Всем, кому должна - прощаю - Настя Любимка

— Апчхи!

Чихнула от пыли. Провела по лицу рукой, нащупав какую-то ткань. Забарахталась, избавляясь от материи, которой была накрыта с головой. Первой мыслью было, что я очнулась в морге, настолько холодно было вокруг.

— Кхе-кхе! — закашлялась от клубов поднятой пыли, прогоняя их от лица рукой.

Села на ледяном каменном ложе, с удивлением осматриваясь.

Круглая комната, стены сложены из крупных серых каменных блоков. Дверей нет. Свет падает из узких окон-бойниц на высоте метра три от пола. Запрокинув голову вверх, увидела, что потолка нет, стены на высоте двадцати метров сужаются в точку. Как будто я внутри огромного конуса.

Ничего не понимаю! Где я? Как тут вообще оказалась?

В панике покрутила головой, но какого-либо входа нигде нет. Сынок живую мать запер в склепе? С него станется. Но такой огромный в высоту ещё нужно поискать. И как меня сюда засунули? Живой замуровали? Но к чему такие сложности? Вывез бы за город, яма в лесу и на похороны даже тратиться не надо. Он же в пылу ссоры как-то обещал закопать меня как собаку, когда умру. Большего не заслужила.

Я вскочила на ноги. На мне какая-то белая сорочка до пят с пышными рукавами. И всё, больше ничего. На каменном ложе лишь белая вуаль, которой была укрыта.

Бросилась к стене и заметалась по кругу ощупывая камни, ещё раз убеждаясь, что никаких скрытых дверей в них нет. Лишь ударившись пальцем ноги обо что-то, посмотрела вниз, обнаружив в полу квадратный люк, обитый железом и круглым массивным кольцом сбоку. Надо же, пропустила его, сосредоточив всё внимание на стенах.

Так, каким образом сюда попала стало ясно и я немного успокоилась. Главное — отсюда выбраться, пока я не околела от холода, а кто меня здесь запер — буду выяснять позднее.

Ухватившись за кольцо, потянула на себя, но лишь немного приподняла тяжёлую крышку. Не-е-т, поднять люк моих сил не хватит. Вернулась к ложу, взяв вуаль. Один конец привязала к кольцу и пошла с материей назад. Перекинув второй конец через ложе, плюхнулась на пол, упираясь ногами в камень, и потянула на себя, налегая всем своим весом.

Со скрипом люк поддался. Завязала свой край вуали узлом вокруг каменного края и пошла к открывшейся дыре в полу. Теперь уже было намного проще потянуть за кольцо, полностью откидывая крышку.

Морально я была готова к тому, что придётся прыгать, но, к счастью, вниз вели каменные ступени. Не медля, стала спускаться. Узкий спуск, рассчитанный на одного человека, спиралью уходил вниз. Свет падал из небольших квадратных окошек, что редко попадались на пути, в которые не пролезла бы даже моя голова. Из-за широких толстых стен в них мало что можно было разглядеть. Одно точно — сейчас на улице вечер.

Я ушла из дома поздним вечером, было темно, получается, где-то провела целые сутки. Как только концы не отдала на таком холоде? Босые пальцы ног заледенели. Кто же меня раздел и оставил здесь без одежды и обуви?

Спуск вниз казался бесконечным и каким-то нереальным. От движения по кругу мутилось в голове, а во рту было настолько сухо, словно я год не пила. Душу бы отдала за глоток воды!

Всё закончилось неожиданно. На очередном повороте я вышла в небольшой полутёмный коридор с дубовой дверью. Изнутри ни ручки, ни засова. Толкнула двумя руками дверь, проверяя на крепость, и сама удивилась, когда она открылась.

Я оказалась в каком-то пустынном каменном зале со спёртым воздухом, словно его давно не проветривали. Из него вело несколько дверей. Выбрала одну наобум. Меня ждал длинный коридор, за ним ещё один. Целый лабиринт.

Когда я натолкнулась на женщину, для меня это стало такой же неожиданностью, как и для неё.

— А-а-а! — заорала полная немолодая баба с одутловатым лицом и в старинной одежде.

Выронив поднос, на котором стоял кувшин с глиняными мисками, она попятилась с ужасом от меня, словно увидела привидение.

— Где я?

Признаю, голос звучал хрипло, хуже вороньего карканья, но не настолько плохо, чтобы ещё раз как не в себе орать и бежать от меня со всех ног. Я не успела и глазом моргнуть, как она скрылась от меня за поворотом, подвывая.

Подошла к разбитой посуде, от которой остались одни черепки. От кувшина воняло кислым вином. Подняла с пола металлический поднос, встряхнув от вина. Если что, пойдёт для защиты. Краем глаза зацепилась за своё отражение в нём. Не поверив глазам, взглянула внимательно и заорала не хуже убежавшей тётки.

На меня смотрела юная девушка. Кукольное лицо, алые пухлые губы, кошачий разрез глаз. Всё хорошо, но это было НЕ МОЁ лицо.

Я дотронулась до щеки, уголка глаз, заправила за ухо выпавшую из причёски прядь волос. Странно, хоть я и одета в одну рубашку, но на голове сложное сооружение. Локоны даже перевиты жемчугом.

На самом деле у меня давно уже короткая стрижка, и я не обратила внимание на то, что не вижу волосы. У этого же тела они длинные и красивого белого цвета. Я оттянула прядь, чтобы в этом убедиться. Отражение повторяло каждое моё движение.

Поднос выпал из рук с громким стуком. Попал на черепок от кувшина и рубашку обрызгало винной россыпью алых пятен. Но меня это не обеспокоило, хотя в прошлой жизни я бы точно стала переживать, как теперь пятна вывести. Задрав сорочку, убедилась в наличии пары молодых стройных ножек без следа варикоза. Ощупала тонкую талию. Оттянула ворот сорочки и посмотрела на упругую грудь с розовыми сосками.