Мрачные сказки братьев Гримм - Адам Гидвиц

Настал долгожданный день торжественного обеда.

– Думаю, мы поджарим её, добавим щепотку розмарина, посолим и поставим в разогретую печь на три-четыре часа, – сказала женщина. – За это время мясо станет мягким и легко отстанет от костей.

Она бросила Гензеля в подпол, где стояла огромная печь, и велела:

– Душенька, полезай-ка внутрь. Я разведу огонь, а ты мне скажешь, хорошо ли натоплено. Когда я почую аромат жареного, тогда и начну готовить твою сестрёнку. ― С этими словами она толкнула Гензеля прямо в печь и прикрыла за ним заслонку.

В печи становилось всё жарче и жарче, и на коже Гензеля проступили капли пота. Вскоре мальчик уловил вкусный аромат.

«Только не это! – подумал он и глубоко вздохнул. – Я запекаюсь! И пахну великолепно!»

Но на самом деле запекался не он, а остатки гусиной ножки в кармане штанов: во время ужина мальчик припрятал кусок мяса и забыл его съесть перед сном, а от высокой температуры гусиная кожа сморщилась. Женщина тоже уловила приятный запах. Она спустилась и приоткрыла заслонку.

– Ты уже запекаешься? – спросила та.

Гензель помотал головой и отщипнул ещё кусок гусиного мяса. Стряпуха нахмурилась и задвинула заслонку.

«Мне, наверное, следовало сказать, что да, – подумал мальчик. – Ну и ладно».

Гензель, продолжая потеть, доедал ножку. Вдруг он уловил новый аромат.

«Только не это! – подумал он и глубоко вздохнул. – Вот теперь я точно запекаюсь! И пахну великолепно!»

Но на самом деле запекался не он, а три кусочка бекона, запрятанные утром в носки. В печи было так жарко, что жир начал таять и шипеть. Женщина тоже уловила приятный запах. Она спустилась и приоткрыла заслонку.

– Ты уже запекаешься? – спросила та.

Гензель помотал головой и съел второй кусок бекона. Женщина нахмурилась и задвинула заслонку.

«Мне, наверное, следовало сказать, что да, – подумал мальчик. – Ну и ладно».

Гензель, продолжая потеть, расправился с беконом. Вдруг он уловил ещё один вкусный аромат.

«Только не это! – подумал он и глубоко вздохнул. – На этот раз точно запекаюсь я! И пахну великолепно, прямо как шоколадный пирог!»

Вот сейчас он не ошибся. Он на самом деле запекался. И пах как шоколадный пирог. Неудивительно, ведь он столько его слопал! Женщина почувствовала, что Гензель начал запекаться, спустилась и приоткрыла заслонку.

– Ну? Уже запекаешься?

– Не думаю, жара-то недостаточно, – покачал головой мальчик. – Это пахнет кусок пирога, который я припрятал в трусах.

– Жара недостаточно? – раздражённо повторила стряпуха. – Дай-ка я сама проверю!

Женщина отпихнула Гензеля с пути и полезла в печь.

– Как по мне, так тут невыносимо, – заключила она.

Пока тётка забиралась в печку, мальчик успел вылезти. Он обернулся: в громадной печи сидела раскрасневшаяся, злая женщина, покрытая каплями пота.

– Эй! Ты что делаешь? – завопила она.

В его затуманенном обжорством разуме про-мелькнула светлая мысль.

– Я спасаю себя и свою сестру от очередного ужасного родителя, – ответил мальчик, прикрыв печь заслонкой и заперев её на задвижку.

– Выпусти меня, ты! – заревела злодейка. – Глупый мальчишка, открой заслонку немедленно!

Гензель наблюдал за ней сквозь решётку заслонки. Женщина начала потеть ещё сильнее. Лицо её пылало.

– Умоляю! – вопила она. – Прости меня! Я хочу жить! Выпусти меня! Выпусти!

Лицо Гензеля смягчилось.

– Пожалуйста! Умоляю! Я же умру здесь! Сгорю заживо!

Гензелю стало жаль её, но выпускать стряпуху он и не думал. Он поднялся по лестнице и пошёл в заднюю часть дома, где увидел запертую в грязной комнате сестру.

– Хочешь чего-нибудь перекусить? – спросил он.

Гретель посмотрела на брата.

– Ужин в печи.

Но девочка не хотела есть.

К тому же Гензель просто шутил.

Конец

Итак, эта история не так уж и плоха. Нельзя допустить, чтобы люди не знали больше ничего о приключениях Гензеля и Гретель.

Ну ладно, ладно. Быть почти съеденным женщиной-каннибалом – плохо. Но по сравнению с тем, что ждёт нас впереди, это ещё цветочки.

Кстати, маленьким детям первая история про Гензеля и Гретель могла очень даже понравиться. Ну или они хотя бы дослушали её до конца, а не сбежали с дикими криками сломя голову.

На самом деле даже хорошо, что малыши слышали эту сказку (привет, малышня!). Но ведь самое ужасное только начинается. Поэтому отправь детвору к няньке, и мы приступим к следующей части одни.

Семь ласточек

Когда-то, давным-давно, в уютном домике в маленькой деревушке жил один человек. У него были любящая жена и семеро крепких ловких сыновей. Со стороны они казались вполне счастливой семьёй. В общем-то, так и было. Почти: отцу очень уж хотелось иметь дочку. Но после семи неудачных попыток зачать девочку он отказался от своей заветной мечты.

А теперь представь его изумление, когда однажды вечером к нему в дверь постучали мальчик и девочка. Они попросили приютить их и рассказали, как уже дважды сбегали из дома. Из первого они ушли, после того как собственные родители отрубили им головы, а хозяйка второго попыталась их съесть, поэтому им пришлось спасаться и от неё. Мужчина в ответ покивал так, словно эти двое были сумасшедшими.

Но вот они увидели маленький уютный домик в центре деревушки. В каждом его окне горели свечи. Казалось, ничего лучше и быть не может: ни замок, ни пряничный дом не сравнятся с этим тихим местом. А хозяева уж точно не обидят несчастных детей и, быть может, даже полюбят их. Потому мальчик и девочка решили остаться тут насовсем, если, конечно, их не прогонят.

Глава семейства был в восторге. Какая разница, правда ли им отрубили головы или нет! Затаив дыхание он впустил Гензеля и Гретель (это, разумеется, были наши герои) в дом и приказал жене приготовить для новых членов семьи ужин, а своих семерых сыновей отправил за водой.

– А кто будет мыться? – спросил старший.

– Ваши новые брат и сестра! – радостно воскликнул отец. – Живее!

Мальчики, конечно, очень удивились и смутились. Но они знали, что отца лучше не злить, и боялись вызвать его недовольство. Поэтому ребята молча взгромоздили на плечи деревянное корыто и побежали к колодцу.

Хозяйка поставила перед детьми на стол тарелку с варёным, с пылу с жару, мясом и картошкой.