Хозяин Пророчества - Николай Бородин

— Выходи давай!

Щиты спереди зашевелились, пропуская наугера.

— Руки поднять?

— Можешь просто за голову заложить. И кланяться не забывай.

— Да ты вконец оррытел, человечишко, — со смешком ругнулся обычно сдержанный наугер. — Не много на себя берешь?

— Пока не раздавило. — Оцелот, посмеиваясь в тон, двинулся гному навстречу. Обниматься для чародеев в силу разницы в росте было делом бессмысленным, а вот пожать друг другу руки они могли, что и сделали. — Привет тебе, наугер.

— И ты здрав буди, волшебник. — Кьяр точно знал, что его брат увязался с ним, а потому, даже не оборачиваясь, ткнул рукой за спину. — Знакомьтесь — мой брат Снор, сильнейший ярл клана Штройн. Радимир Оцелот — уж не знаю, какие там у тебя титулы…

— Никаких не надо. — Архимаг ослепительно оскалился. — Просто Оцелот. Как показывает практика, меня обычно и так узнают.

Наугер с усмешкой покачал головой — ну и самомнение у мага. Впрочем, Радимир действительно имел на это право. Обычно никому не требовалось объяснять, кто такой Оцелот. Однако…

— Иногда уточняют: «Что, тот самый?» — не менее ослепительно оскалился в ответ наугер. — Видимо, есть с кем сравнивать…

В конце концов, надо же было срезать этого заносчивого гнома. Оцелот, приподняв бровь, посмотрел на него так, как будто впервые его увидел. Через пару секунд оба разом расхохотались.

— Вашу мать, — вежливо напомнил о себе Снор. — Ррыт знает, что вы там мелете и какие у вас заумные шуточки, но тут вообще-то сражение идет!

Как раз в это время зары, перегруппировавшись, надвигались на гномий панцирь несколькими отрядами. Все они были небольшими, по полсотни бестий от силы, но во главе каждого стоял либо достаточно сильный вождь, либо говорящий с духами, способный объединить вокруг себя соплеменников и бросить их в бой. В центре одного отряда виднелся даже целый аптар, принадлежащий достаточно сильному шаману. По крайней мере, он уже призвал достаточно сильную пылевую бурю и теперь был готов бросить ее в атаку.

Оцелот, тяжко вздохнув, щелкнул пальцами и отправил ящерам гостинец в виде огненного шара размером с дом. Пламенный сгусток, прошив пылевую защиту, словно гнилую дерюгу, обратил говорящего с духами вместе с его ездовой зверюгой в пепел, пролетел чуть дальше и с грохотом взорвался, раскидывая бестий в стороны.

Кьяр озабоченно цокнул языком:

— У нас в крепости почти голод, максимально урезаны порции. А ты сжег такое количество мяса, которым можно было накормить сотню гномов. Кстати, ты ж молнии вроде больше любишь?

— Я еще и разнообразие люблю. — Оцелот подмигнул наугеру. — А зары жесткие и невкусные, могу поручиться.

Снор, досадливо крякнув, махнул рукой и развернулся, чтобы вернуться к своему панцирю. Похоже, эти два придурка-чародея нашли друг друга и могут бесконечно точить лясы, изредка постреливая по врагам магией и перекидываясь дурацкими шуточками. А между тем надо было и дело делать. Бой сам себя не выиграет, в этом ярл был уверен на все сто процентов.

— Уважаемый ярл…

Гном остановился. Даже по голосу мага было понятно, что сейчас он не собирается шутить.

— Я хочу попросить об услуге. — Оцелот посмотрел сначала на ярла, потом на наугера. Гномы тоже переглянулись. — Мне нужно спрятать двух… личностей. Я приму меры, чтобы их никто не искал.

— Маловато будет. — Снор нахмурился. — Что за личности? Насколько я понимаю, это необязательно люди?

Радимир взмахнул руками, испепелив еще два слишком близко подобравшихся отряда заров, а затем напоказ усмехнулся. Похоже, первое впечатление было обманчиво: ярл не был настолько недалеким, каким казался — или хотел казаться?

— Отчасти ты прав, уважаемый ярл. Тем не менее я повторяю свою просьбу.

— Все не так просто. — Снор поиграл желваками, прежде чем продолжить. — Я знаю, что ты привел за собой определенных бестий. Очевидно, они сражаются с ящерами по твоему указанию. — Оцелот поднял брови. — Незачем разыгрывать удивление. Я принял это. Но сейчас нет времени принимать серьезные решения. Идет бой. Решим так: перенеси тех, кого хочешь спрятать, в скрытые помещения Каменного Кулака. Мой брат покажет тебе, где это. Вечером, после победы, мы решим все окончательно.

Кьяр кивнул, поддерживая брата.

— Прекрасно. — Оцелот склонил голову в знак согласия. Снор посмотрел на наугера. Тот покачал головой:

— Ты иди, а я останусь. Мы тут немного повоюем вдвоем.

— Как знаешь.

Ярл развернулся и потопал к своему панцирю. Один из щитов, словно дверка, приоткрылся, пропуская гнома внутрь. Затем панцирь встряхнулся, пару раз прогрелся нарастающими по громкости боевыми кличами и рванул с места навстречу бестиям.

Наугер и маг проводили строй взглядами, затем огляделись вокруг. До ворот Каменного Кулака было почти полверсты, сами створки уже давно закрылись, пропустив всех желающих сражаться. Силы гарнизона — гномы на север, люди на юг — расползались от крепости, медленно тесня заров. Впрочем, это было не так уж и легко — ящеры явно собирались умереть сражаясь, а не убегая, и сопротивлялись натиску гномов изо всех сил. Фактически отрад Снора прорвался дальше всех, остальные не могли похвастаться такими же успехами.

Два чародея сейчас стояли где-то посередине между двумя разошедшимися вылазками защитников крепости. Кольцо осады, можно сказать, уже было практически прорвано. Так получилось, что у них под ногами оказался небольшой холмик, обозревать с которого окрестности было очень удобно. Была видна даже далекая линия схватки между зарами и кирссами, что пролегла в паре верст к востоку. Именно там было жарче всего. На стороне кирссов была вера в собственную победу, которая казалась решенным делом после поединка верховных вождей.

Но заров было больше. Они смогли преодолеть панику и осознать свое количественное преимущество. Конечно, говорить о победе им было очень рано, но шансы на успех, пусть и небольшие, словно давали им новые силы.

«Думаю, нам пора вмешаться». — Кьяр посмотрел на Оцелота, вопросительно приподняв бровь. Два чародея, оставшись наедине, тут же перешли на гораздо более удобную для них мысленную речь.

«Конечно. Но сначала, если ты не возражаешь, я бы хотел позаботиться о тех, кого я хочу укрыть у вас».

«Не имею ничего против. Главное, не тяни время попусту. — Наугер задумчиво почесал бороду. Ему очень и очень хотелось задать один вопрос… С другой стороны, попытка не пытка. — Оцелот?»

«Что?»

Кьяр поперхнулся.

Потому что он обратился к Оцелоту пусть и мысленно, но не как маг. А как пророк.

Чародей, видя замешательство наугера, как можно спокойнее прокомментировал:

«Ну хорошо, теперь мы оба знаем. А поговорить успеем и потом».

«Верно. — Гном взял себя в руки и ухмыльнулся: — Иди спасай детей Пророчества».