Идеальное отражение - Дмитрий Казаков

Но тут я заметил, что на краю кратера появилось ещё одно действующее лицо, причём пришедшее примерно с той же стороны, откуда явились и мы. А через мгновение мои импланты дружно начали сбоить, выдавая два потока информации, две «картинки», снятые с разных точек местности.

Дубль всё же явился к тамбуру!

Не обращая внимания на обстрел, я приподнялся на локтях и всмотрелся в ночную тьму.

— Ложись, дурак! — гаркнул Синдбад.

Дубль стоял, и я мог разглядеть его — боевой костюм, тот самый, что я носил год, хорошо знакомый мне рюкзак, проверенный ИПП, и даже шлем, так долго прикрывавший мою голову. А внутри этого — нечто, внешне на меня похожее, но в то же самое время странное, не имеющее ни отца, ни матери, непонятно, чем рождённое, и чуждое почти всему человеческому.

Моё отражение, с одной стороны — идеальное, а с другой — чёрное, искажённое.

В мозгу вспыхнула совершенно несвоевременная мысль: «Неужели и я такой долговязый и сутулый?», и тут дубль поднял «Шторм» и начал стрелять. Не знаю, уж как он прицелился, ведь его импланты наверняка сбоили не хуже моих, но я услышал крик и понял, что хотя бы одна цель оказалась поражена.

И целью этой стал кто-то из бандитов Антипы.

— Это ещё кто?! — воскликнул Колючий.

Я захотел ему ответить, но не смог — все мои мускулы, вплоть до самых маленьких, словно выключились.

Для головорезов атака с фланга оказалась неожиданностью, и прежде чем они на неё среагировали, потеряли ещё одного. Когда выжившие залегли, дубль развернулся и побежал, обходя место схватки по широкой дуге и направляясь к тамбуру.

«Стой! Его надо остановить!» — подумал я, но не смог произнести эту фразу даже через М-фон.

— Колючий, вперёд! — рявкнул Синдбад, и две тени метнулись мимо меня.

Я же мог только наблюдать.

Треск выстрелов, вспышки, и бегущее по склону кратера существо, очень похожее на меня, длиннорукое, длинноногое, снабжённое всеми имплантами проводника. Чей-то вскрик, довольный голос беглого праведника, и зелёный сполох микропульсации там, где вращается вихрь.

Дубль исчез, и тут меня отпустило.

«Что там?» — спросил я через М-фон.

— Порядок, — в голос ответил Синдбад. — Один остался в живых, но не опасен. Хочешь посмотреть?

— Да. — Я поднялся и заковылял туда, где над трупами врагов стояли мои спутники.

Последним выжившим оказался сам Антипа — он лежал на спине, раскинув руки, а в центре живота в броне виднелось отверстие размером с кулак. Из него вытекала кровь, запах не оставлял сомнений в том, что пуля разворотила кишки и наверняка ещё перебила позвоночник.

Но главарь банды был ещё жив и даже в сознании.

— Лис… — прошептал он и открыл глаза, совершенно спокойные, чистые, без боли или злости. — Ты здесь?… Но ты был и там… ты не врал, когда говорил… когда «Мультипликатор»…

— Конечно, не врал, — сказал я. — А ты не поверил, и вот — результат.

— Каждому… каждому свой срок. — Тут Антипа содрогнулся всем телом, и глаза его остекленели.

— Всё, готов. — Синдбад приподнял шлем и вытер пот со лба. — От одной проблемы мы избавились.

— А чтобы избавиться от других, вы должны немедленно со мной расстаться, — заявил я со всей возможной жесткостью. — Я отправлюсь следом за дублем, ну а вы — куда захотите.

Потрошивший подсумки одного из бандитов Колючий поднял голову:

— Это ещё почему?

— А потому, что находиться рядом со мной опасно, — я произнёс это мягко и терпеливо, хотя больше всего мне хотелось рявкнуть: «Пошевелите мозгами, тупицы!». — В прошлый раз Синдбад успел перехватить мои руки. В следующий — может опоздать, и я, а точнее, тот, кто окажется в моём теле, пристрелит вас за милую душу.

— Думаю, что мы как-нибудь справимся с этой проблемой, — сказал бритоголовый. — И не вздумай настаивать. Пройти с тобой столько и бросить всё на самом интересном месте — вот уж нет.

Сил спорить у меня не было, да и желания особого тоже.

— Хотите рисковать собственными жизнями — дело ваше. — Я махнул рукой. — А теперь надо срочно двигать к тамбуру, попробовать зацепить этого гада, пока он далеко не ушёл.

— Сначала потрясти их нужно, — заметил Колючий. — Боеприпасы взять и прочее…

Мне вновь захотелось рявкнуть: «Пошевелите мозгами, тупицы! Он же уйдёт!», но я сдержался. Если глянуть на вещи трезво, то мальчишка прав — необходимо собрать трофеи, хотя бы те, что могут пригодиться нам самим: патроны, гранаты, продукты, ценные артефакты, которые можно продать.

— Да, — сказал я. — Только не затягиваем.

На то, чтобы провести экспроприацию собственности убитых бандюганов, мы потратили пятнадцать минут. Помимо обычных вещей, какие таскает с собой любой сталкер, нашли «Фрич» (в рюкзаке у Антипы), контейнер с особыми н-капсулами, которыми можно стрелять из импульсного оружия (там же), и небольшой мешочек с «Флешками» (угадайте, где?).

— А как ты собираешься продолжать погоню? — спросил Синдбад, когда мы двинулись вниз по склону кратера. — Мы даже не знаем, в какую локацию отправился дубль.

— А это на что? — Я вытащил из подсумки комплект маркеров, найденный мной в подземке. — Буду прыгать из одной в другую по очереди и напрягать импланты. Этот засранец не мог уйти далеко, а на небольшом расстоянии я его засеку.

— А мы будем прыгать с тобой, — Синдбад понимающе улыбнулся. — А то если отпустить тебя в этот рейд одного, ты запросто можешь не вернуться за нами. Мы бросать тебя не хотим, ты забыл?

Вот сволочь догадливая.

Мы добрались до вихря, неторопливо вращавшегося на самом дне кратера, и я задумался, куда стоит отправиться в первую очередь: Сосновый Бор? Новосибирск? Крымская локация?

— Давай-ка прогуляемся в Старую Зону, — решил я, активировал соответствующий маркер и шагнул в серое марево.

Переход через гипертоннель на этот раз дался очень тяжело.

Меня вертело, точно в баке стиральной машины, забитом колючим песком, разрывало на куски и собирало вновь, но лишь для того, чтобы расчленить опять. Вывалившись в обычное пространство, я несколько минут приходил в себя, пытаясь остановить бешено колотящееся сердце и прекратить головокружение.

Окажись в тамбуре кто-то, желающий моей смерти, ему достаточно было нажать курок.

— Ну что? Он здесь? — спросил подошедший ко мне Синдбад.

Во время переноса нас слегка разбросало, и Колючий очутился вообще за оградой станции.

— Сейчас… — отозвался я, растопыривая невидимые «пальцы» локаторов.

Активность в руинах Припяти, но это биомехи… двое сталкеров на другой стороне реки — не то… ещё трое в Чистогаловке — тоже не то… и вот одиночка, шагающий в сторону Копачей!