Правила большой игры - Алекс Орлов

Рене Базилевский сидел под широким зонтиком на причале и удил рыбу. День был жаркий, и хорошо шла марсийка – узкая, похожая на угря рыбка. Базилевский сам ее вялил, чтобы потом кушать, окуная в острый соус. Так ели вяленую рыбу у него на родине, там, где остались братья и мама.

Последние двадцать лет Рене находился в розыске, ему шили несколько убийств, похищение людей, пару махинаций. Приходилось залегать на дно и лежать не высовываясь, без гроша в кармане, без крыши над головой. Вместо тюрьмы государственной, где он мог получать питание и медицинское обслуживание, Рене обрек себя на жуткое существование в трущобах города на севере материка. Шахтеры там вешались от отчаяния, не в состоянии прокормить семьи, но и они казались Рене богачами, поскольку он сам существовал как уличный пес.

Помогла встреча с человеком, у которого с Рене оказались общие знакомые.

Базилевского взяли в дело, он показал себя с положительной стороны и остался в команде.

Долгое время он был рядовым членом банды. Когда такая жизнь наскучила, Рене набрался смелости и пришел к Большому Боссу, чтобы предложить семье новое дело – разделывать людей на «запчасти» и продавать в клиники. Ничего придумывать здесь не требовалось, рынок и услуги уже существовали – этим занимались нечистые на руку врачи, которые умело покрывали друг друга, становясь экспертами на возбуждаемых против них судебных процессах.

– А не боишься, что твой босс накажет тебя за то, что обратился через его голову? – с усмешкой спросил Большой Босс.

– Надоело бояться, сеньор. Испытайте меня, и я принесу вам настоящие деньги.

Базилевского испытали. Он с ходу обложил налогами самых заметных дельцов от медицины и принес деньги уже через месяц. Лучше изучив схемы денежных потоков, начал подминать под себя весь бизнес.

С тех пор минуло много лет, бизнес видоизменялся, и в конце концов Рене Базилевский оказался на этом острове, который ему очень нравился.

Сняв с крючка очередную марсийку, Базилевский бросил ее в ведерко и взглянул на часы. Пора было возвращаться в лагерь – его ожидали дела. Требовалось согласовать доставку очередной партии донорских органов.

– Люис, я ухожу! – крикнул Базилевский слуге.

Люис был несостоявшимся донором, у него нашли массу заболеваний, сделавших его совершенно бес перспективным для бизнеса. Для работы в шахте он тоже не годился, поэтому Базилевский решил его оста вить – ему как раз требовался слуга. Люис оказался исполнительным малым, и хозяин к нему привык, дав таким образом пропуск в мир живых.

– Подогнать машину или поедете на мотокике, сэр

– Пожалуй, на мотокике.

Рене обожал этот легкий вид транспорта. Сказать по правде, в машине у него сильно потела задница, что бы он ни подстилал – ничего не помогало. А мотокик – совсем другое дело. И ветерок обдувает, и задница в порядке.

Двухколесный друг завелся с полуоборота. Базилевский закрыл ведерко крышкой, повесил его на руль и отпустил сцепление.

Мотокик помчался по дороге, поднимая шлейф красноватой пыли.