Принца нет, я за него! - Кристина Юраш

– Так, кукла нежная Суок, подойди сюда, – как-то подозрительно ласково и даже, не побоюсь этого слова, нежно произнес Фей, с явным удовольствием расправляя ленточку на поясе. – Мне – красиво. А тебе нравится?

– Эм… Ну да, ничего так… Я похожа на принцессу из сказки, – осторожно ответила я, понимая, что это явно не мой стиль. – Вообще-то я редко ношу юбки и платья…

– Мышка, – сладко произнес крестный, привлекая меня к себе. – Когда я видел тебя на улице, я мысленно раздевал тебя взглядом, мысленно сваливал твое барахло в кучу и мысленно подносил зажигалку. Или ты рассчитывала на то, что твой принц, которого ты так ждала, тебя узнает по самым драным джинсам на остановке или по самым ярким кедам в автобусе?

– Ой, кто бы говорил. Сам как будто в бутиках одевался! – ехидно ответила я, присаживаясь на ручку кресла рядом с ним. – Повесил свой сюртук на спинку стула музыкант… Бе!

Толстый хозяин тем временем нервно ходил по магазину, поглядывая на часы. Он неустанно теребил в руках верхнюю пуговицу, а потом оторвал ее.

– Вам что-то еще надо? – спросил он срывающимся от волнения голосом. – Простите, но лавка закрывается! Мне через час нужно идти!

– Во дворец? – поинтересовался Фей. – Так мы вам на хвост упадем. Мы тоже очень хотим поучаствовать в конкурсе, так что будьте так любезны взять нас с собой. Нам как раз для полного счастья не хватало полкоролевства. Да, Мышка?

– Я вас умоляю! – скривился портной, бросая оторванную пуговицу на пол. – Какие полкоролевства? О чем вы? Развод для приезжих! Местные прекрасно знают, что никаких «полкоролевства» не будет! Раньше денежную награду объявляли, а теперь казна пустая, поэтому решили сделать вид, что «полкоролевстом» расплатятся! Так что забудьте о награде и езжайте домой.

– А вот теперь мне совсем интересно, что же здесь происходит? – спросила я, сидя на ручке кресла и опираясь локтем на плечо крестного.

– Сразу видно, что вы не местные. Наш король, – толстяк понизил голос до шепота, опасливо глядя в окно, – не в себе. Все началось с его увлечения одеждой. У него были костюмы на все случаи жизни. Народ быстро смекнул, что на этом можно неплохо подзаработать, поэтому тут же стал учиться шить, открыл лавки и мастерские. Дело прибыльное. Король щедро платил портным, все были счастливы. И тут с ним стало твориться что-то неладное. Вышли мы, значит, на праздничное шествие, чтобы поприветствовать короля, а он идет… совершенно голый, в сопровождении новых министров. За ним идут придворные и делают вид, что несут шлейф. Какой-то мальчишка возьми и крикни, что, мол, король – голый! Через минуту ребенка и его семью схватили. Повесили всех по подозрению в государственной измене. И после этого случая никто не осмелился заявить, что с королем не все в порядке, хотя это очевидно.

Я представила голого короля, гордо вышагивающего по улице. Старинные часы показывали полшестого. Король-нудист – это что-то новенькое. Зато сразу видно все королевское достоинство!

– Теперь я понимаю, что означает «прозрачность власти»! – усмехнулся Фей, проводя рукой по моей спине. – Раньше я думал, что «прозрачность» – это когда воруешь, а никто не видит… Вот как все просто, оказывается!

Владелец лавки полез в подсобку и достал оттуда пыльную коробку. Стоило ему открыть крышку, как изнутри вылетела жирная моль. Пухлыми дрожащими руками хозяин вынул старую линялую куртку, отряхнул от моли, сдохшей от переедания, и надел это позорище на себя, бросая свою нарядную одежду куда-то под прилавок. Куртка не сходилась, и бедняга завыл от отчаяния, пытаясь стянуть ее на груди. Фей щелкнул пальцами, и пуговицы тут же застегнулись.

Толстяк посмотрел на нас пристально.

– Вижу, что вы не простые ребята. Рассказывал мне один приезжий про девушку с котом, который умеет принимать человеческий облик. Парнишка вот с таким длинным носом. Я сразу подумал, что врет! Говорил, что он, дескать, принц и все такое, что девушка и кот – аферисты, которые отобрали у его родителей целое королевство, вышвырнули его – единственного наследника – на улицу, пригрозили убить… Он был здесь рано утром, по всем лавкам ходил, сказки плел. Я после его ухода недосчитался золотой брошки, а мой сосед – дорогих перчаток.

– Антино? – поинтересовалась я, рефлекторно поджимая пальцы ног.

– Да, еще та скотина, – вздохнул портной, надрывая правый рукав своей и без того нищенской одежды.

Следом за старой курткой хозяин натянул мешковатые, протертые штаны с пузырящимися коленями и нацепил на ноги рваные ботинки с пряжкой. Из дырок выглядывали пальцы. Хозяин лавки взъерошил себе волосы, размазал по лицу грязь и накинул на шею старый фартук, из кармана которого торчали ржавые ножницы. Для солидности он приколол иголку с длинной белой ниткой к лямке фартука.

Дверь лавки открылась, и на пороге появился какой-то бомж в фартуке. Переминаясь с ноги на ногу в стоптанных туфлях и поглаживая окладистую бороду, бомж спросил:

– Ты идешь, Просперо?

– Да-да, Гаспар, уже иду! Сейчас, лавку закрою! Так, деньги взял? Взял. Думаешь, Гаспар, пятидесяти золотых хватит? Ладно, скажу, что это все, что есть! – вздохнул хозяин, пересчитывая наличность. – Надо бы еще родственников приодеть… Они тоже хотят попасть во дворец. Так, девушка, снимайте свое нарядное платье! Я сейчас поищу для вас подходящее тряпье. И вы, молодой человек, тоже в таком виде не вздумайте появляться при дворе. Где-то у меня был старый сюртук… Сейчас посмотрю…

– Мы, пожалуй, останемся в своей одежде. Мы же не в налоговую идем, Мышка, декларацию сдавать о доходах? – Фей пощекотал мою ногу хвостом, коварно усмехаясь. – И не за пособием для малоимущих?