Его непокорная пара - Ясмина Сапфир

Однако еще ни один мужчина так не подчинял себе мое тело. Оно буквально пело в руках Артара, выдавая желаемые музыканту ноты. Повинуясь каждому его касанию, каждому мимолетному жесту.

Это была не просто попса - скорее уж симфония.

Сладкое томление прокатилось по мышцам, тепло заструилось в низ живота и собралось там каскадами спазмов. Каждый нерв буквально искрил электричеством. Я трепетала и плавилась в руках вербера и ничего не могла с этим поделать.

А утробное рычание Артара, его горячее тело - такое мужское, каменное - совершенно сбивали с толку.

Касания были жадными, одновременно умелыми и хозяйскими. Словно я давно принадлежу этому мужчине. И Ревский весь дрожал от нетерпения.

Вот только то, что он сказал и то, что делал совсем не согласовывалось с моим разумом, моими принципами и моими желаниями.

Поэтому я попыталась отстраниться.

Как же! Держи карман шире! Проще было сдвинуть одну из скал, что окружали выход на море.

Я сжалась, замерла, судорожно пытаясь найти выход. А затем просто завизжала. Действие было глупым и нелепым. Я могла частично обратиться, чтобы заставить перевозбужденного оборотня прислушаться. Но вместо этого действовала как самая глупенькая из женщин. И как самая беззащитная...

Однако Артара неожиданно впечатлило.

Он отпустил, отступил и сквозь надсадные выдохи хрипло спросил:

- Ты чего? Я сделал больно?

Кхм. Вот уж не думала, что моим состоянием, мнением, желаниями вдруг кто -то поинтересуется в этом царстве шовинизма.

- Вы издеваетесь? - я отскочила от Артара как ошпаренная. Пьяная эйфория, которая охватила в его руках, резко схлынула. И я видела хищника, который нацелился на меня, как на добычу.

Артар непонимающе развел руками, предлагая мне объясниться.

- Я гражданка общемирового государства и подчиняюсь только главе всемирного клана нэнги и планетарным законам! Я ни разу не ваша! И не собираюсь становиться вашей лишь потому, что я ваша пара! К тому же, вы достаточно опытный оборотень, чтобы знать

- у женщин нэнги нет истинных!

Артара мой спич не впечатлил совершенно. Не удивил и не расстроил ни грамма. Он вскинул брови и усмехнулся:

- Не собираешься? - в его голосе звучало искреннее недоверие.

Но прежде чем я смогла понадеяться на хороший исход наших переговоров, мне отключили эту функцию напрочь:

- Так вот, Алия. Ты на моей территории. В связи с карантином, ты находишься в моем ведомстве. И ты живешь на территории моего клана. Поэтому здесь распоряжаюсь я.

- Я туристка. Я здесь не живу. Я вынуждена здесь оставаться, пока не откроют санитарные кордоны. - кажется, я перешла на высокие ноты.

Артар нахмурился, начал надвигаться, как нечто неотвратимое и несокрушимое. Я шарахнулась к окну и едва не вывалилась из него - настолько низким оказался подоконник.

Мощная рука Артара поймала меня и дернула. Я вновь впечаталась в каменный торс Ревского. Он прижал и сразу же отпустил. Но я успела понять - что мужчина не меньше заведен чем раньше.

- Послушайте. Я очень ценю ваше предложение. Но я не хочу становиться вашей женщиной. У нас ведь не средние века и я не рабыня. Должны же вы это понимать?

Мои аргументы Артару не нравились. Он все больше хмурился и поджимал чувственные, жестко очерченные губы.

Затем скрестил руки на груди и подпер плечом стену.

- Значит так. Либо ты становишься моей и живешь тут, в моем доме, как моя женщина, либо я выброшу тебя и твою подругу из отеля так быстро, что и пискнуть не успеете!

Он сказал это почти спокойно, но в голосе явственно слышалось рычание и одновременно металлические нотки. Я такого еще не встречала. Будто этот мужчина сделан из самого прочного сплава на земле, и одновременно - он самый мощный и дикий зверь среди оборотней.

Синие глаза Ревского лихорадочно сверкали и казались до ужаса мутными.

Он даже не двигался, но казалось заполнял собой все пространство. Я ощущала себя загнанной в угол.

Словно мне совсем некуда деться. Опасливо озиралась и не понимала - что можно вообще теперь предпринять.

Найти себе пещеру на берегу моря? А как мы с Людой будем готовить? Мы ведь и костер разводить не умеем! Не говоря уже о том, чтобы поймать рыбку...

Как мы станем опреснять воду?

Кто знает - станут ли нас обслуживать на территории Артара Ревского. В магазинах, в том числе.

Я захлебывалась от паники. А Ревский наблюдал, выпятив массивную челюсть и прикусывая губы.

И один его взгляд лишал сил сопротивляться, заставлял подчиниться, забирал уверенность в себе.

Эти синие глаза, словно полные чаши льда. Парализовали волю, пригвождали к месту. Артар не моргал. Только часто сглатывал, словно в горле у него вдруг пересохло.

И продолжал подавлять одним лишь своим присутствием.

Еще никогда я не чувствовала себя такой беспомощной... Такой... осажденной. Такой...

У меня просто слов не хватало, чтобы описать собственные ощущения.

Даже когда поняла, что я оборотень и меня вполне могут поймать люди. А потом. черт знает что они захотят со мной сделать. Исследовать как неведомую зверушку. В лучшем случае, если очень повезет. Даже тогда я не ощущала себя так.

Мысли метались от «надо срочно бежать» к «я должна дать ему отпор».

От «боже, как теперь быть?» к «я найду выход, главное успокоиться».

Внутри словно все переворачивалось. Паника давила на мышцы и психику так, что аурный зверь то и дело поднимал голову и словно собирался взлететь.

Когда я в последний раз так себя чувствовала?

Наверное, когда находилась на девятом этаже горящего здания университета. На восьмом этаже полыхает. Аж рыжие языки пламени с черной окантовкой то и дело стучатся в окна. Все помещения и коридоры наполняются дымом. Окна не открываются, так сделан корпус.

И непонятно: лучше ждать на месте, пока придут пожарные или бежать. Пытаться прорваться сквозь серую завесу дыма, сквозь удушливую вонь и гарь.

Стоп! Надо взять себя в руки. Он ведь вожак, «держатель» территории. Он же не совсем идиот! И вот тут я сделала то, что отчетливо показывало, что это я не совсем умная.

- По законам ВАО - всемирной ассоциации оборотней - я имею право обратиться к главе своего клана. Г енриху Залесному. А пока он не прибудет на место, и вы все не урегулируете, я имею дипломатический иммунитет! И могу жить там же, где и прежде!

Я выпалила это на едином дыхании. Ревский вначале поморщился, а затем отрывисто расхохотался.

- Хорошо! Пока ты свободна. Я сам свяжусь с Залесным и сообщу, когда он сможет сюда приехать. Но ты же понимаешь, я претендую на свою пару. Значит, крайним средством борьбы за нее станет поединок? Между мной и Залесным?