Сплетающий Души - Кэрол Берг

— Но что касается чародейства…

— Он по-прежнему не желает это обсуждать, и я не замечала никаких свидетельств тому, что он пробовал колдовать.

Кейрон снова остановился, прислонившись спиной к кирпичной стене, и в сомнении покачал головой.

— Похоже, он считает, что может отказаться от этого. Не думает ли он?.. Ему шестнадцать; в любой момент он может обрести свой истинный дар, и тогда это воздержание станет для него крайне тяжелым…

— … как и все прочие капризы природы между двенадцатью и восемнадцатью годами, — закончила за него я.

Кейрон печально усмехнулся.

— Жизнь кажется такой сумбурной, когда ты на самой ее середине.

— Он так вырос — ты не поверишь. Он почти такой же высокий, как Кей… ты… был раньше. — Я едва не прикусила язык.

«Проклятье, это ж надо быть такой дурой!»

— Ты имела в виду, настоящий я.

Вот она — фальшивая нота, прокрадывающаяся в гармонию времени, проведенного вместе. Отчего я не могла смириться с переменой в нем? Во всем хоть сколь-нибудь значимом он оставался тем, за кого я вышла замуж. Я не могла винить его за след печали и горечи, надолго задержавшихся после его слов. И все же сам этот ответ воплотил в себе тонкое различие, так беспокоящее меня. Печаль была свойственна Кейрону. Горечь — никогда.

Я попыталась прогнать эти мысли прочь. Как я смею сожалеть о чем-либо, когда он со мной?

— Первый ты, — сказала я, не в силах взглянуть ему в глаза.

Он мягко взял меня за руку, поцеловал ее и прижал ко лбу в жесте любви, принятом не в волшебном мире дар'нети, но здесь, в куртуазном Валлеоре, стране его юности в человеческом мире. Мы развернулись и пошли обратно к дому, позволив уютной близости сгладить неловкость. Но беспокойство не прошло. Когда бы мы смогли хотя бы изучить подобные отличия, если у нас не было на это времени? Всякий раз повторялось одно и то же. Едва мы начинали заново знакомиться друг с другом и обсуждать вопросы, требующие ответов, ему приходилось покидать нас.

— Прости меня, Сейри. Скоро… Обещаю тебе…

Кейрон никогда не пользовался своей силой, чтобы без позволения читать мои мысли. Но обычно ему и не было этого нужно. Кажется, я совершенно не умею скрывать свои чувства.

Несмотря на досаду, я не могла отпустить Кейрона обратно в Авонар отягощенным моими обидами. Я взяла его за руку, поцеловала ее, прижала ко лбу, пытаясь впитать его ощущение… его запах… его суть. Потом кивнула на кухонную дверь.

— Повидаешься с Гериком, прежде чем уйдешь?

Забота о сыне была тем вопросом, по которому наши мнения не расходились никогда.

— Если он сам хочет. Полагаю, ему не стало со мной проще.

— Верно, ты не возглавляешь список тем, которые он обсуждает. Но не далее как вчера он спрашивал, когда ты учился здесь в Вердильоне.

— Он так мало говорит, когда мы вместе. Я не понимаю, что он чувствует. Мне не хочется давить на него, но теперь, когда Круг завершен, Маркус и остальные — на месте в Зев'На, а Джарета принесла такие новости… Я дам ей две недели на то, чтобы завершить работу, а потом вышлю разведчиков за последними донесениями с границ. Вот почему я хотел прийти сюда именно сегодня. Как только мы замкнем Круг, я не смогу отлучиться, пока мы не дождемся реакции лордов. Если со мной что-нибудь случится… Мне так много надо рассказать ему, все то, что я узнал об этом странном мире, которым ему суждено править. Нам необходимо двигаться дальше. Если только он захочет говорить со мной, дай мне знак, что он готов слушать.

— Не беспокойся. Он держится замкнуто со всеми нами. Просто с тобой ему нужно больше времени — чтобы узнать, насколько ты отличаешься от того, каким ему описывали тебя лорды. Доверие приходит только со временем и опытом.

Кейрон вернул Герику человеческое зрение, вернул нашего сына к смертной жизни, сделав все, что было в его силах, чтобы залечить раны детства, прожитого в страхе, одиночестве, жестокости и кровопролитии. Но даже благословенная магия Кейрона не могла исцелить мальчика от самой тяжкой раны. Еще ребенком, живя в доме моего брата, Герик замкнулся в себе, поскольку он мог делать то, что в нашем мире называется «гнусным колдовством». И когда лорды похитили его и увезли в Зев'На, они воспитывали и поощряли в нем убежденность, что и сам он — зло, что это неотвратимо, как судьба и магическая сила. К тому времени, как Герик осознал их обман, его уже настолько затянули их ненависть и подозрительность, что он едва ли понимал, как можно жить иначе. И первым, последним и самым стойким уроком лордов стало недоверие к отцу.

Мы нашли Герика в библиотеке, он взгромоздился на спинку кресла и читал книгу. Герик не выказал ни малейшего удивления. Должно быть, он заметил нас с Кейроном в окно.

— Государь.

Герик, лишь немногим выше среднего роста в свои шестнадцать, отложил книгу, спрыгнул на пол и формально поклонился Кейрону.

Кейрон ответил на его поклон и шагнул ближе, улыбнувшись и положив руку ему на плечо.

— Ты изрядно вырос за эти месяцы, Герик. Наверное, Тенни и твоей матушке не напастись на тебя одежды с обувью?

— Мне много не нужно, — ответил Герик. Серьезный. Безучастный. Словно рука Кейрона — это лишь случайный листок, упавший на его рубашку.

— Надолго ли вы сможете задержаться?

Рука Кейрона упала вдоль тела.

— К сожалению, ненадолго. Совсем чуть-чуть. Я хотел бы рассказать тебе… Ты не против немного пройтись?

— Конечно.

Я смотрела, как они в сумерках бредут по саду: один — высокий, широкоплечий, другой — стройный, жилистый, оба — сцепившие руки за спиной. В их краткие встречи Кейрон пытался объяснить Герику разом и историю, и нынешнюю политическую ситуацию своего королевства. Тот слушал, но, как и во многих других случаях, своего мнения не высказывал и не позволял втянуть себя в разговор. Скоро, слишком скоро они уже входили обратно в библиотеку.

— Сейри, любовь моя, мне пора, — глаза Кейрона необычайно сияли, — но мои планы слегка изменились. Я возьму Герика с собой.

От неожиданности у меня перехватило дыхание.

— Через Мост. Ты уверен? Разве он?..

Я переводила взгляд с одного на другого. На лице Герика не было и следа неописуемого восторга и радости, испытываемых Кейроном, только та же рассудительная сдержанность, как и во время всех предыдущих визитов отца.

— Герик, неужели ты уже готов к этому? Разве прошло достаточно времени? Пересечь… отправиться в Авонар… такой далекий путь…

И так близко к Зев'На.

— Учитывая все, что происходит сейчас в Авонаре, думаю, время как раз подходящее, — ответил он. — Со мной все будет в порядке.

Это неопределенное заверение ничуть не умерило моего беспокойства.