Бешеный пес - Вячеслав Шалыгин

– Взгляните, советник, как совершенны линии этих древних кораблей! – Император театральным жестом указал на четкий строй боевого флота. – После того, как присутствие их образов в киберпространстве станет лишним, мы отправимся в реальный поход, и весь мир увидит, насколько великой и могущественной является Империя Симилара не только в информационных полях, но и на самом деле!

– Ваши планы изменились? – осторожно спросил разведчик.

– Да, – подтвердил государь. – Мы решили больше не ждать, когда кровожадные солдаты Правителя соизволят атаковать наш континент. Временный союз со слабыми духом ослабляет и нас самих. Мы пойдем сначала на остров Пса, а затем к берегам Таны.

– Остров Пса пуст, – возразил советник. – Мои подчиненные уже прочесали его и не нашли ни одного человека. База, которая там несомненно была, теперь сожжена дотла. Такое впечатление, что ее атаковал по Меньшей мере космический штурмовик.

– Вот как? – На лице Императора появилось крайне озабоченное выражение. – Вы проверили шахты? Насколько нам известно, на острове должно быть or двадцати глубоких шахт.

– Да, Ваше Величество, – подтвердил разведчик. – Мы проверили их, но ничего не нашли. Только в девятой сохранились следы некогда находившейся там аппаратуры. Ее демонтировали, скорее всего, перед самым ударом из космоса.

– Значит, эти псы осмелели настолько, что решили обмануть и нас?! – забыв о том, что советник не в курсе договоренности с диверсантами, воскликнул Император. – Заставили объявить войну Тане и под прикрытием нашего наступления отправились за вариатором Монарха?! Ну что же, они хотели реальной войны, и они ее получат!

– Смею предположить. Ваше Величество, что дерзость островитян объясняется их преданностью Правителю, – тщательно подбирая слова, произнес советник. – Видимо, государь Внешних островов с помощью фальшивого заговора против своей персоны намеренно ввел вас в заблуждение. Он не был уверен, что простая победа в войне против Таны станет для вас достаточно весомым призом, и решил разыграть карты вариатора Монарха и собственной «Фортуны».

– Мы замуруем его в шахтах острова Пса! – сквозь зубы процедил Император. – Он взял на себя непосильную ответственность! Никто не может принимать решения вместо повелителя Симилара! Когда, по расчетам инженеров, наш компьютер закончит войну с машиной Монарха?

– В течение ближайших двадцати минут, – взглянув на часы, ответил советник.

– Объявляйте боевую готовность! Мы двинемся вперед сразу после получения предварительных результатов!

– Курс на Восточный порт Таны? – уточнил глава разведки.

– При чем здесь Тана?! Она уже практически повержена! Пока компьютер будет выкачивать информацию и управляющие коды из побежденной машины Монарха, мы вполне успеем разгромить и Внешние острова! Но, чтобы начальные условия виртуального вторжения были максимально благоприятны, мы еще и введем в их территориальные воды реальный флот. Даже без исправного вариатора, при таких условиях игры нам гарантирована победа, а поскольку нормально функционирующая «Фортуна» есть лишь у нас – военный успех нашей армии уже обеспечен!

– Осмелюсь предупредить, что, поставив флоту такую задачу, мы оставляем Симилар открытым для высадки десанта из тех островитян, которые сейчас пытаются захватить вариатор Монарха, – заметил советник.

– Вы непоследовательны, – отмахнулся Император. – То превозносите Бешеного Пса до небес, то сомневаетесь, что он сумеет разгромить ударную группу островитян. Мы учли все детали, советник. Симилар в сложившейся ситуации останется единственным дееспособным государством на всей планете!

Возразить разведчик не смог. Вернее – не успел. В рубку Императорского флагмана ворвался бледный как мел офицер контрольной группы Государственного компьютера. Он замер у самого порога, нервно теребя в руках шляпу и тщетно пытаясь произнести хотя бы слово. Было видно, что испытанное парнем потрясение слишком велико, чтобы докладывать четко и спокойно. Советник лично подал ему стакан воды, осушив который офицер немного успокоился и выпалил:

– Компьютер Таны вывел из виртуального сражения все законсервированные ударные силы! Космические штурмовики и спутниковые системы реального нападения ему больше не подчиняются! Наш вероятностный вариатор утверждает, что, если мы немедленно не сдадимся, Симилар подвергнется натуральной ядерной бомбардировке с орбиты!

Силы оставили офицера окончательно, и он мягко осел на палубу.

Потрясенный не меньше гонца, советник склонился над парнем и спросил:

– Какую степень точности присвоила «Фортуна» этому прогнозу?

– Девяносто восемь процентов, – шепотом ответил офицер, цепляясь за штанину главного разведчика. Затем гонец всхлипнул и перевел полный отчаяния и страха взгляд на Императора. – Умоляю вас, государь…

– Отдать победу этим псам?! – взревел Император. – Они же блефуют! Мы поднимем всех космических корсаров! Мы вызовем ударный флот планеты Льда! Мы утопим Тану в Мертвых Глубинах!

На губах повелителя Симилара выступила обильная пена, а лицо приобрело багрово-синий оттенок. Он в ярости ударил кулаком по расположенной рядом приборной панели и, тяжело шагнув к замершим в страхе подданным, изо всех сил пнул не поднявшегося с колен офицера в лицо. Из сломанного носа несчастного брызнула кровь, и он завалился навзничь. Всегда флегматичный начальник разведки неожиданно проворно отскочил назад и потому избежал участи молодого соратника.

– Предатели! – прохрипел Император и схватился за грудь. – Доктора…

Советник нажал кнопку экстренного вызова, и через несколько секунд в рубке появилась бригада медиков. Они мгновенно подхватили Императора на руки и понесли в корабельный лазарет. Главный разведчик растерянно взглянул на лежащего без сознания гонца и, наконец осознав, насколько страшными были слова офицера на самом деле, решительно преградил санитарам дорогу к выходу.

– Прикажите капитулировать, Ваше Величество, – твердо проговорил он, наклонясь к самому лицу Императора.

– Пусть все горит священным огнем! – упрямо ответил Император и застонал.

Санитары грубо оттолкнули разведчика в сторону и вынесли повелителя из рубки. Ошеломленный советник только спустя минуту понял, что государь в тот момент не стонал, а смеялся.