Лунная колдунья - Мика Ртуть

– Потом расскажу. Продолжим?

– Ветер не надо!

Я слишком хорошо помнила, как один раз попала под дождь с порывистым шквалистым ветром, как меня швырнуло на мокрый асфальт и протащило по земле, пока я не ухватилась за железный столб светофора. Там меня и поймал пробегающий мимо парень, он и домой привел, потому что я уцепилась за него так, что он не смог разжать мои пальцы. Мне тогда было восемь лет, и я шла из школы. Это было страшно. Страшно, когда ты не контролируешь тело, когда тебя швыряет, как бумажку. А еще было больно, саднили ободранные локти и коленки. Этот кошмар до сих пор иногда мне снится.

– Со страхами нужно бороться, Адель, иначе они завладеют твоим разумом, подчинят себе, погубят. Приготовься.

– Как? – заорала я, чуть не плача.

Гад! Знает же, что мне страшно, страшно до спазма в легких, до дрожи в коленках, но все равно подвергает опасности. Сволочь!

– Укрепи защиту.

Я попыталась. Честно попыталась, но страх был сильнее меня. И вместо того, чтобы представить вторую каменную стену вдоль уже возведенной, я очень отчетливо увидела, как сильный удар ветра разрушает кладку, как медленно осыпаются камни…

И именно в этот момент Август спустил с пальцев смерч. Тот самый маленький смерч, которым я восторгалась полчаса назад, но сейчас он разросся, достиг потолка и неуклонно приближался к пентаграмме. Никогда еще я не чувствовала себя Наф-Нафом, чей легкий домик разлетался по комнате, как сорванный сквозняком тополиный пух.

Я присела, зажмурилась и тихонько заскулила, уткнувшись лицом в колени. Нет, нет, нет! Я опять была перепуганной маленькой девочкой, которую трепал колючий злой ветер.

– Тш-ш… – услышала я над ухом странный голос. – Тш-ш-ш, ведьма, давай поиграем.

Ветер коснулся моих волос, растрепал остатки прически, поднял подол платья, невесомой прохладой заскользил по ногам.

– Давай полетаем, ведьма…

– Кто ты?

Удивленная, я опустила руки и едва не зажмурилась снова.

Напротив колыхалось мужское лицо, прозрачное, постоянно меняющееся лицо без тела! И это было жутковато.

– Я элементаль воздуха, ведьма. Мы давно знакомы. – Он дунул на меня холодным порывом с каплями дождя. – Помнишь? Я был юн и хотел поиграть, а ты почему-то испугалась, ведьма. Не захотела со мной летать.

В голосе элементаля проскользнула обида.

– Да ты чуть меня не убил! – разозлилась я. Я всю жизнь боялась существа, которое просто хотело поиграть и едва не довело меня до инфаркта? – Люди слишком хрупкие! Особенно дети!

– Ты была такая смелая, отчаянная, и тебе нравилось представлять, как ты взлетаешь и паришь над городом. Я просто хотел исполнить твою мечту, ведьма.

– Прежде чем исполнять чьи-то мечты, нужно спросить, хочет ли этого человек.

Я больше не боялась, потому что не чувствовала угрозы, знала, что ветер под контролем эльфа, и теперь мне было любопытно. Лицо передо мной исчезло, и спустя мгновение появился мужской силуэт, очень похожий на Ардена. Я тут же подозрительно уточнила:

– Почему ты принял это облик?

– Потому что он тебе нравится. Полетели?

И он протянул мне призрачную руку.

Ну уж нет! Я еще не готова к таким экспериментам. Затянет под облака и швырнет вниз, вдруг ему наскучит играть? Характер-то ветреный. Нет-нет, я лучше по земле ножками, неторопливо.

– А как твое имя?

– Имя? – задумался элементаль. – Что такое имя?

– Ну, как мне тебе позвать, если я соскучусь?

Он удивленно поднял призрачные брови, и вся фигура моментально поплыла, становясь гротескной и нелепой.

– Просто позови, ведьма.

И… и тишина, только одно эльфийское лицо с очень довольным выражением на холеной физиономии.

– Что? – Я оправила платье. – Плохо?

– Лучше, чем я мог ожидать. Стихию земли проверять не будем, я уверен, что она тебе не подвластна.

– Это точно, – вздохнула я. – У меня даже кактусы не выживали.

– Знаешь, даже того, что мы узнали, достаточно, чтобы ответить на твой вопрос.

Я задавала вопрос? Какой же? Не помню… в голове так всего много, и вопросы толкаются и шумят, даже не пытаясь встать в очередь.

– Твоя сила идеально подойдет любому магу.

– Даже тебе? – ехидненько спросила я и, томно вздохнув, ресничками похлопала.

Пусть боится! Будет знать, как натравливать на меня огонь, воду и медные трубы!

– Мне? – задумчиво окинув меня очень жадным взглядом, переспросил эльф. – О да… И мне тоже, если ты пройдешь еще одно испытание.

Нет, ну что за гадский гад!

– А-а-а! – завизжала я и сама не заметила, как запрыгнула на стул. – Какая прелесть.

К стулу подбежал весьма странный зверек, он встал на задние лапки и потянулся мордочкой к моим туфелькам.

– Брысь!

Я присела, с интересом рассматривая это мертвое чудо.

При жизни это, наверное, была белка или лиса… Голый череп с алыми живыми глазами, из которого торчали два вполне себе пушистых острых ушка, длинное тельце, покрытое рыжей шерстью, и короткий, но очень пушистый хвост. И когти… Длиннющие и даже на вид очень острые.

– Ого, какие зубы! Она меня не укусит? Не хотелось бы делать сорок уколов против бешенства.

Ну да, когда я нервничаю, начинаю нести всякую чушь. Привыкайте, господин учитель.

– А ты ее погладь, – с кровожадной ухмылочкой предложил эльф.

– Можно тебя погладить? – спросила я у белко-лисы. Та с задумчивым видом укусила край стула. – А она разумна? Или я тут с роботом разговариваю?

– Кики способна распознавать эмоции.

– Здорово! Ты сам ее создал? – Август не ответил. – Кики, ты очень забавная.

Хотя Мудофель мне определенно нравится больше, но вслух я этого, конечно, не сказала. Это как с собакой, ни в коем случае нельзя показывать ей свой страх, наоборот, следует транслировать уверенность и дружелюбие. Поэтому я растянула губы в улыбке, так что скулы заболели, и замурлыкала:

– Милая, забавная, смышленая. А хвост какой красивый, и глазки, и ушки.

Я осторожно протянула руку и дотронулась кончиками пальцев до голого черепа. Холодный.

– Почему такой холодный?

– Потому что заклинание поддерживает и живую часть, а в тепле тело быстро разлагается. Я еще не закончил работу с Кики, приходится беречь плоть.

Тварюшка легонько клацнула зубами у моей руки и убежала куда-то под стол, а я вздохнула с облегчением.

Эльф подал мне руку, помогая спуститься со стула, выглядел он донельзя довольно.