Обезьяна с гранатой - Анатолий Дроздов

– Взять меня любовником?

– А ты хотел в мужья? Я не против. – Алэйне вздохнула. – Ты мне очень нравишься. Но король не разрешит брак с бароном, чей отец был простолюдином. Ослушаюсь – отберут Бар. А я не хочу его терять. Придется подчиниться. Меня выдадут за какого-нибудь старика, похотливого и скучного. Так я ему хотя бы рога наставлю! Бери меня, Рей! Ты ведь хочешь меня! Я вижу, как ты на меня смотришь!

Она взобралась на него и улеглась сверху, отрезая Рею дорогу к отступлению.

– Аль! – промурлыкал он, погладив ее по спинке. – Я могу тебя попросить?

– О чем? – прошептала она, прижимаясь к нему всем телом.

– Ты можешь с меня слезть? Тяжело.

– Ладно…

Она скатилась и вытянулась рядом.

– Перевернись на животик! Пожалуйста!

Алэйне подчинилась. Рей сел и задрал ей рубашку до крестца, обнажив стройные ножки и круглые ягодицы, хорошо различимые в падающем из окна лунном свете. Алэйне хихикнула.

– Ты что будешь делать?

– Сейчас увидишь!

Рей размахнулся и хлестко впечатал ладонь сразу в обе ягодицы.

– Вот тебе! Вот! Девчонка! Распутница! Я тебе покажу любовника!

Алэйне взвизгнула и, рванувшись, соскочила с кровати.

– Ты!.. Как смеешь меня бить?! Ты мне не отец!

– Родгер одобрил бы! – хладнокровно заметил Рей.

– Я тебя наняла не для этого! Обманщик! Грубиян! А еще Ансельм Безродный! Прогоню! Вот! Завтра же!

Алэйне убежала в свою комнату, где с размаху бросилась в кровать. Заворочалась, устраиваясь. Рей прислушался. До него донеслись сдавленные всхлипывания.

«Перестарался! – с огорчением подумал он. – С другой стороны, как из нее дурь выбить? В любовницы ей захотелось! Соплячка несовершеннолетняя…»

Он вздохнул и укрылся одеялом. «Ладно, – решил, закрывая глаза, – утром что-нибудь придумаем…»

* * *

Алэйне проснулась от солнечного лучика, ударившего в глаза. Поморщившись, села и тут же вспомнила вчерашнее. Прислушалась. В номере было тихо. Она вскочила и прошлепала в соседнюю комнату.

Рея не было. Его кровать стояла заправленной, а сумки, лежавшие в углу, исчезли. На столе сиротливо белел листок бумаги.

«Уехал! – ужаснулась Алэйне. – Записку оставил. Я вчера пригрозила его прогнать, вот он и обиделся…»

Она опустилась на кровать. Листок лежал неподалеку; чтоб взять его, достаточно было протянуть руку, но у нее не хватало для этого силы воли. «Как же теперь? – подумала она. – Без него?» Слезы навернулись ей на глаза, и она заплакала.

Она не услышала, как за дверью раздались шаги, и очнулась, когда в комнату скользнул Рей.

– Аль? – удивился он. – Что случилось?

– Вот! – всхлипнула она, указывая на листок.

– Тебя обидели мои стихи?

– Какие стихи? – удивилась она, вытирая слезы.

– Видишь ли… – Рей сел рядом. – Вчера я был несколько груб… Решил тебя позабавить и сочинил.

– Я думала, ты оставил записку, что покидаешь меня.

– Аль! – Он обнял ее за плечи. – Как ты могла подумать?

– Покажи! – попросила она.

Он взял со стола и протянул ей листок. Алэйне поднесла тот к глазам.

Хвалился ветер, записной нахал:

«Я волосы Алэйне расплетал!

Я развевал их и ласкал рукою.

Вам не сравниться в счастии со мною!»

«Уж помолчал бы! – молвило Светило. —

Я дом любимой зноем затопило.

Заставило Алэйне снять одежды

И любовалось ей одна, невежды!»

«А я, – сказал Ансельм, – когда стемнело,

Прокрался в спальню к ней, вот было дело!

Я целовал ей плечи, грудь и очи,

Я разум ей стихами заморочил.

Она мне, поцелуи возвращая,

Шептала: «Я от ласк твоих хмельная…»

Умчался ветер, спряталось Светило.

Любовь поэта в споре победила.

– Обманщик! – капризно сказала Алэйне, опуская руку с листком. – Никуда ты меня не целовал. И я тебе такого не шептала.

– Я рассказывал, как сочиняют стихи, – улыбнулся Рей. – Но раз не понравилось…

Он взял листок и сделал вид, что собирается порвать.

– Отдай! – Алэйне выхватила и прижала листок к груди. – Не смей! Это мне сам Ансельм Безродный написал!

Рей захохотал. Она обиженно глянула мокрыми глазами, но не удержалась и присоединилась.

– Аль, – сказал Рей, когда они кончили смеяться. – Нам надо поговорить.

– О чем? – насторожилась она.

– Вчера между нами кое-что произошло. Я хотел бы прояснить отношения.

– Говори! – вздохнула она.

– Я не хочу быть твоим любовником. Не потому, что ты мне не нравишься, нет. Ты чудная девушка, и я, кажется, успел тебя полюбить. Но если мы станем любовниками, я привяжусь к тебе еще сильнее, и мне будет горько тебя терять. А это неизбежно случится. Я помню, как меня бросила невеста, как погибла Тея. Да и тебе это незачем. Каким бы ни был твой будущий муж, но клятва, данная перед алтарем, священна. К тому же стоит только начать… Я не хочу, чтоб моя будущая герцогиня и повелительница стала второй Элеонорой. Это понятно?

Алэйне кивнула.

– Если тебе неприятно, что я отверг тебя, можешь ехать одна. Дороги здесь безопасные, оружие у тебя есть и ты умеешь им пользоваться. А я вернусь обратно. Думаю, Люк еще в Мо.

– Не выйдет! – сказала Алэйне.

– Почему? – удивился он.

– Я слышала, что перевал закрылся, ты не пройдешь. Путь все равно через Киенну.

– Мы можем ехать порознь.

– Глупо. И вообще… Ты брался доставить меня в Киенну или нет?

– Ладно! – сказал Рей. – Едем вместе. Но на постоялых дворах спим в разных комнатах.

– В одной!

Он глянул на нее с укором.

– Со мной деньги! – поспешила Алэйне. – Вдруг разбойники? Я боюсь. Мы снимем номер со смежными комнатами, как здесь, так будет спокойнее.

– Спим в разных постелях? – уточнил он.

Она кивнула.

– Годится! – одобрил он.

– И еще, – сказала Алэйне, – ты будешь писать мне стихи. Каждый день!

Он нахмурился.

– Но что тебе стоит?! – заканючила она. – Дорога долгая, заняться нечем…

– Так я в них вру!

В глазах его прыгали искорки.

– Я никому не скажу! – заверила Алэйне. – Они не догадаются.

Он засмеялся. Она помедлила и присоединилась.