Написано кровью моего сердца. Книга 2. Кровь от крови моей - Диана Гэблдон

– Это же не его лодыжка, – с некоторым раздражением сказала она. – А я сейчас буду рада любой помощи.

Роджер кивнул, чем еще сильнее разозлил супругу, и доктор положил ее стопу на свое колено. Брианна схватилась за края стула, чтобы не потерять равновесие, и тогда Роджер опустился рядом с ней на колени и крепко обнял.

– Обопрись на меня, – прошептал он ей на ухо. – Просто дыши и смотри.

Брианна озадаченно глянула на Роджера, но он лишь коснулся губами ее уха и кивком показал на Макьюэна.

Доктор склонил голову над ногой Брианны, осторожно положив свои большие пальцы на подъем ее стопы. Сделал ими круговые движения, затем с силой нажал. Лодыжку пронзила острая боль, которая, впрочем, исчезла еще до того, как Брианна шумно выдохнула.

От рук Макьюэна исходило тепло, что странно, ведь он тоже опускал их в чан с холодной водой. Теперь он одной рукой взял ее за пятку, а большим и указательным пальцами стал легонько массировать опухшее место, давя все сильнее и сильнее. Ощущение было двоякое: одновременно болезненное и приятное.

Макьюэн поднял голову и улыбнулся Брианне.

– Нужно еще немного времени, – проговорил он. – Попробуйте расслабиться.

Брианна как раз была к этому готова. Впервые за последние сутки она не чувствовала голода. Впервые за несколько дней лед внутри ее начал оттаивать и впервые за многие месяцы ее покинул страх. Выдохнув, Бри откинула голову на плечо Роджера, а тот встал поудобнее, крепко обнимая супругу.

Из дальней комнаты, где домовладелица накормила их супом и хлебом, доносился голос Мэнди: она рассказывала Джему нескладную историю о приключениях Эсмеральды. Раз они в безопасности, можно отдаться простейшим радостям жизни – объятиям мужа и запаху его тела.

«Но сложенный хорошо человек выражен не только в лице, Он выражен в членах, суставах своих, изящно выражен в бедрах, запястьях…»

– Бри, – зашептал вскоре Роджер. – Бри, глянь.

Она открыла глаза и первым делом увидела его изящную ладонь и мускулистое предплечье, но затем перевела взгляд на свою ногу и изумилась. От пальцев исходило почти незаметное голубоватое сияние. Брианна поморгала и снова присмотрелась – не чудится ли ей? Роджер кивнул – значит, он тоже это видел.

Доктор Макьюэн почувствовал ее удивление и снова улыбнулся пациентке – с радостным видом. Он быстро посмотрел на Роджера, потом опять на Брианну.

– И ты тоже? – спросил он. – Я так и думал. – Доктор держал ее ногу до тех пор, пока Брианне не показалось, что пульс в его пальцах эхом отражается в костях ее стопы. После этого он аккуратно перевязал лодыжку и опустил ногу на пол. – Так лучше?

– Да, – слегка хрипло ответила Брианна. – Спасибо.

Ей хотелось задать доктору кучу вопросов, но он встал и накинул пальто.

– Вы меня очень обяжете, если на ночь останетесь здесь, – уверенно сказал Макьюэн, все еще улыбаясь. – Я посплю у кого-нибудь из друзей. – Глядя на Роджера, он приподнял шляпу, поклонился и вышел.

Брианна начала укладывать детей.

Неудивительно, что с Мэнди пришлось трудно: девочка не хотела спать в чужой кровати в чужой комнате, к тому же, по мнению Эсмеральды, тут странно пахло, а в огромном шкафу наверняка прятались водяные.

– Водяные живут в воде, глупышка, – сказал Джем, однако тоже с опаской посматривал на черную громадину с треснутой дверью. В итоге все они устроились на узкой кровати, и тесный физический контакт успокаивал родителей не меньше, чем детей.

Изнеможение теплым одеялом укутывало Брианну, затягивая в омут сна. А еще сильнее ее тянуло к Роджеру.

«В походке своей, в осанке, в гибкости стана, колен, – его не скрывает одежда…»

Брианна положила руку на спину Мэнди и чувствовала медленное биение сердца дочери, а Роджер подхватил Джема и переложил на еще одно лоскутное одеяло, которое хозяйка принесла вместе с супом.

«Сила и ловкость его пробивается сквозь все ткани…»

На Роджере были лишь рубашка и брюки из грубой домотканной материи – сняв последние, он с облегчением почесал пятую точку. Под длинной льняной рубахой виднелся изгиб ягодицы. Роджер подошел, чтобы поднять шумно дышавшую Мэнди, и улыбнулся Брианне.

– Оставим кровать детям, что скажешь? А нам можно соорудить постель из накидок – если они уже высохли – и одеял в кабинете. – Он подхватил дочь, будто кипу белья для стирки, чтобы Бри сумела вылезти из кровати. Брианна наконец-то смогла вдохнуть воздуха, а от движения мягкая ткань так заскользила по ее груди, что затвердели соски.

Она перевернула мокрые от пота простыни, Роджер положил детей обратно, и Брианна накрыла их и поцеловала, не забыв чмокнуть и куклу Эсмеральду, которую засунула Мэнди под руку. Роджер направился к закрытой двери кабинета и обернулся, с улыбкой глядя на Брианну. В свете очага она видела очертания его тела под рубашкой.

«Он идет, восхищая вас, словно поэма, иль даже больше…

Помедлив, взгляните вы на спину его, на затылок, лопатки…»

– Разделишь со мной постель, красавица? – тихо спросил Роджер, подавая руку Бри.

– Конечно, – ответила она и пошла за супругом.

***

По сравнению с душной спальней в кабинете было холодно, и Роджер с Брианной сразу прижались друг к другу жадными теплыми губами. Здесь огонь в камине давно потух, но разжигать его заново они не стали.

Роджер поцеловал ее, как только увидел на полу крепости; он схватил Брианну, прижал к себе так сильно, что едва не сломал ребра, и впился в губы крепким поцелуем. Она не возражала. Сейчас он действовал нежно, едва касаясь щетиной ее лица.

– Быстрее? – прошептал Роджер, целуя Бри. – Медленнее?

– Не важно, – пробормотала в ответ она и ухватилась за его ягодицы, чтобы удержать равновесие. – Лишь бы в горизонтальном положении. – Брианна стояла на одной ноге, а больную элегантно – как она надеялась – отставила назад. Благодаря доктору Макьюэну боль ослабла, но переносить вес на опухшую лодыжку она пока не могла.

Роджер засмеялся – тихонько, бросив виноватый взгляд на дверь спальни – и резко нагнулся, чтобы подхватить Брианну и отнести на импровизированную постель на полу у стола, где нашлось свободное место. Роджер наклонился, его спина захрустела, однако он мужественно стерпел боль и аккуратно опустил Бри на гору накидок.

– Осторожно! – с серьезным видом сказала Брианна. – Повредишь себе спину, и что тогда?

– Тогда ты будешь сверху, – ответил Роджер и провел рукой по ее бедру, задирая ночную рубашку. – А пока спина в порядке, ты внизу. – Он стащил с себя рубаху, раздвинул ноги Брианны и вошел в нее, издав стон глубокого удовлетворения.

– Надеюсь, скорость и правда была не важна, – шепнул Роджер ей на ухо через несколько минут.