Трон тени - Джанго Векслер

— Тогда, разумеется, вы должны провести операцию, — сказал полковник. Вам потребуется какая–нибудь помощь?

— Все не так просто, — отозвался Индергаст. — Его величество уже не молод, а кроме того, сильно изнурен этой опухолью. Есть вероятность — и, боюсь, весьма значительная, — что он может не выдержать самой операции или же у него не хватит сил после нее восстановиться.

Наступило долгое молчание. Торан кашлянул.

— Что ж, — сказал он, — все предельно ясно. Если короля оперировать, он может выжить. Если нет — он совершенно точно умрет. Быть может, лучше рискнуть?

Его величество выразил свое мнение об операции? — спросил Янус.

— К сожалению, — ответил Индергаст, — он уже некоторое время пребывает в бессознательном состоянии. Я ждал, насколько хватало смелости, надеясь испросить его решения, но сейчас полагаю, что очнется он только после операции — если вообще очнется. Поэтому, милорды, я пришел за решением к вам.

— Его величество никогда не соглашался пустить дело на самотек, если была хоть малейшая возможность его исправить, — торжественно заявил Торан. — Он непременно захотел бы рискнуть!

— Я согласен с министром военных дел. — Янус покосился на Грига. Тот отрывисто кивнул. — Отлично. Приступайте к операции, профессор. Всем сердцем желаю вам успеха.

— Благодарю, милорд, — отозвался Индергаст. — Как я уже сказал, шансы невелики, но, если мы сохраним веру в лучшее, господь, быть может, смилостивится.

— И вот что, профессор, — продолжал Янус. — Положение в столице сейчас весьма непростое. Я настаиваю, чтобы эта новость осталась между нами и чтобы ни одна живая душа не покидала королевских покоев после начала операции.

— О да! — пылко согласился Григ. — Только нелепых слухов нам сейчас и недоставало.

— Понимаю, — сказал Индергаст. — Я начну приготовления.

Заметно хромая, старик направился к выходу, и министры проводили его взглядами. Когда дверь закрылась, Торан проговорил:

Принцессу, по крайней мере, следует известить. И подготовиться, просто на всякий случай.

— Не глупите! — буркнул Григ. — Думаете, если мы примемся натирать лаком катафалк, это не вызовет никаких слухов?

— Но ведь есть же правила приличия, сострадание и прочее. Она имеет право знать, что может произойти с ее отцом.

— Согласен, — подхватил Янус. — Однако это нельзя поручать слугам. Милорд Торан, не будете ли вы так любезны лично посетить ее высочество? И внушить ей крайнюю необходимость строжайшей секретности.

— А? — Торан пожал плечами. — Почему бы и нет. Как скажете.

— В таком случае, — продолжил Янус, — предлагаю разойтись. Уверен, что всем нам, как выразился его светлость, необходимо кое о чем распорядиться.

Маркус помалкивал, пока они не вышли из дворца и не двинулись неспешным шагом по парковым лужайкам — в неизменном сопровождении деликатно отставших на шаг миерантайских телохранителей Януса. Наконец, не выдержав, Маркус наклонился к полковнику и прошептал:

— Вы уверены?

— В чем?

— Орланко может быть прав. Я знаю город хуже, чем он, но арест Дантона и впрямь может кончиться бедой.

Вполне вероятно. — Янус быстро взглянул на капитана. — Мы живем в опасные времена. Боюсь, я сейчас требую от вас слишком многого.

Маркус выпрямился и расправил плечи:

— Сэр, я сделаю все, что в моих силах!

— Знаю, — сказал Янус, — и, поверьте, безмерно вам благодарен. Если же порой вы понимаете не все, что происходит вокруг… — Знакомая улыбка промелькнула на его губах и в тот же миг исчезла, словно вспышка молнии. — Рано или поздно всем нам приходится что–то принимать на веру.

* * *

— Сэр? — безо всякого выражения произнес Гифорт, стоя навытяжку перед рабочим столом Маркуса.

Капитан задумчиво разглядывал его, изо всех сил стараясь не допустить и следа подозрительности во взгляде. Впрочем, он сомневался, что вице–капитан сейчас был бы способен заметить что–то неладное. Гифорт явно боролся с неким сильным чувством, и каменная маска, которую обыкновенно являло собой его лицо, уже давала первые трещины.

— Да, вице–капитан, вслух отозвался Маркус. — Вы хотите что–то сказать касательно полученного приказа?

Гифорт обеими руками ухватился за предложение высказаться, и слова вырвались из его рта, словно струйка пара из кипящего чайника:

— Да, сэр! Это ошибка, сэр. Смертельная ошибка!

— Приказ отдан самим министром, — заметил Маркус.

— Быть может, министр еще не до конца уяснил обстановку, — упорствовал вице–капитан. — Если бы он поговорил со мной…

— Министр крайне занят, — отрезал Маркус. — И я полагаю, что он понимает гораздо больше, чем вы думаете. Таков его приказ, и мы его выполним.

— Если мы арестуем Дантона, город взорвется. У нас не хватит людей, чтобы сохранить порядок на улицах.

— Полагаю, министр об этом знает.

— Тогда почему вы не поговорите с ним?

— Я высказал ему свое мнение. — Маркус покачал головой. — Он ответил, что мне надо иметь веру.

— Веру, сэр?

— Он любит шутить.

Маркус вздохнул:

— Послушайте, вице–капитан. У нас нет выбора. Возьмите людей и снаряжение, какое понадобится, и приложите все усилия, чтобы обеспечить их безопасность, — но Дантон должен оказаться за решеткой, и чем скорее, тем лучше. Вам ясно?

— Так точно, сэр! — Гифорт откозырял по–уставному безупречно. — Разрешите идти, сэр? Мне нужно кое о чем распорядиться.

— Пришлите донесение, когда он будет взят под стражу.

Гифорт вновь козырнул и вышел из кабинета. Маркус откинулся на спинку кресла и потер лоб.

«Все было бы гораздо проще, если бы я мог ему доверять».

Гифорт — опытный и добросовестный офицер. Но, копаясь в папках, которые принес Эйзен, Маркус обнаружил по меньшей мере неявный след того, что искал. Другие происшествия, другие «несчастные случаи», что расследовались жандармерией лишь формально. Ничем не примечательные случаи — в городе такое происходит каждый день, — но всякий раз, когда ведущий следствие жандарм пытался копнуть поглубже, его усилия завершались невзрачной папкой на рабочем столе Гифорта. Насколько мог понять Маркус, никто из предыдущих капитанов этого даже не заметил.

И сейчас, не желая арестовывать Дантона, на самом ли деле он опасается вспышки беспорядков? Или же кто–то невидимый подталкивает его в другом направлении?

С минуту Маркус бездумно постукивал пальцем по столу. Затем тряхнул головой, достал из шкафчика стопку папок и вновь углубился в мучительное копание в архивных документах.

Глава девятая

Винтер

Утром Джейн предстояло обсудить с Мин и другими помощниками кое–какие дела, которые, как она без обиняков