По ту сторону черты - Клара Колибри

– Спи, Татьяна. Тебе нужен отдых…

Когда я проснулась и открыла глаза, то в постели была одна, а Адлар, уже одетый, застегивал последнюю пуговицу на камзоле и готов был выйти из спальни.

– Уходишь? – проговорила немного растерянно. – И куда же?

– У меня есть важное дело, Тьяна. Не удивляйся, что стану называть тебя по-прежнему, все же я женился на дочери дора Штильтера. Понимаешь, о чем говорю?

– Конечно, поступай, как считаешь нужным.

Такой ответ мужу понравился, я прочла это по его лицу. Но он не заметил, как меня накрыло ознобом от жесткого «понимаешь». Как будто считал, что я не способна была трезво мыслить? Неужели, думал, что все еще ощущала отголоски того зелья в крови? А как же уверения, что оно не оказало сильного действия на нас? Все же играл? А сейчас… куда собирался? Что-то мне не понравилось, как быстро покинул постель.

– Я во дворец, – Адлар все же приостановился, прежде чем шагнул за порог. – Обычное явление подчиненного, хоть и главного мага, под очи короля. Вернусь к вечеру, самое позднее…

Все. Ушел. И мне сделалось тоскливо. Но лежать долго в постели себе не разрешила. Где там Инга запропастилась? Следовало приводить себя в порядок и делать шаги в новой жизни. Ну, случилось так, что я стала здесь княгиней. Ну, взял меня в жены главный инквизитор королевства. Н-да, еще дар, переданный двойником Тьяной при обмене мирами, у меня отняли, и важную книгу о порталах Адлар сжег. Но жизнь-то шла своим чередом…

– Кстати! – осенило меня подозрение. – Я же успела нужные параграфы прочитать. Неужели, их забыла? Не должна. Зубрежка текстов… она же у меня в крови с такой-то профессией. С чертежами хуже дело обстоит, но я столько тренировалась с угольком…

– Доброго Кохоса, госпожа! – в дверь заглянула Инга. – Завтракать изволите здесь, или в столовой?

Я высказалась за столовую. И кого потом встретила за общим столом? Курта!

– Княгиня! – блондин приложил руку к груди и склонился в почтительном поклоне.

– Курт! Как я рада видеть тебя! И какое счастье, что окончательно поправился…

Так и было, я ему обрадовалась как старому знакомому и даже другу. Но, когда он разогнулся и посмотрел мне в глаза, насторожилась. Что там полыхало на донышке его зрачков? Неужели, промелькнула ненависть? Ко мне? За что? Эти вопросы разъяснились немного погодя, когда завтрак уже подходил к концу. Мы с братом мужа сидели за столом рядом и потому могли спокойно переговариваться.

– А ловко брат заткнул меня, – вот так начался тот опасный разговор с новым родственником. – Выходит, за нос водил, обещая подумать над просьбой о женитьбе.

Я уже поняла, о чем дальше пойдет речь, потому закончила трапезу и потянулась к салфетке.

– Обнадежил, а сам наперед уже знал, что не отдаст тебя мне. Н-да, Адлар махинатор еще тот! И ведь я это знал, а попался, как последний… – он не договорил, а сжал зубы, что желваки заходили, и кулак еще сжал до белых костяшек. – А главное, зачем он так со мной?! Раньше бывало, носом тыкал. Так то, ведь для учебы, все же старший брат и поучал младшего. Да, грубо и без особой жалости, но ведь и действенно все было во много крат…

Это он мне душу решил излить? Странная манера. И неприятная для меня ситуация получалась. Чувствовала, не следовало дольше рядом с Куртом задерживаться.

– Как повстречалась ты нам на жизненном пути, – а вот теперь в его серых глазах начала разгораться злость, – так я перестал понимать собственного брата. Ладно, мне, твое приданое очень даже пришлось бы к месту. А ему, какой в нем прок? В чем смысл женитьбы на тебе? Да, мордашкой премиленькая. Да, телом Светлые боги не обделили. Да, сметлива необыкновенно. В поведении еще что-то имеется, как постоянный вызов мужчине, что ли. Во мне ты тоже инстинкт охотника пробудила, что решил обязательно поймать и приручить. Но то я! А Адлару зачем это все понадобилось? Неужели лишь для того, чтобы снова указать мне место? Вот же!.. Но не дорого ли ему это встанет? И еще не понятно, чем аукнется такая перемена местами двух баб…

– Что ты сказал?

Черт! Он меня все же достал. Дала же себе слово держаться и не попадаться на провокацию, а по возможности быстрее Курта покинуть. И вот!..

– Каких еще… двух баб?

– А ты думала, одна такая для него неотразимая? – сверкнул на меня серыми глазами, как порезать взглядом хотел. – Неужели я в точку попал?! Ух, ты! Она решила, что затмила высокородных дорин!

– Курт. Не слишком ли много себе позволяешь?

– Это ты мне? Признанному сыну своего отца? Ты! Которой родитель и фамилию-то свою не дал, имеешь теперь право мне место указывать? Не много ли о себе возомнила?

– За всякое свое слово человек отвечает, Курт. А ты сейчас намекнул, что…

– Нет. Я не тот, кто станет «намекать». Могу и прямо сказать… в лицо… и брату, и тебе, Тьяна. Ты у брата никогда одной единственной не будешь. Или я его нисколько не знаю. А он совсем заигрался, что поменял вас с маркизой местами.

– Что ты сказал?!

Мне показалось или в душе оборвалась какая-то струна?

– А что ты так на меня смотришь? Или не знаешь, где сейчас находится твой муж? – его глаза мстительно сощурились.

– Замолчи. Ты переходишь все границы. И ход твоих мыслей мне понятен. Считаешь себя оскорбленным, брат уязвил, а мстить собрался…

– Перехожу? Понятен ход?.. – он недобро хохотнул.

Я же резко встала из-за стола, собираясь покинуть обеденный зал. Но мужчина заслонил мне дорогу.

– Да, я оскорблен. В лучших чувствах. И считаю, что мной пренебрегли. Что меня предали. И не могу терпеть этого, потому уеду к себе в поместье. Это тебе, милая, придется теперь жить со всей этой игрой в чувства и верность.

– Пропусти, Курт!

И мне удалось все же его обойти. С больно стучащим в груди сердцем я так и устремилась к распахнутым дверям, будто могла спастись за тем порогом.

– Беги, беги! А Адлар сейчас подписывает договор-содержание с маркизой Альбой, – неслось мне отравленной стрелой в спину. – Да, ты родишь законного наследника и носителя титула, а сильного мага роду подарит другая его женщина!..

Горящей кометой я ворвалась в княжеские покои. Пойманной птицей заметалась по комнате. Раненым зверем рыкнула на слуг, чтобы все пошли вон и не смели нарушать моего уединения. Да, я оказалась слаба. Не по силам мне эти интриги. Никогда не имела к ним тяги и способностей с холодной головой переносить подобные удары. И да, я поверила Курту.

А начертить ту пентаграмму мне пришло в голову, будто бы нашептал кто. Но я взяла уголек в руку только для того, чтобы отвлечься от боли, чтобы попытаться успокоиться за ставшим чуть ни привычным делом. Раз линия, два! Надо же, росчерки ложились довольно уверенно. Три… десять… А ведь получалось! Как хорошо я запомнила рисунок из книги…