Айболит для короля - Ива Лебедева

— Вы пожалеете о своем коварстве! — первым делом прошипел мне в лицо этот человек. — Наши корабли вернутся в метрополию и привезут силы, в десять раз превышающие этот отряд! И от вашего поганого колдовства не останется даже ошметков!

— Ваши корабли уже никуда не вернутся, — со спокойной полуулыбкой просветил его я. — Потому что у вас больше нет этих кораблей. И впредь с любым без спросу приблизившимся к нашим берегам судном на огне и паре будет то же самое.

Лорд-командующий сначала презрительно прищурился, явно не воспринимая мои угрозы всерьез. Но потом глаза его расширились: он явно не ожидал, что я вот так запросто назову движущую силу их механизмов — нас ведь считают дикарями и наверняка уверены, что мы должны принимать их машины за страшную неведомую магию или силу богов.

Чтобы подкрепить его изумление, я махнул рукой, подавая знак. Тотчас из-за правого гребня скал, опоясывающих лощину, взметнулся крылатый морф с круглым предметом в лапах. Шестеро других моих гвардейцев (они заранее тренировались вытаскивать из клейстера тяжелые валуны и примерно могли рассчитать силу) выдернули из рукотворной трясины железную коробку с золотым гербом командующего и отволокли чуть в сторону. Как только грузовая команда убралась на безопасное расстояние, морф-бомбардировщик (мне понравилось это слово, подсказанное Чу) стремительно спикировал с небес, точным броском направив чуть дымящийся шар в открытый люк на крыше машины.

Секунда, другая — и вдруг долина содрогнулась. Изнутри железной коробки неведомый великан что есть сил ударил кулаками по ее стенкам, и она раскрылась, как страшноватый корявый цветок с металлическими неровными лепестками.

— Как вы думаете, лорд-командующий, что случится с кораблем, в трубу которого упадет несколько таких подарков? — спокойно поинтересовался я у бледного как смерть захватчика. — Здесь вам не рады, люди Роя. И поживы вы не найдете. Ваши механизмы не помогут вам. Мы в силах уничтожить и вас самих, и ваши машины.

Пришелец выглядел так, словно под его ногами на твердой тропе внезапно разверзлась пропасть. Я удовлетворенно кивнул. Что же… блеф еще никогда не бывал лишним на переговорах.

— Уходим! Пленных связать и доставить к побережью, их там уже ждут. А лорда-командующего я приглашаю к себе. Нам есть о чем побеседовать.

Командующего доставили в замок, где он подписал взаимовыгодный договор. Армия вторжения оставляла технику, оружие, вообще все материальные ценности более весомые, чем расческа и зубочистка, после чего — убиралась. На деревянных лодках и плотах, которые им еще предстояло мастерить самим. После того как под конвоем самых сильных морфов и вернувшихся в свои селения жителей починят и отстроят все, что разрушили, шествуя вглубь острова. Лорд-командующий оставался гостем в замке как гарант процесса. Захватчики, конечно, были не рады таким перспективам, но многие из них понимали: мы дали им самый ценный подарок — жизнь.

Не то чтобы я и мои подданные были слишком добры и милосердны. Но много бед натворить пришельцы просто не успели — все же морфы быстрее обычных людей и, пока было куда бежать, бежали, не даваясь в руки врагу. Так что пострадали дома, поля, но не крестьяне.

А еще — мне нужно было, чтобы вот эти, уже напуганные нашей силой наемники разнесли новости среди своих: на мой остров соваться опасно. Я твердо усвоил из истории Лидиного мира: за риск наемники хотят больше денег. А когда захватывать территории стоит дороже, чем можно с них потом получить, такие территории никому не нужны. Вот пусть мой остров станет таким местом. Для начала. А дальше — разберемся.

Некоторые из моих подданных стали приглядываться к особо работоспособным пленникам и предлагать их купить за пару серебряных монет. Но я был резко против. Рабы думают о бегстве и мятежах. Главное же, я понимал: рабство — это очень дурная привычка и уже скоро появятся рабы-морфы.

Зато тем из пленных, кто захотел остаться добровольно, это было позволено. Королевский надел, маленькая ссуда на хижину. А там, если бывший воин мастеровит и пригож, рано или поздно найдет вдовушку-хозяйку.

Все это я и рассказал своей королеве, когда пришел в ее мир, чтобы позвать с собой. Без нее даже победа не дарила настоящей радости, не была бы полной.