Резиденция феи - Милена Завойчинская

— Очаровательный юноша. Не знаю, почему он вдруг выступает в роли простого телохранителя. Он явно аристократ и весьма непрост. Даже жаль, что не он ваш жених. Из вас вышла бы отличная пара, вы подходите друг другу.

— С чего вы взяли? — Я даже растерялась от такого заявления и сейчас с удивлением смотрела на улыбающуюся графиню.

— Ну видно же. — Она сделала рукой какой-то замысловатый жест. — И потом, между вами воздух чуть ли не искрится…

— Э-э… — промямлила я.

Вот уж не заметила, что между нами что-то там искрилось… И поползновений со стороны Эрилива тоже никаких не было. Да и я тоже совсем не испытывала к нему влечения. Ну то есть, конечно, было разок. Тогда, в море. Так это же не считается. Я украдкой оглянулась на Эрилива, который стоял на несколько шагов сзади нас и смотрел куда-то в сторону. Красивый. И грустный. И еще… какой-то родной.

Какой?! Так… Чего это я? Какой, к черту, родной? Мы знакомы всего несколько дней. И вообще, у него невеста есть. А у меня — Ив. Почти есть. А еще точнее — будет. Дождаться бы еще.

За ужином собрались все приглашенные дамы и сейчас весело щебетали за столом. Всех моих потенциальных учительниц Ниневия показала мне украдкой. И двух я отмела.

Архелия Грейдер, вдова виконта, мне не приглянулась сразу. Слишком жестким был взгляд ее холодных голубых глаз. И слишком пристально она оглядывала меня, ловя малейшие, заметные только ей промахи, от которых поджимала губы. Нет, я и сама знаю, что не являюсь знатоком этикета. Для того и ищу учительницу. Но вот уж чего мне совсем не надо, так это чтобы меня в эти ошибки тыкали носом, как нашкодившего щенка, или муштровали. Вот еще! За свои деньги я рассчитываю получить качественное обучение и как минимум вежливое обращение. А у Архелии был такой вид, словно по мне розги плачут.

Долара Жерон оказалась приятнее. Круглолицая пожилая женщина с пышной прической в целом к себе располагала. До тех пор пока мы не стали общаться за столом. У нее оказался очень громкий резкий голос, который буквально ввинчивался в мозг, у меня даже зубы заныли. И неприятная привычка говорить много и быстро. Поначалу я еще как-то старалась абстрагироваться от этого, но примерно через час поняла, что в больших количествах мне не выдержать общения с этой достойной дамой. На такой подвиг я способна только вот так, в гостях у Ниневии. И, хотя сама по себе Долара была мне симпатична, стать ее ученицей я не смогу.

Гелла Аритмайр в целом мне понравилась. Вежливая немолодая дама производила очень приятное впечатление. Не давила своим мнением, вежливо интересовалась моими делами и планами на эти три дня в столице. Посетовала, что мне приходится ходить везде с телохранителем — это так утомительно для женщины, когда рядом посторонний мужчина. И даже дала совет, что, возможно, мне было бы комфортнее, если бы я нашла себе телохранительницу-женщину. Есть такие в Ферине. Я намотала информацию себе на ус, скосив глаза на невозмутимого Эрилива, развлекающего беседой соседку по столу. И вспомнила его слова, что в Лилирейе тоже есть женщины-телохранительницы. А раз так, то я предпочла бы пригласить ее именно оттуда. Ведь все лиреллы маги, а это дорогого стоит в условиях моего нынешнего существования.

И, наконец, Селена Ольгрив. Красивая стройная женщина с облаком пушистых светлых кудряшек, которые она пыталась упрятать в тугую прическу, мне понравилась сразу. Спокойная, неназойливая, говорила она немного, но по существу. И замечания были весьма к месту. Понравилось мне и ее чувство юмора — тонкое и ненавязчивое. Но больше меня впечатлило не это. А ее пластика и умение двигаться — осанка, поворот головы, точные, выверенные движения рук и умение в нужном месте изогнуть бровь. Хочу-хочу-хочу! Тоже хочу так научиться. Я, разумеется, как любая городская девушка, весьма шустро бегаю даже на высоких шпильках. Но до грации Селены мне далеко.

В общем, выбирать я решила между ними двумя и после личной беседы. О своем решении я шепотом сообщила сидящей рядом Ниневии. И попросила помочь мне уже сегодня организовать с ними обеими хотя бы кратенький пятиминутный разговор.