Личная ведьма для инквизитора - Альма Либрем

Я подозрительно покосилась на Зигфрида. Мужем и женой? Эта птица что, вместе со своими перьями случайно подожгла и мозги? Потому что то, что он сейчас несет, больше похоже на бред сумасшедшего, чем на здравые речи фамилиара! И вообще, все нормальные фамилиары выступают в роли здравомыслящих существ, всегда помогающих своим подопечным, направляющих их на путь истинный. Мой Зигфрид, кажется, не то что направить кого-то куда-то — он даже с собой справиться-то толком не мог!

Мерзкая плешивая птичка!

— Я ему откажу, — твердо решила я. — Скажу, чтобы убирался вон из моего дома, иначе прокляну его… А когда этот досмотрщик государственный явится, как-нибудь буду разбираться с ним.

— И ты сможешь сказать ему это в глаза? — поинтересовался тут же Зигфрид. — Прямо в лицо? Серьезно?

Я нахмурилась. Ну да, сказать своей истинной паре, что я его в глаза видеть не хочу и пусть убирается из моего дома, будет не так уж и просто. Я вообще могу умолкнуть посреди слова, а потом броситься в его широко распахнутые объятия с надеждой, что меня сейчас приласкают и поцелует. А вот делать это мне бы совершенно не хотелось. Как-то настоящей ведьме не к лицу сдаваться чувству, в которое она даже толком не верит. Да и вообще…

— Ты бы проявила себя, как хорошая невеста, — тут же зачастил Зигфрид, воспользовавшийся моим молчанием и тем, что я вроде как не была настроена спорить — Пошла бы завтрак приготовила! Порадовала бы своего жениха вкусной пищей…

— Вкусной пищей? — изогнула брови я. — Что ж… Есть у меня одна идейка.

И я решительно выбралась из кровати.

Зигфрид, устроившийся на спинке стула, наблюдал за мною с повышенной подозрительностью. Судя по всему, ему совершенно не нравилась моя реакция. Мы с Зигом были знакомы, кажется, все мои неполные двадцать пять лет, и он прекрасно знал, как я выгляжу, когда замышляю какую-нибудь шалость. Наверное, как-нибудь так, как сейчас, потому что феникс распушил перья и настороженно следил за каждым моим движением, явно надеясь заметить, когда я вдруг вздумаю совершить непоправимую глупость.

Да вот прямо сейчас! Отравлю сейчас чем-нибудь этого горе-женишка… Но что тогда? Сама же и пострадаю от собственной глупости. Нет, действовать надо куда более тонко. Возможно, мне действительно будет выгоднее стать его фиктивной женой, но сначала надо испытать его нервы и понять, что за человек этот Людвиг.

И почему он, инквизитор, который, исходя из логики, должен ненавидеть меня и всё, что связано с ведьмами, удумал звать меня замуж. Даже ради наследства! Ведь с его стороны куда логичнее было бы пытаться отобрать у меня всё, а никак не предлагать сотрудничество.

Пусть это и может быть выгодно нам обоим.

Не позволяя себе передумать, я спешно привела себя в порядок и на несколько секунд застыла в гардеробной. Комната, оставшаяся ещё после покойного маркграфа фон Ройсса, была огромной и могла вмещать не один десяток нарядов, вот только заняла я от силы несколько вешалок да полок. Шкафы, сделанные из мореного дуба, пустовали, там, где прежде красовались роскошные пышные платья, теперь были мои, ведьминские. А какая ведьма по доброй воле позволит заковать себя в корсет, скажите на милость?! Мы — свободолюбивые, да и дышать, между прочим, хочется полной грудью.

Но я и не понимала прелести этой осиной талии. Что толку? У меня своя и так тонкая, а ещё больше затягивать её, мучить себя, прятать тело от посторонних взглядов… Какая разница, танцевать с женщиной в корсете или без него, если к ночи она, избавившись-таки от этого орудия пыток, будет думать только о том, как бы это отдышаться к следующему балу.

К тому же, выглядеть красоткой перед Людвигом у меня не было ни малейшего желания!

Уже почти приняв решение, я потянулась к серому домашнему платью, но сзади раздалось недовольное покашливание. Зиг завис прямо над моим плечом, в который раз пользуясь магией и нарушая все правила полета, и недовольно махнул головой в сторону черного, расшитого золотыми нитями платья. Да, несомненно, выглядело оно гораздо красивее, чем домашнее, но ведь и каким неудобным было! Эти длинные рукава наверняка окажутся прямо в тарелке, если я вздумаю что-то готовить! Да и вырез в нём достаточно глубокий и соблазнительный, совершенно не то, чего мне бы хотелось…

Но да пусть. Пусть будет!

— Вы будете такой чудесной парой! — поняв, что я всё-таки подчинилась, тут же закудахтал Зиг. — А какие будут детки! Мы с Бертой…

— Держи свой язык плотно спрятанным в клюве! — пригрозила я. — И если ты хоть что-нибудь скажешь Людвигу о…

— О том, что ты мечтаешь о нём? — заворковал Зигфрид. — О том, что ты хотела бы оказаться в его жарких объятиях и насладиться его обжигающими поцелуями? Ах, ты желаешь родить от него самых одаренных на свете детей…

— Я сказала, клюв закрой! — рявкнула я, зажигая на ладони огненный шар, готовясь вновь поджечь надоедливому фениксу перья. — То, что магия вздумала принять его за мою истинную пару, ещё ничего не значит! Но если ты кукарекнешь ему о том, что нас с ним связывает, я тебя самолично превращу в пепел! Причем в такой, из которого даже фениксы не восстанавливаются!

— Молчу-молчу. Клянусь! — пообещал мне Зиг, хотя прозвучало не слишком искренне. — Как пожелаешь. Всё равно же скоро будешь мечтать о том, чтобы… Ай-яй!

Несколько искринок запрыгало по шикарному огненному хвосту Зигфрида, и он взмыл почти под потолок, пытаясь в полете заодно сбить пламя. Я же довольно усмехнулась, наслаждаясь тем, как вопит птица. Нет, я своего фамилиара люблю, конечно же, но надо же иметь совесть! Хоть немножечко!

Да, я не могу выбрать себе истинную пару, но далеко не все ведьмы обретают свое счастье именно с истинными. Мало ли, какого козла магия может посоветовать!..

Вдохновившись тем, что огромное количество ведьм даже не встречают своего суженого-ряженого-предначертанного, я бодро направилась на кухню.

…Когда-то тут было целое море слуг. Огромное поместье фон Ройсса требовало, чтобы за ним постоянно наблюдали. Папенька был человеком богатым, и потому позволял себе содержать целый штат слуг, которые вечно драили, чистили, мыли, готовили…

Вот только вся эта прислуга разбежалась, когда отца сожгла инквизиция. Думали, что и они тоже получат, если вдруг кто прознает, что прислуживали колдуну, ещё и тому, которого убила инквизиция! И с дочерью-ведьмой они тоже бы сотрудничать не стали.

Но я и не нуждалась в посторонних. Мне нравилось то, что я могла спокойно запустить несколько заклинаний, в доме всё убиралось само. И еда тоже готовилась сама! Это с зельями так не поступишь, зельям нравится, когда ведьма или колдун принимают непосредственное участие в их создании. А вот с простой едой куда легче! Главное, чтобы были подходящие продукты, а остальное само приложится.

— Зиг! — окликнула я, зная, что фамилиар летит следом за мною в попытке проследить. — Ты знаешь, где наш будущий маркграф фон Ройсс поселился? Слетай-ка за ним. Пригласи на завтрак. Приготовлю чего-нибудь… вкусненького.