Навия. Проклятие - Елена Булганова

Было решено – бабулей и мной, Саня воздержался, – что мы дождемся Орлика к прощальному ужину перед поездкой. Пока же я носилась по квартире, делая вид, что собираюсь, а бабушка с Дятловым мирно болтали на диване в гостиной, провожая меня заинтересованными взглядами, что слегка нервировало.

– Надюша, мама ее, тоже была легка на подъем, – услышала я, в очередной раз пробегая мимо, и решила присоседиться, тоже послушать про маму.

Теперь я понимала, что почти ничего про нее не знаю. Плюхнулась устало в кресло напротив бабушки.

– Мы с отцом ей не препятствовали, везде пускали, а зря. Небезопасное дело, все эти поездки. Ребенку-то своему мы доверяли, а вот к чужим людям следовало с опаской относиться.

– Бабушка, мы с учителями едем, – сказала я.

– Вот то-то и оно. Ладно, если несколько человек, все же будете друг за другом приглядывать. – Тут бабушка бросила оценивающий взгляд на Дятлова и вроде осталась довольна. – И Надя, когда на лыжные базы ездила или с клубом одним путешествовала, все было в порядке. А потом появился у них в школе новый учитель, вроде знаток наших мест. Начал он водить ребят куда-то в леса. Надюшку рассказами своими да всякими местными легендами просто свел с ума. Чаще всех с ним наша ходила да подруга ее, Таня. Вот иногда думаю, хоть и потеряли мы отчасти дочь, может, не так уж худо все сложилось. Жизнь на сюрпризы щедра. Когда Павлуша заболел, Наде стало не до экскурсий, все она тогда забросила одним разом. А Татьяна продолжала с тем учителем леса штурмовать и раз не вернулась домой. Родители нашли странное письмо, прощалась она вроде. Метнулись к тому учителю, а его и след простыл, все вещички свои бросил. Вот такая беда. Наде мы и писать об этом никогда не писали, своего горя ей в этой жизни хватило…

Тут пришел Орлик. Я отметила мысленно, что нужно спросить его насчет этой истории. А после был ужин, веселый и шумный, потому что мы с Сашкой наперебой выспрашивали у бабули, как она угадала все наше самое любимое. Для меня она приготовила салат «Мимоза» и хрустики. Хотя, конечно, мы все всё попробовали и оценили. Как же было хорошо среди дорогих мне людей! Если бы не нужно было после этого идти на ночь глядя в лес, тонуть в болоте, рисковать собой и ребятами. Но меня ждала Параклея, и решимость моя только разгоралась.

Наконец Орлик встал и бросил выразительный взгляд на часы. Потом улыбнулся бабуле, изобразил на лице бесконечное удовольствие. Следом вскочил и Сашка, а у меня… у меня ноги сделались ватными от неотвратимости того, что ожидало нас впереди. Вот бы сейчас нырнуть под одеяло, посмотреть дурацкую мелодраму и уснуть на последних кадрах. Но нет, если я выкажу малейшую неуверенность, парни хором заведут песню, что мне лучше остаться дома. Незаметно оттолкнувшись руками от табурета, я рывком поднялась и пошла в свою комнату переодеваться.

Орлик принес целый рюкзак одежды, мою потихоньку мне передал, Сашке придется переодеваться в лесу. Ничем особым эти вещи не отличались от того, что мы носили здесь. Штаны наподобие шаровар из плотной ткани, рубашки с длинными рукавами. Кожаные сандалии, на которые я сменю зимние сапоги уже на месте. Собранный рюкзачок я тоже взяла. Хотя в Навии можно все получить задарма, своя зубная щетка и расческа будут не лишними. Да и привычные кроссовки прихвачу на всякий случай.

Из дома вышли не слишком поздно, чтобы бабушка могла спокойно лечь спать. Немного посидели в кафе – наверно, мы там были самой молчаливой компанией. И вот уже шагаем по лесу, сначала по хорошей дороге, утрамбованной песком и гравием, потом – рядом с деревцем-уродцем, две верхушки из одного ствола – сворачиваем на тропу. Подсвечиваем дорогу фонариками, которыми также запасся Орлик, а вокруг нас уже полная тьма, разве что кое-где белеют жалкие следы недавнего снегопада. На тропе пришлось растянуться цепочкой, Сашка шел в конце, Орлик возглавлял, понятное дело. Воспользовавшись моментом, я догнала его, спросила:

– Послушай, бабушка сегодня рассказала странную историю. У моей матери была подруга, а потом в школе появился новый историк. Он водил группы ребят в окрестные леса, вроде как знакомил со всякими достопримечательностями, рассказывал легенды. А потом эта подруга, Таня, ушла с ним в лес, и оба пропали. Что думаешь?

– Ну а что тут думать? – выразительно покосился на меня Орлик. – Историк наверняка был сталкером, который искал нужных людей среди старшеклассников. С молодежью легче всего работать, они внушаемы, доверчивы, частенько хотят все и сразу. К твоей маме это не относится, конечно.

– Ага. То есть когда в семью пришла беда, она знала, что делать, верно?

Друг что-то утвердительное промычал, не разобрала.

– А подруга? Тоже взяла на воспитание ребенка и начала новую жизнь, разорвав все прежние связи?

– Не факт, – ответил Орлик. – Сталкеры работают по нескольким направлениям. Иногда рассказами о чу́дном мире они заманивают в Нутряной мир навсегда. Скорее всего, с той девушкой так и случилось. И маму твою он изначально к этому готовил.