне видели господина младшего принца? — продолжила наивно хлопать глазами заводила этой очаровательной шайки. А как играет-то, как играет! Можно и повестись, если не знать что этот разговор раз за разом повторяется и прокручивается уже… да сколько уже времени-то прошло?

— Мы видели его некоторое время назад, во время утренней тренировки, — сдержанно ответил Таики. — Он ушёл немного раньше нас ради встречи с достопочтенным учителем Саем, так что, возможно, если вы спросите у него или его слуг, то сможете достоверно узнать местонахождение нашего молодого господина.

— Но мыуже спрашивали у слуг! И нам сказали, что искать нужно здесь!

Вот найти того, кто им это сказал, и затолкать блудливый язык прямиком в самую…

Шоуки сбился с мысли и подрастерял всю злость, заметив, что Алан поднялся со своего места и подошёл вплотную к двери.

— Несчастный! Если ещё хоть раз я услышу от тебя подобное, — вдруг рявкнуло за дверью глубоким басом, подозрительно напоминающим голос господина Иташи Тооки, что славился своим буйным нравом, — то клянусь Предками, ты и твоя семейка пожалеете что появились на свет!

Молодые кариты от такого аж подпрыгнули, Кено едва не свалился со ступеньки, девушки ойкнули и сбились в кучку.

За дверью что-то залепетали дребезжащим тенорком, и следом раздался ещё один рявк:

— И не нокай мне тут!!! Тварь трусливая, презренный слизняк!

—